— Андрюша, зайди, поговорить надо! — теща Валентина Ивановна встретила меня у порога с серьезным видом.
Я только с работы пришел, уставший. Пятница, мечтал о диване и пиве.
— Что случилось, Валентина Ивановна?
— Садись, садись! Чай будешь?
Села напротив, сложила руки на столе. Плохой знак — обычно она сразу к делу переходит.
— У меня к тебе просьба... деликатная.
— Слушаю.
— Ты же знаешь, я с Виктором встречаюсь?
Виктор — её новый ухажер, появился полгода назад. Мужик лет шестидесяти, галантный такой, с усиками.
— Знаю. И что?
— Понимаешь, у него временные трудности. Пенсию задерживают, да и маленькая она...
У меня внутри похолодело.
— Валентина Ивановна, к чему вы клоните?
— Андрюша, ты же хороший зять! Помоги Виктору! Ну, материально!
— Что?! — я чуть чаем не подавился.
— Ну что ты так? Небольшую сумму! Тысяч двадцать в месяц!
— Двадцать тысяч?! Валентина Ивановна, вы серьезно?
— А что такого? Ты хорошо зарабатываешь! Главный инженер!
— При чем тут моя зарплата? Почему я должен содержать вашего... друга?
— Не друга, а любимого человека! — обиделась теща. — Он меня счастливой делает!
— Ну и прекрасно! Пусть делает! Но при чем тут я?
— Андрюша, не будь черствым! Человеку помощь нужна!
— Пусть работает! Здоровый мужик!
— Ему шестьдесят два! Какая работа?
— Моему отцу шестьдесят пять, он до сих пор в конструкторском бюро!
— У всех разное здоровье! У Виктора спина больная!
Спина больная, но на танцы в клуб пенсионеров ходить не мешает. Сам видел.
— Валентина Ивановна, извините, но это перебор. Я вашего Виктора содержать не буду.
— То есть моё счастье тебе безразлично?!
— Причем тут ваше счастье? Если мужик не может себя обеспечить — это не мои проблемы!
— Ах так! — теща вскочила. — Значит, теща тебе не родной человек?
— Родной! Но это не значит, что я должен спонсировать ваши романы!
Хлопнула дверью, ушла. Я сидел ошарашенный. Вечером Лена пришла с работы, я рассказал.
— Мама что?! — жена не поверила. — Просила денег на Виктора?
— Двадцать тысяч в месяц! Говорит, он её счастливой делает!
— Сейчас позвоню!
— Лен, не надо...
Но она уже набирала.
— Мам? Что за бред про Виктора? ... Как это "ничего такого"? ... Мам, ты с ума сошла? ... Нет, приеду сейчас!
Поехали вместе. Валентина Ивановна встретила нас воинственно.
— Нечего тут устраивать! Я взрослый человек!
— Мам, ты просишь моего мужа содержать твоего хахаля!
— Не хахаля, а гражданского мужа!
— Какая разница? Почему Андрей должен ему деньги давать?
— Потому что он мой близкий человек! А вы должны о близких заботиться!
— Мам, Виктор нам никто!
— Мне не никто! Мне — всё!
Тут в комнату вошел сам герой. Виктор собственной персоной — в спортивном костюме Adidas, явно с чужого плеча.
— О, молодежь приехала! — расплылся в улыбке. — Валюша о нашей просьбе говорила?
— Нашей? — переспросил я.
— Ну да! Мы же теперь семья! Должны друг другу помогать!
— Мы с вами не семья!
— Как не семья? Я с Валентиной живу! Значит, вам почти отец!
Почти отец. В шестьдесят два года. Который просит денег у зятя.
— Виктор, давайте начистоту, — я решил говорить прямо. — Почему вы не работаете?
— Так пенсионер же! Отработал своё!
— Где отработали?
— На заводе! Тридцать лет!
— И пенсия маленькая?
— Ну... пятнадцать тысяч...
— Плюс Валентина Ивановна получает двадцать. Итого тридцать пять. На двоих достаточно.
— Как достаточно? — возмутилась теща. — А отдыхать? А одеваться? А лекарства?
