Найти в Дзене
Архитектор снов

Гастон Башляр в книге «Право грезить» (М., 2025) предлагает язык, который удивительно созвучен практике осознанных сновидений

Гастон Башляр в книге «Право грезить» (М., 2025) предлагает язык, который удивительно созвучен практике осознанных сновидений. Для нас эта книга важна тем, что учит видеть в снах не просто хаотичные картины, а особую архитектонику — дыхание пространства, которое сжимается и расправляется, подчиняясь собственной динамике. Это и есть первый шаг к осознанию сна: уловить, в какой геометрии ты находишься — в коконе округлых форм или уже в коридоре прямых линий, ведущем к пробуждению. Когда мы закрываем глаза, пространство вокруг будто растворяется. Уходит привычная геометрия комнаты — углы, линии, расстояния. Сон строит для нас другую архитектуру. Она не из камня и не из дерева, а из дыхания, воспоминаний и воображения. Башляр писал, что у сна есть свой «центр» — психическая полночь, куда нас втягивает мягкая спираль покоя. Это не покой пустоты, а особое сжатое пространство, где всё округляется, словно кокон. Внутри него человек забывает про даль, и каждое ощущение становится ближе. Если с

Гастон Башляр в книге «Право грезить» (М., 2025) предлагает язык, который удивительно созвучен практике осознанных сновидений. Для нас эта книга важна тем, что учит видеть в снах не просто хаотичные картины, а особую архитектонику — дыхание пространства, которое сжимается и расправляется, подчиняясь собственной динамике. Это и есть первый шаг к осознанию сна: уловить, в какой геометрии ты находишься — в коконе округлых форм или уже в коридоре прямых линий, ведущем к пробуждению.

Когда мы закрываем глаза, пространство вокруг будто растворяется. Уходит привычная геометрия комнаты — углы, линии, расстояния. Сон строит для нас другую архитектуру. Она не из камня и не из дерева, а из дыхания, воспоминаний и воображения. Башляр писал, что у сна есть свой «центр» — психическая полночь, куда нас втягивает мягкая спираль покоя. Это не покой пустоты, а особое сжатое пространство, где всё округляется, словно кокон. Внутри него человек забывает про даль, и каждое ощущение становится ближе. Если снится вещь — мы не смотрим на неё со стороны, а входим внутрь, как в раковину.

Архитектоника сновидения гибкая. Сначала пространство сжимается, прячет в складках дневной шум. Глаза закрываются, пальцы отпускают предметы, тело постепенно теряет углы. Всё скругляется, обретает форму плода, яйца, семени. Это первая работа сна — укутать, защитить, вернуть к центру. Но потом наступает движение в обратную сторону. К утру кокон словно расправляется. Внутри появляется ось, прямые линии, стремление к действию. Руки, только что забывшие о вещах, начинают играть невидимую мелодию, будто готовятся к труду нового дня. В образах сна появляется воля, энергия. Архитектоника снова меняется: от округлых форм к стрелам и лучам.

Выходит, ночь — это не просто отдых. Она строит целое здание из разных пространств: закруглённых камер покоя и прямых коридоров пробуждения. Сон умеет превращать нас то в мягкую хризалиду, то в архитектора, который уже прокладывает линии будущего. В этом и есть тайна архитектоники сновидения: её стены дышат, её своды то сжимаются, то расширяются. Она собирает нас в центр, чтобы утром снова выпустить наружу — обновлёнными, готовыми видеть мир и строить его заново.

Иллюстрация - В. Кандинский. Пестрый ансамбль. 1938. Холст, масло, эмаль. Париж, Национальный музей современного искусства, Центр Жоржа Помпиду

Все об осознанных сновидениях в моей книге «Мастер снов» - https://guru-massage.ru/arhitektor-snov