Все принюхивались, пахло пылью и чем-то кислым. Дарья покачала головой, предложение Мерца было бесполезным, так пахло во всём подземелье, просто здесь запах был сильнее. Её удивляло, что нет звуков.
– Неужели система подачи воздуха столь совершенна, что не издаёт ни шороха? Или всё включили недавно? – высказала она своё недоумение.
– Подача воздуха? Хм… Движения воздуха тоже нет, но он свежий, – Кьяр внимательно прислушивался и принюхивался. – Дашута, теперь первая идёшь ты. За тобой я и Бат. Мы тебя будем в случае чего вытаскивать, а наши арбалетчики прикрывают всех. Кстати, а где Роун? Что-то я её не слышу.
– Она спит, – растерянно проговорил Ронг, который, только на ощупь обнаружил, привалившуюся к стене и спящую ханаши, он злился на себя, что не заметил, как она уснула, да и на то, что всё ещё плохо видел.
– Ну вот, а ханаши спят, – добавил Мерц. – Странно этот газ действует.
– Интересно… – ляпнула Дарья и расстроилась, таким неуместным показалось это слово.
Однако Кьяр задумчиво пробормотал:
– Действительно интересно. Как это они создали газ с такой избирательностью действия.
Роун разбудили, и она растерянно осматривалась.
– Где это мы? А что это за штука такая?
– Ага, Роун тоже хорошо видит, но этот же газ её вырубил. Меня это наводит на грустные выводы, – просипел Мерц. – Пошли, а то мне уже тошно!
Дарья шла мимо кубов и рассказывала всем:
– Эти приборы очень и очень старые, на них весь пластик как бы покрыт патиной, но пыли нет, то есть за ними следят. Интересно, но почему-то от них пахнет мокрой пылью.
– Потому что это запах тех, кто за ними следит, – огрызнулся Бат, который тоже сердился, что он ведр, а ничего не чувствует.
– Может быть, очень может быть. Кстати, эти приборы недавно чинили, – Дарья заглянула в один из кубов, пройдя несколько шагов вдоль стены ойкнула. – Ой! Дверь! Поднимите меня, там кнопка!
– Ничего не вижу! – расстроенно прошипел Кьяр, впервые его подвели способности дрена. – Стена и всё! Удивительно, но ты увидела запасной включатель, не прыгали же создатели, открывая двери. Ростом, судя по высоте той штуки, которую ты назвала бандурой, они были не выше нашего. Ха! Для кого же была эта кнопка?
Бат и Кьяр, крякнув, подняли Дашку на вытянутых руках, та что-то ковыряла, как видели они, в потолке.
Стена провалилась, скрипя и шурша. Все замерли, вслушиваясь и внюхиваясь в темноту.
– Давно её не открывали. Слышали, как все скрипело? – спуская Дарью, пробормотал Бат. – Мы, похоже, идём неизвестным для кого-то путём.
– Здесь коридор, а потом обычная дверь, – сообщила Дарья, заглянув в открывшийся проход.
– Поосторожней! – шепнул ей Кьяр.
Они прошли небольшой коридор, и Дарья, распахнув дверь, медленно вошла в зал, который сразу осветился мёртвым серым светом. Все ахнули, потому что зрение вернулось. Она сделала несколько шагов, и её скрутило от рвоты.
– Мамочки!
Кьяр оказался рядом со скашем в руке. Он держал Дашку и ругался:
– Шхас! Вы только посмотрите! Вот ведь негодяи!
В комнату вслед за ними протиснулись все. Благодаря необычному серому свету они видели всё отчётливо, но лучше бы не видели.
В регенерационных ваннах лежали окровавленные мёртвые тела. У многих из них были вырезаны сердца, у некоторых удалён мозг. Из вскрытых черепов и груди торчали какие-то коробки со шнурами и трубками, уходящими в пластиковую панель на стене. Некоторые тела, без сердец и мозга, подёргивались. Мерц и Кьяр осмотрели всё.