— Какие лекарства? Вы оба здоровее меня!
— Витамины! БАДы! Для здоровья!
— БАДы — не лекарства. И стоят копейки.
— Андрюша, ты жадный! — выпалила теща. — Вот поэтому у вас с Леной детей нет! Бог жадным не дает!
— Мама! — Лена побледнела. — Как ты можешь?!
Мы три года лечимся от бесплодия. Для тещи это не секрет. И она била в самое больное место.
— А что? Правду говорю! Денег жалко близким людям — вот и наказание!
Я встал.
— Всё. Хватит. Лена, поехали домой.
— Андрюша, постой! — Виктор попытался загладить. — Валя погорячилась!
— Идите вы оба к черту. И денег не дождетесь.
В машине Лена плакала.
— Как она могла? Про детей... Это же... это подло!
— Твоя мать охренела, прости за выражение. С тех пор как этот Виктор появился — как подменили.
— Она влюбилась. В шестьдесят лет как девочка.
— И что? Это повод требовать от нас денег на содержание её хахаля?
— Конечно нет! Я с ней поговорю!
Но разговоры не помогли. Теща стояла на своем — если мы её любим, должны помочь Виктору.
Через неделю новый заход. Пришла в гости, принесла пирог (подкуп!).
— Андрюша, я погорячилась. Прости. Но пойми и меня!
— Валентина Ивановна, я вас понимаю. Но содержать вашего сожителя не буду.
— Хотя бы десять тысяч! Ну что тебе десять тысяч?
— Мне? Нормальные деньги. Треть коммуналки.
— Ты жадный! Вот умру — пожалеешь!
— Не шантажируйте.
— Я не шантажирую! Я прошу! Для меня стараешься!
— Как для вас? Деньги-то Виктору!
— Он на нас потратит! На наш отдых! Хотим в санаторий!
— Вот пусть заработает на санаторий!
Обиделась. Две недели не звонила. Потом Лена поехала к ней — забеспокоилась.
Вернулась задумчивая.
— Как мама? — спросил я.
— Странно всё. Виктор там живет фактически. Вещи везде его.
— Ну и что?
— И ведет себя как хозяин. Мама бегает, обслуживает. Он на диване с пультом, она то чай, то еду...
— Нашла кому прислуживать.
— Андрей, мне кажется, он её использует.
— Конечно использует! Бесплатное жильё, еда, обслуживание! И ещё денег хочет!
— Что делать?
— Ничего. Она взрослый человек. Предупредили — не слушает.
Через месяц — новый скандал. Теща позвонила рыдая.
— Лена! Андрей! Помогите! У нас беда!
Примчались. Оказалось — Виктор занял денег у каких-то людей. Пятьдесят тысяч. На "бизнес". Бизнес прогорел (а был ли бизнес?), отдавать нечем.
— И что? — спросил я.
— Проценты набежали! Уже семьдесят требуют!
— Пусть Виктор и отдает!
— Так нечем! К нам домой приходят! Угрожают!
Виктор сидел бледный, молчал.
— Сколько процентов? — уточнил я.
— Два в день...
— Вы взяли у ростовщиков?! Совсем мозгов нет?
— Я думал, отдам быстро... Бизнес же должен был...
— Какой бизнес?
— Ну... перепродажа товаров...
— Спекуляция то есть. И прогорели. Молодец!
— Андрюша, выручи! — теща бросилась ко мне. — Последний раз прошу!
— Семьдесят тысяч? Вы в своем уме?
— Мне квартиру продать придется!
— Не придется. Виктор пусть продает свою!
— У него нет квартиры! — выпалила теща.
Вот оно.
— Как нет? Он же говорил — однушка на Мира!
— Ну... он с сестрой живет... Точнее, жил... Она выгнала...
— За что выгнала?
Молчание.
— За долги выгнала? — догадался я. — Он и у сестры занимал?
— Она жадная! Родному брату не помогла!
— Может, уже помогала? И устала?
Виктор встал.
— Я пойду. Извините за беспокойство.
— Куда пойдешь? — встрепенулась теща. — Никуда не уходи!
