Уже скоро два года, как мой друг по ЛИТО, духовный брат - питерский поэт Сергей Семёнов, едва подлечившись после тяжелого огнестрельного ранения, снова уехал в те места, о которых нельзя говорить на дзене, т.к. статьи с материалами, посвящёнными этой теме, почему-то ограничивают и банят. И с 19 января 2024 года он перестал выходить на связь.
За это время так ничего и не прояснилось (последний боевой выход был 27 января 2024 года), хотя жена обошла все возможные инстанции, вплоть до Бастрыкинского ведомства и приёмной президента. Сведений о нём по-прежнему нет.
Кстати, мои давние читатели знают, что я завела этот канал на дзене после гибели другого моего друга, Антона, бойца "Волка", погибшего ещё до начала "активной фазы", в 2020 году (добровольцем он поехал туда из Минска, познакомились мы во Вконтакте, ни разу не виделись, хотя переписывались почти каждый день).
Как будто у Того, Кто всё это режиссирует и ставит надо мной свои мрачные опыты, иссякла фантазия, и он решил почти детально воспроизвести сюжет и обстановку... Только пандемии не хватало для полного совпадения, как в тот год...
Так вот, когда погиб мой первый друг (после чего я и завела этот канал), Сергей меня морально поддерживал, иногда подкидывал мне ссылки на материалы для этого канала... Мы подолгу говорили с ним о квантовом сознании, разбирали разные теории личного бессмертия. Эти разговоры нашли отражение в его последнем цикле стихов "Чернозём", где есть такие строки:
Здесь смерть имеет местный колорит:
Пiд Купянском, як Шрёдингера кiт,
Ты в этот миг убит и не убит.
Вот такое пророчество - за полтора месяца до своего исчезновения... (Об этом цикле у меня вышла отдельная статья - в тех же "Сибирский огнях" и с небольшими изменениями - в нашей питерской "Неве"), позже скину ссылки, кому интересно.
Символично: обоих моих друзей не стало в високосный год, в конце зимы... Серёжу я знала 20 лет, помню еще совсем юным, когда он только появился в нашей студии. И как-то случилось - мы вместе с ним подсели на политическую харизму Евгения Викторовича (фамилию называть не буду, т.к. алгоритмы ограничивают подобные материалы за одно упоминание - ну, руководителя Оркестра, названного в честь выдающегося немецкого композитора, автора "Кольца Нибелунгов" - кстати, одного из моих любимых композиторов). Слушали зажигательные голосовухи дяди Жени, обсуждали. Только я осталась восхищаться на "берегу", а Серёга летом 2023 года, никому не сказав, как поется в одной песне, прыгнул в поезд и рванул к "оркестрантам". У него остались родители, трое сестёр, жена и двое маленьких детей.
Правда, в "Оркестре" он успел только побыть в тренировочном лагере, потом было одно известное событие, следствием которого стала "авиакатастрофа" над Тверью. (Ну вы поняли). После Сергей вернулся в Питер, какое-то время томился здесь, но, видимо, душа требовала ратных подвигов.
Да, так вот: за два месяца до его последнего боя Сергей получил "предупреждение" - страшное пулевое ранение в лицо. Вот как он об этом писал в своём аккаунте:
Товарищи, я 300.
Из головы снайперскую пулю достали. Попала в левую скулу, сломала многострадальную челюсть и чуть не вышла с другой стороны под ухом, да еще и развернувшись на 180.
Как всегда везет. Все в шоке, говорят что никогда еще такого не видели)
Вот его фото вскоре после ранения. Автор - талантливый фотохудожник Александра Климова (это был проект под названием "Вещь в себе" - группа фотопортретов современных писателей - каждый со значимой для себя вещью.
Я тогда ему написала коммент: "Ну не испытывай больше судьбу, вспомни лермонтовского поручика Вулича".
Он тогда приехал в отпуск, выступил с презентацией своей первой и, по всей видимости, последней прижизненной книги.
А это я к нему тогда же подошла, на его творческом вечере в питерском Доме Писателей, чтобы "сфоткаться с героем".
Через месяц он ушёл в "штурма", из которых уже не вернулся.
А это его " фотосессия на природе", как он написал на своей странице в ВК за неделю до того, как перестал выходить на связь:
Итак, отрывок из моего цикла "Междумирье", посвящённого Сергею. (Полностью этот цикл состоит из 17 стихотворений, редакция отобрала лучшие семь и, кстати, включила этот цикл в лонг-лист ежегодной премии журнала в номинации "Поэзия". Но это уже не столь принципиально).
Да, этот пост, разумеется, для тех, кому по душе мои стихи. А кому не, то можете смело проходить мимо со своим мнением. )
Междумирье
Здесь смерть имеет местный колорит.
Пiд Ку́пянском, як Шредiнгера кiт,
Ты в этот миг убит и не убит.
Сергей Семенов
__________________________
1.
Пелена тумана отделила
Сталь реки от хвои полотна —
Древняя таинственная сила,
Житель Междумирья, полусна,
Нависает, отменяя зренье,
Мир лишая частностей, вещей,
Проскользнет в любое измеренье
И в любую просочится щель.
