Нина Петровна поправила очки и посмотрела на часы: до отправления оставалось всего двадцать минут. Она с дочерью Мариной и десятилетней внучкой Ксенией спешила к вагону — впереди был почти день пути до Адлера.
Вагон встретил привычным запахом дорожной курицы, чая из стаканов с подстаканниками и лёгким гулом голосов. Они добрались до своего отсека и… замерли. Под полками громоздились три огромных чемодана, картонная коробка с наклейкой «Осторожно, стекло» и ещё какой-то подозрительный мешок.
— Это что у нас, багажный отсек? — пробормотала Марина.
С верхней полки спустила голову молодая девушка в наушниках. Она виновато улыбнулась:
— Это вещи женщины из соседнего купе. Она сказала, что у неё очень много чемоданов и места там не хватает. Уже часа три тут лежит.
Марина моментально закипела:
— Наши места — наши правила. Мы билеты не просто так брали! — и начала вытягивать чемоданы наружу.
Долго ждать хозяйку не пришлось. Минуты через три в отсек буквально влетела женщина лет сорока пяти. Волосы — пшеничного цвета, явно наращённые, ногти — длинные, ярко-алые, с блёстками. Она выглядела так, будто собралась не в поезд, а на конкурс красоты.
— Это что за безобразие?! — закричала она, увидев свои вещи на полу. — Кто посмел трогать мои чемоданы?
— Ваши чемоданы мешают, — спокойно ответила Нина Петровна. — У нас билеты именно на эти места.
— Да какая разница! — всплеснула руками блондинка. — Я же с ребёнком еду! Мне неудобно. У нас там тесно.
Внучка Ксения шепнула маме:
— А где её ребёнок?
Но ребёнка поблизости не оказалось.
В спор вмешалась проводница. Она сурово объяснила, что личные вещи положено хранить либо на третьей полке, либо сдавать в багажное отделение.
— Но у меня дорогие вещи! — запричитала женщина. — Я не могу их сдавать! У меня тут косметика, техника, посуда!
— Тогда на третью полку, — жёстко ответила проводница и ушла, не дав возможности продолжить скандал.
Женщина ещё минут десять возмущалась, но чемоданы всё-таки убрала. Правда, громко заявила:
— Люди сейчас стали такие злые! Ни капли сочувствия, никакой женской солидарности!
Всю дорогу до Адлера она продолжала страдать: то чемоданы мешают, то кто-то косо посмотрел, то соседи слишком громко шепчутся. Каждый её вздох был театральным, каждое слово — полным укора всему вагону.
К вечеру её перестали слушать и реагировать. Нина Петровна только вздыхала:
— Отдых у неё начнётся не в Адлере, а тогда, когда она перестанет тягать за собой половину квартиры.
На перроне в Адлере «королева чемоданов» выглядела величественно: среди кучи коробок, пакетов и сумок она напоминала командующего войском, только вместо солдат — чемоданы.
— Я предлагала ей грузовое такси вызвать, — сказала Марина, когда они обходили эту импровизированную «крепость». — Но она обиделась.
Через три дня, гуляя по пляжу, они снова увидели знакомую фигуру. Та самая блондинка тащила к морю огромную пляжную сумку, три надувных круга и чемодан на колёсиках. Из чемодана торчала ручка от фена и свёрнутый электрический удлинитель.
— Похоже, даже на пляж решила притащить весь дом, — усмехнулась Марина.
Нина Петровна поправила очки и подумала, что у некоторых людей море — это лишь декорация. Настоящий их отдых — таскать и охранять свои вещи.
Читайте также:
Фото: gorodkirov.ru