– У них что-то не получилось! – протянул Мерц. – Видимо, они пытались современные технологии соединить с какими-то очень старыми.
– Ой, а я их знаю! – воскликнул Ден. – Вот этих пятерых. Эти ребята-исты, они «ползуны» и год назад пропали в «старом провале». Их патрульные искали и не нашли. Это после этого запретили исследовать этот «старый провал». А вот этого парня зовут Дейн, он дорожный инспектор.
– Ха! Вот и обнаружился инспектор! Теперь понятно, куда пропадали жители – на них вели эксперименты, – сказал Кьяр и резко повернулся на звук рыданья Роун.
У дальней стены в каменных ваннах, наполненных зеленовато-белёсой жижей, лежали вскрытые тела женщин-ханаши, от тел которых тянулись трубки к камерам с плавающими мёртвыми эмбрионами. Многие эмбрионы также были вскрыты, и у одних были вырезаны сердца, у других был удален мозг.
Кьяр переглянулся с Дарьей, Мерц выругался. Вырисовывалась жуткая картина. Получалось, что нхангов натравили на ханашей из-за того, что их не удалось использовать. Возникли вопросы. Кто проводил эти чудовищные эксперименты? Как это было сделано, и, главное, зачем?!
– Так, Дашута, попробуем это всё уничтожить. Понимаю, что это доказательство преступления, но мне кажется, надо срочно лишить негодяев этой базы. Да и нельзя оставлять врага за собой, – дрен обнял её. – Попробуем обвалить стены? Думаю, ты сможешь мне помочь.
– Уходите! – устало проговорила Дашка, она не могла поверить, что этот мир оказался похожим на её прежний. – Вон видите, лестница наверх! Вон там, справа.
Все поднялись по ступенькам почти под потолок. Дарья и Кьяр были последними. Они ещё раз осмотрели жуткую лабораторию.
– Может это они кричали и звали? – прошептала Дарья.
– Давайте! Мы вас сетью выдернем, – пробасил Мерц, и на плечи Кьяра и Дарья опустилась прочная сеть.
– Научи! – прошептала Дарья.
– Используй гнев, чтобы усилить силу, – проговорил Кьяр. – Итак! Мысленно представить, что ты сдвигаешь стены, и, как здесь всё рушится и давится этими стенами. Чтобы было легче помоги себе руками, сведи их, напрягаясь изо всех сил, как будто между рук у тебя резиновый шар, и он мешает. Давай. Дашута! Остальное я сделаю сам.
Дарья, вспомнила увиденное, гнев захлестнул её, и, выдохнув, она свела раздвинутые руки, как и Кьяр. Их резко дёрнули наверх. Внизу всё обвалилось, заклубилась пыль. Дашка стояла на ступеньках колодца, вцепившись в руки Кьяра, её качало от слабости. Правый бок ломил, но она услышала приказ Кьяра: «Наверх!», и упрямо полезла вслед за ним.
Они шли по спиральной лестнице колодца, почти двадцать минут, наткнулись на люк. Открыли и вылезли в обычный подвал, похожий на подвал дома у Дарьи. Несколько минут рассматривали стеллажи вдоль стен, заваленные мешками с зерном и заставленными кувшинами, запечатанными пергаментом и специальными крышками. В углу стояло несколько бочек.
– Неожиданно! Подвал жилого дома, – тихо проговорил Бат. – Надо посмотреть, где мы оказались. Попробуем выйти!
Когда все вылезли из подвала, то замерли озадаченными, потому что оказались в каком-то разрушенном доме, у которого сохранились только стены и часть перекрытий между этажами.
– Странно! Я не слышал, что в этом районе были брошенные селения, а я очень любопытен, – прошептал Ден и по-кошачьи, забрался на самый верх разрушенной стены, потом долго осматривался.
– Ну?! – гатанги спросили разом и шепотом.