Я к тебе, свободная стихия.
Но не любоваться в этот раз.
Ну не для того пишу стихи я,
Чтобы все, что зацепило глаз,
В них тащить, испытывая силу
Слова изначальную — о да! —
Ту, что обращала вспять светило,
Ту, что разрушала города...
Передай же своему собрату —
Человеку с позывным "Туман",
Без вести пропавшему солдату —
Пусть минует смерть его — от ран,
От волны ударной, от прямого
Попаданья... Пусть его вернет
В этот мир Божественное Слово!
Батальон небесный подождет.
2.
Только тот, который бы сказал:
«Встань!» — солдату ночью в серой зоне,
Что упал под Купянском и стал
Воздухом, дыханьем ветра в кроне,
Только тот, кто мог бы вопреки
Им же продиктованным законам
Поступить, от горя и тоски
Не отгородившись — мол, чего нам
Вечно мало все, исчадьям зла? —
Тот, кому обстрелы не помеха,
И стрекочущий БПЛА,
И раскаты дьявольского смеха
Полевых орудий, только тот,
Кто вот так — без повода, предлога, —
«Встань!» — склонившись над бойцом, шепнёт...
А другой зачем нам в роли Бога?
3.
Ты же Бог, и Тебя не увидеть
В тепловизор, не взять на прицел,
Не убить, не поймать, не обидеть.
Ты опять, как всегда, не у дел?
Барабанных Твоих перепонок
Не коснется ничье «помоги»?
Или ты — как трехлетний ребенок,
Испугавшийся "Бабы-яги",
Над полями летающей боя,
Избирательно сеющей смерть?
Или слишком далёк? Да и кто я,
Чтоб Тебя беспокоить посметь
Ради воина, что за чертою
Затерялся — не мертв и не жив?
Русский космос, пространство слепое,
Грань миров, героический миф...
Сколько сил — подсчитал еще кто бы —
Канет в черную эту дыру,
В ненасытную эту утробу,
Сколько жизней — свечей на ветру?..
Скольких стен сотрясая основы,
Ярославны прерывистый плач
Рвется ввысь, к облакам, чьи покровы
Рвутся космами, — горек, горяч,
В безысходности черной сливаясь
С гулом времени? Только кресты
В небе пасмурном тают и аист
Наблюдает за всем с высоты.
4.
Тот год был високосным тоже.
Тогда — Антон. Теперь — Сергей.
Ты исписался, что ли, Боже?
И больше свежих нет идей?
А я-то думала, Ты гений.
Такой за шесть отгрохать дней
Миропорядок! Мир растений.
Парад планет. Маразм людей
С их войнами. А тут всего-то
Сменить пластинку, применить
Другой сюжетный ход. Работы —
Раз плюнуть. Три старухи нить
В два счета выпрядут, воркуя...
Приказ отдай лишь, замени
Реальность эту на другую,
Альтернативную, в тени
Оставшуюся, — ту, где сбили
БПЛА из ПВО —
Из Междумирья отпустили
Поэта, друга моего...
5.
Елочка птичьих следов на первом снегу.
Год уже скоро, а я все еще не могу
В это поверить (в толпе тебя вижу): нет
Больше тебя? Этот псевдонаучный бред
Про параллельные (спи, здравый смысл) миры —
Можно попасть сквозь черной тоннель дыры
В эти миры, как физик один считал...
Ты теперь там? Может, где-нибудь есть портал
В явь (если все, что здесь, есть лишь чей-то сон).
Пусть пощадит тебя камикадзе-дрон,
Если не в этом мире, хотя бы в том...
Думать просил, если что, о тебе — живом.
Вроде пытаюсь. В обход речевых клише.
Наш разговор все вертится — о душе —
В памяти, где все живы... «У Бога все
Живы», как сказано, — смерти, ее косе,
Жалу ее неподвластен живой поток
Памяти, следовательно, память — Бог...
6.
И в этот зимний день, когда на Мойке
Двенадцать собирается народ
И голос — то задумчивый, то бойкий —
Стихи, которым снег и небосвод
Благоволят, — читает с выраженьем,
Я ничего поделать не могу
С заклинившим моим воображеньем —
Тебя все время вижу на снегу
В комбезе маскировочном, с винтовкой,
Поэт и воин, позывной Туман,
Лежащим неподвижно под Синьковкой
В лесу, в районе озера Лиман.
7.
Всех на нули умножит
Нас Уравнитель злой...
Вечный покой, Серёжа,
Несовместим с тобой.
Вечная тьма забвенья
Или нездешний свет —
Не равноценны ль? Тленью
Альтернативы нет.
Да и не нужно. Чудо —
То, что ты с нами был.
Нет никаких оттуда
Знаков. Небесных сил
Вряд ли на это хватит —
Космос бы удержать...
Снегу — небесной вате —
С неба лететь, лежать
На ледяном просторе
Спящих лугов, полей.
Вечность... Земное горе
Что по сравненью с ней?