Его голосом говорит кот Матроскин, его смех звучит в легендарных кинокомедиях, а у необычного памятника на Сухаревской — всегда цветы. Олегу Табакову 17 августа исполнилось бы 90. Актера нет с нами семь лет, но кажется, будто он просто ушел за кулисы — настолько живы его роли, энергия и тот самый "атом Солнца", застывший в бронзе. Олег Павлович сыграл сотни характеров — от обаятельных негодяев до мудрых учителей — и навсегда остался светилом, согревавшим зрителей, коллег и друзей. Его юбилей — повод вспомнить, как он превращал эпизоды в шедевры, воспитывал звезд и доказывал: искусство сильнее времени.
Солнечный символ
Один из самых удивительных памятников Москвы находится недалеко от станции метро "Сухаревская" на Садовом кольце. Золотистый полый шар, рядом с которым сидит мечтательно улыбающийся человек в компании мультяшного кота Матроскина. Оба в ярко-красных шарфах, излучают тепло, счастье и уют. Скульптура с говорящим названием "Атом Солнца Олега Табакова" установлена рядом с театром, основанным им и носящим его имя.
Табакова обожали за множество ролей на сцене, в кино и на радио. Со временем он стал актером-брендом, но использовал славу вдумчиво и по-деловому.
Такие разные роли
Неутомимый труженик с юных лет: приехав из Саратова, поступил в Школу-студию МХАТ. Затем были "Современник", собственная "Табакерка" и возвращение в МХТ, где он стал эталоном художественного руководителя.
Табаков избегал пафоса: соглашался даже на эпизоды, если роль давала простор для игры. Достаточно вспомнить его ловеласа из фильма "Москва слезам не верит", боящегося тещи, или чопорную мисс Юфимию Эндрю в "Мэри Поппинс, до свидания". А Кощей в "После дождичка в четверг" — золотоволосый, улыбчивый, но оттого еще более коварный. Любой творческий вызов артист принимал без колебаний.
Он обожал и работы "одного актера". Прочитанные им "Конек-горбунок" и "Василий Теркин" — полноценные моноспектакли. И, пожалуй, это одно из лучших артистических прочтений двух таких непохожих поэтических произведений.
А Али-Баба в сказке Вениамина Смехова? Ни одна Шахразада не опишет, с каким наслаждением Табаков влился в забаву в виде записи этого аудиоспектакля. Там он и урюк расхваливает на восточном базаре, и от разбойников прячется, и весело поет про то, что в Персии "очень жарко".
Педагог и руководитель
Табаков был гениальным педагогом — сегодня его ученики сами уже мэтры, руководят коллективами. Он прививал птенцам гнезда своего почтение к театру и пиетет к профессии. Именно Табаков добился, чтобы перед зданием МХТ наконец-то поставили памятник Станиславскому и Немировичу-Данченко. И после каждого спектакля, выходя с охапкой цветов от поклонников, неизменно оставлял там половину. Такова была его собственная традиция — и дань великим предшественникам.
Достоинство и энергия
Верность и достоинство были его кредо. Он не предавал друзей, даже если пути расходились, и помогал всем, кто обращался. Телефон не умолкал, но для каждого находились совет и поддержка. Не забывал Олег Павлович и Саратов: выступал там, помогал местным театрам, гордясь малой родиной.
Его энергия поражала — премьеры почти ежегодно. Шутил с журналистами: "В молодости я был привлекательнее". И заразительно смеялся. Он мог сыграть и отвязного алкоголика в "Ширли-мырли" Меньшова, и инфернального старика в "Трех историях" Муратовой.
Работал до конца: выходил на сцену Бургомистром в "Драконе", руководил, строил планы. Театр был его страстью — о нем он говорил часами и с искрометными байками.
Сегодня не хватает его силы и оптимизма. Но живы ученики, театры, фильмы и спектакли. Светит "атом Солнца" на Садовом кольце. Значит, смерти нет. Есть память и благодарность яркому, самоотверженному актеру, чье творческое наследие продолжает согревать.