Wong Shun Leung
текст и фото Ян.Шиманкевича
Вероятно, после прочтения предыдущих статей на эту тему, Читатели уже задались вопросом: кого можно включить в эту галерею мастеров? Только тех, кто жил — или хотя бы застал времена, когда боевое искусство решало вопрос жизни и смерти? Или тех, кто воспитал плеяду талантливых и уважаемых учеников? А может, тех, кто не только сохранил традиции предков, но и развил их, создав — благодаря своей неповторимой личности — новое измерение в своём искусстве? Наверное, попадание в эту галерею зависит от всего этого вместе. В наше время куда проще писать о деятелях столетней или более давности. Тогда поле боя или сама жизнь выставляли окончательные оценки. Гораздо сложнее — в современную эпоху, когда положение в мировом движении боевых искусств часто определяет лишь агрессивная самореклама и ничего больше. Именно поэтому встреча с такой выдающейся личностью становится поистине незабываемым переживанием.
Вонг Шун Леунг (1935-1997) происходил из семьи практикующих традиционную китайскую медицину, проживавших в Гонконге. Когда он подрос, город, в котором он жил, стал местом массовых миграций. В 1949 году через Гонконг хлынули толпы беженцев и остатки армии Чан Ши, отступавшей перед войсками Мао Цзэдуна. Здесь формировались новые, агрессивные триады, захватывавшие улицы. Наконец, мастера различных традиционных боевых искусств из южного Китая начали селиться в Гонконге, открывая собственные школы боевых искусств.
В те времена, и фактически до середины 1970-х годов, двухметровые улицы районов Цим Ша Цуй, Яу Ма Тей, Монгкок и Сам Шуй По на полуострове Коулун редко посещались британской полицией. Здесь время остановилось, и царили старые законы и обычаи. Дуэли и поединки между школами боевых искусств были обычным делом. Это были настоящие бои без правил, где увечья или смерть часто становились финалом таких схваток. Несчастный, который проигрывал с трагическим исходом, попросту "попадал в несчастный случай" — например, "падая с крыши".
Таким образом, в те времена выживание и положение в местном сообществе, наряду с финансовыми ресурсами, часто определялось умением сражаться. Через дом отца Вонг Шун Леунга проходило множество людей, изувеченных в таких поединках. И далеко не всегда это были проигравшие. Как гласит китайская поговорка: «Когда дерутся два тигра, даже победитель выходит из схватки тяжело раненым».
Сталкивающиеся в Гонконге влияния Востока и Запада привели к тому, что юный ШунЛеунг, разочаровавшись в традиционных методах обучения кунг-фу, выбрал «короткий путь» — он хотел быстро научиться драться и начал посещать уроки бокса. Крепко сложенный и сильный, он стал побеждать своих противников не только в спортивных соревнованиях. Это, в свою очередь, придало ему такую уверенность в себе, что он начал «навещать» школы кунг-фу, насмехаясь над их методами тренировок и вызывая их мастеров на поединки. Традиция в таком случае предписывала немедленный бой. Обычно сначала выходил среднеподготовленный ученик, затем более продвинутый, и наконец — мастер школы. Вонг Шун Леунг выходил из этих столкновений победителем, укрепляясь в своем пренебрежении к традиционным методам обучения и воспитания. Он продолжал посещать всё новые школы в начале пятидесятых, пока в 1953 не попал в квун (яп. додзё) мастера малоизвестного стиля Вин Чунь, созданного на рубеже XVIII/XIX веков "женщинами", что тогда его очень забавляло. С первым противником он справился быстро. Поскольку в тот момент в школе не было старших учеников, к противостоянию вышел сам мастер — Ип Ман. Вонг Шун Леунг атаковал с пренебрежением почти шестидесятилетнего противника. Он был мгновенно поражён семь раз и закончил бой на каменном полу. В это время в школу пришёл ассистент мастера Ии Мана и предложил ему продолжить «урок». Как сам Вонг позже рассказывал, в течение следующих нескольких минут он оказался между жерновами, которые .эффективно изменили его характер, отношение и взгляды.
Почти неделю он приходил в себя после этого опыта. Постельный режим дал ему время на размышления. Когда силы вернулись, он отправился в квун мастера Ии Мана и, как того требует традиция, на коленях попросил принять его в ученики школы Винг Чунь Куен.
С этого момента он быстро прогрессировал. Аналитический ум, предыдущий опыт в реальных боях и, наконец, новая личность, которая в нем сформировалась, создали из него настоящего воина, достойного своих предшественников из прошлых веков. Как писали на рубеже 1950-х и 1960-х годов, благодаря Вонг Шун Леунгу слава Винг Чун кунг-фу "разлеталась по улицам Гонконга как ветер". Несколько поединков организовал журналист, который хотел получить доказательства исключительных навыков Вонга и затем публиковать о них в газете "The Star", а также его богатые коллеги по занятиям кунг-фу, не способные справиться с ним в спаррингах. Когда его одноклассники мастера Ип Мана делали карьеры или заканчивали образование, он постоянно находился рядом с учителем. Обычно после занятий в школе, около одиннадцати вечера, они устраивали совместный ужин, играли в маджонг, вели бесконечные дискуссии. Благодаря этому молодой Вонг быстро преодолел технические границы, постиг конструктивные принципы системы и философию кунг-фу. Его опыт привел к тому, что мастер Ип Ман несколько изменил свою методику преподавания, вводя даже новые техники. Одновременно Вонг унаследовал семейную традицию натуральной медицины. Проявился и его другой, необыкновенный талант — он был превосходным каллиграфом традиционных иероглифов. Люди заказывали у него торжественные надписи.