— Валя, я тебя подставил. Уйду.
— Нет! Мы что-нибудь придумаем!
Смотреть на это было жалко и противно одновременно.
— Валентина Ивановна, — сказал я. — Вы понимаете, что он вас использует?
— Неправда! Он меня любит!
— Любит бесплатную квартиру и обслуживание!
— Андрей! — Лена одернула. — Мама, но ты же видишь...
— Ничего я не вижу! Вы молодые, вам не понять! В нашем возрасте любовь найти...
— Это не любовь! Это паразитизм!
Ушли ни с чем. Отказался платить долги Виктора.
Через неделю теща продала свою дачу. Быстро, дешево. Отдала долги.
Виктор остался жить у неё.
— Мам, ты хоть понимаешь, что будет дальше? — пыталась вразумить Лена.
— Будем жить! Любить друг друга!
— На что жить? Дачу продала!
— На пенсию! Справимся!
Справлялись два месяца. Потом Виктор опять влез в долги.
На этот раз сто тысяч. "Верный бизнес" опять прогорел.
— Нет, — сказал я сразу. — Даже не просите.
— Андрюша, меня убьют! — рыдала теща.
— Виктора убьют. Это его долги.
— Но он же у меня живет! Придут ко мне!
— Выгоните его. Проблема решена.
— Как я его выгоню? Я его люблю!
Замкнутый круг.
В итоге продала машину. Старенькую "Ладу", но для неё это была единственная роскошь.
— Знаешь, что самое страшное? — сказала Лена после очередного визита к матери. — Она счастлива.
— Счастлива? Дачу продала, машину продала, долги платит!
— Но он с ней. Внимание оказывает. Комплименты говорит.
— За её счет!
— Она этого не видит. Или не хочет видеть.
— Сколько можно продавать? Что дальше? Квартиру?
— Не дай бог...
Но именно это и случилось. Через полгода Виктор "уговорил" тещу продать двушку и купить однушку.
— Зачем нам такая большая? Освободим капитал!
"Капитал" — триста тысяч разницы — ушел на очередной "бизнес".
Который, разумеется, прогорел.
— Мама, остановись! — умоляла Лена. — Ты всё теряешь!
— Зато я не одинока! Вы не понимаете, каково в шестьдесят лет одной!
— Лучше одной, чем с паразитом!
— Он не паразит! Просто неудачи! У всех бывает!
— У него постоянные неудачи! Может, дело в нем?
— Вы злые! Не хотите моего счастья!
Развязка наступила через год. Виктор нашел новую "любовь" — вдову с трешкой и хорошей пенсией.
Съехал за один день. Пока теща была в поликлинике.
Пришла домой — половины вещей нет. И Виктора нет.
Записка: "Валя, прости. Так будет лучше".
Теща слегла. Инфаркт.
Мы дежурили в больнице. Она плакала.
— Как он мог? Я для него всё...
— Мама, мы предупреждали, — мягко сказала Лена.
— Но он говорил, что любит...
— Любил твою квартиру и деньги.
— Нет! Была любовь! Была!
Может, и была. С её стороны.
Выписали через две недели. Теща постарела лет на десять. Живет теперь в однушке на окраине. Пенсии едва хватает.
— Андрюша, — позвала меня как-то. — Прости за всё. Я дура старая.
— Валентина Ивановна, что было — то прошло.
— Ты был прав. Использовал он меня. А я... я так хотела быть любимой...
— Вы любимы. Лена вас любит. Я уважаю.
— Это другое... Женщине хочется... романтики...
В шестьдесят лет хочется романтики. И находятся те, кто этим пользуется.
Виктора видели в городе. С новой "любовью" в ресторане сидел. Она платила.
А теща больше не ищет любовь. Говорит — дорого обходится.
Триста тысяч, дача и машина.
Дорогая романтика.
Особенно когда "он делает её счастливой".
За её счет.
🌺 Понравился рассказ?
Тогда вам точно понравится мой Телеграм канал! Каждый день — мудрые слова о жизни, любви и женской силе. Для тех, кто ценит глубину и красоту слова.
Переходите — там много интересного!