Вонг Шун Леунг разделял время между помощью в обучении молодых. адептов в школе своего учителя и руководством собственной школой Винг Чун кунг-фу. Его личность привлекала многих молодых людей. Именно тогда к нему попал молодой начинающий актёр Ли Сяолун, ставший известным как Брюс Ли.
Он многократно консультировался с Вонгом по поводу своих идей о Джит Кун-До, а годы спустя, в 1972-73 годах, Вонг стал его консультантом по сценам боёв в культовом фильме «Выход дракона».
По правде говоря, учеников в его школе было больше, чем в школе мастера Ии Мана. Из уважения к учителю, а также чтобы обеспечить ему достойные условия жизни, Вонг отправлял часть учеников в его квун.
Вонг Шун Леунг сражался как безоружными техниками, так . и с холодным оружием, практикуемым в системе Винг Чун. Используя пару коротких мечей «бат чам дао», он даже провёл поединок с мастером спортивного фехтования на глазах у миллионов зрителей. Свой последний серьезный бой он прошел, как мне он сам сказал, в возрасте около сорока пяти лет...
Когда мастер Ип Ман умирал от рака горла в декабре 1972 года, он хотел сделать Вонга Шун Леунга своим единственным преемником. Вонг Шун Леунг отказался принять эту честь. Созданная Ип Маном Ассоциация Вин Чунь Гонконга (Hong Kong Ying Tsun Athletic Ass.) была крупной организацией, а сам стиль стал известен во всем мире. Он предложил, чтобы ассоциацией управлял директорат из старших учеников с ежегодно сменяющимся председателем. Так и произошло.
Он стал необычайно скромным и открытым человеком. Когда многие прямые ученики Ип Мана и ученики их учеников начали делать карьеры, превращая Винг Чун в прибыльный бизнес и называя себя великими мастерами, он использовал лишь скромный титул "Сифу". Никогда никого не критиковал. Просто показывал, говоря: "мы делаем так, потому что...", объясняя свою философию боя и техники. В его методе обучения никогда не было искусственной тайны. Услышать или увидеть, а знать, понимать и уметь - совершенно разные вещи.
Он принимал в свою школу учеников независимо от цвета кожи и обучал их с одинаковой тщательностью. Это было исключением, так как его учитель откровенно не переносил белых, а настоящее кунг-фу во многих школах даже сегодня остается привилегией только китайцев.
Его кунг-фу пришло в Европу в 1984 году, в Польшу год спустя, а затем в Северную Америку. Он стал известным и уважаемым учителем и интерпретатором принципов стиля Винг Чун Куен. В 1995 году автор получил от Сифу Вонг Шун Леунга каллиграфию "Метод боя Вонг Шун Леунга" с личной подписью. Это единственная форма, используемая в традиционных школах кунг-фу для подтверждения знания полной системы боя. Это соответствует японскому "менкё кайдэн". Такой документ из другой системы китайских боевых искусств есть в Польше только у одного человека.
Школы этого стиля, преподающие по другим методикам, также приглашали Вонг Шун Леунга на семинары. В 1996 году его кунг-фу было оценено властями КНР. На специальном семинаре в Пекине, в окружении группы учеников, он провел первые из запланированного цикла занятий для для инструкторов по рукопашному бою, включая подразделения специального назначения китайской армии и полиции.
Когда он умер от кровоизлияния в мозг в феврале 1997 года в возрасте всего 61 года, на грандиозных похоронах шеренгу людей, провожавших его в последний путь, в равной, степени составляли как азиаты, так и европейцы. Две траурные речи были произнесены на равных правах.
«Hong Kong South China Morning Post» написал: «Мы прощаемся с мастером боевых искусств Вонг Шун Леунгом, пользовавшимся невероятным уважением».
■ Лун Кай Минг, вице-президент Г онконгской Ассоциации Китайских Боевых Искусств, подтвердил: «Вонг подготовил множество молодых людей до уровня мастеров».
Хо По Квонг, вице-президент Гонконгского Союза Ушу, с сожалением отметил: «Один из последних великих мастеров кунг-фу завершил свой Жизненный Путь».
Основные принципы, которые он прививал ученикам:
- Телосложение и сила противника напрямую влияют на исход боя — результат невозможно предугадать.
- Будь готов морально и физически к тому, что в реальном бою тебе придется выдержать не один удар.
- Винг Чун — великолепная система, дающая преимущество, но даже при соотношении 70% к 30% один из трех ударов достанется тебе.
- Не проявляй нетерпения — не атакуй, пока не окажешься в шаге от противника.
- После первого успешного удара ногой крайне сложно (или невозможно) эффективно нанести следующий.
- Атакуй неожиданно — фактор внезапности обеспечит успех.
Лучшее описание его личности: Журналист престижного журнала «Black Belt» в конце 1980-х написал: «Вонг Шун Леунг начал свой путь как талантливый боец, затем изучил физические и психологические аспекты Винг Чун и, наконец, стал Винг Чун в духе. Он научился понимать собственные ограничения — а значит, и ограничения других. Он был воплощением философии этого боевого искусства: как старый меч, кажущийся безобидным, пока не испытаешь остроту его лезвия».