– Никого нет! Ничего не понимаю! А ведь я знаю, где мы. Это – Северные лаборатории! Что же здесь произошло? Что случилось с этим зданием? Кто его разрушил? Почему они не позвали на помощь? У них же была связь! Почему никого нет? Здесь же работает и живёт почти сотня людей! Все запасы бросили, – рассказывая это, Ден расстроенно осматривался. – Знаете, а дорога, вон там, разрушена, да и деревья упали на дорогу и полностью завалили её. Странно! Ворота и забор целые. Ни одного повреждения! Если напали, почему забор целый? В здании, в лабораториях все стекла выбиты.
– Получается, что это всё было запланировано, – прошептала Дарья, её всё еще мутило от потери энергии. – Я же помню, как мне жаловались на дорожного инспектора. Кто-то это всё сделал очень быстро. Дороги перекрыты, а с сотрудниками расправились. Слушайте, а может некоторые сопротивлялись? Надо бы осмотреть этот селение! Может кто-то ещё прячется и ждёт помощи.
– Сомневаюсь, – пробормотала Фани и, используя приобретённый опыт, восстанавливала Дарью.
Кьяр, которого успел восстановить Мерц, переглянулся с другом.
– Пригодились наши тренировки, – прошептал Кьяр, затем кивнул Бату, и тот занял место рядом с Деном. – Ну-с, идём тихо-тихо! Смотрим, слушаем и нюхаем. Ни звука! Пошли!
Кьяр и Мерц заскользили вдоль аккуратненьких небольших жилых домиков, заглядывая в окна. В некоторых домах двери не были закрыты, они тихо входили внутрь, осматривали жилые помещения, чердаки и подвалы. В большинстве домов был идеальный порядок, и на отсутствие жителей указывали только горшки с засохшими растениями на окнах. Дойдя до перекрёстка, они стали ждать остальных.
Гатанги перебежками подтянулись к ним.
– Жителей нет! – проворчал Мерц. – В подвалах нет люков, если на них напали то, только с улиц.
– Мы нашли ещё один разрушенный дом, в подвале которого был люк в подземелье. Мы с Деном основательно завалили этот люк, теперь снизу его не открыть, – сообщил Бат.
– Двинулись дальше, к вольерам с животными, – скомандовал Кьяр.
Спустя десять минут, все остановились, потому что перед ними были длинные ряды вольеров.
– Всё осмотреть, – шепнул Кьяр. – Только тихо!
После обследования опять собрались на перекрёстке. Обнаруженное было невероятным. Все животные в вольерах были мертвы.
– У них что же, эпидемия была? – недоумевал Ден.
– А тогда, где все мёртвые жители? – угрюмо спросил Бат.
– Знаете, я более подробно исследовал вон тот разрушенный двухэтажный дом, и тот, который обнаружили Бат и Ден. Так вот, двери в разрушенных домах выламывали, и зачем-то распилили чугунные ванные, – Ронг хмурился. – Похоже их распиливали установками, используемыми в гранитных каменоломнях. В этом городе нет производств, где применяются такие пилы. Значит, сюда их привезли издалека. Вопрос как? Дороги-то завалены.
– Это еще не всё! – проговорила Фани. – Я слазила на чердак внешне почти нетронутого дома. Лестница, ведущая на чердак, обуглилась от кислоты. Разбитые колбы из-под кислоты лежат под лестницей. Между прочим, это была серная кислота, по маркировке на колбах, концентрированная. Похоже, кто-то так отбивался, но ни трупов, ни скелетов, нет. Дрались серьёзно, потому что на чердаке я нашла следы, изготовления химических бомб. Думаю, что кислота пошла в ход, когда бомбы кончились.
– Я была вместе с Фани, и заметила, что двери на чердак пытались укрепить канатами, там висят обрывки, – прошептала Роун.
– Значит, только в разрушенных домах жители от кого-то отбивались, – проворчал Кьяр. – Напавшие были так страшны, что жители использовали всё подряд.
– К сожалению, нет ни обломков оружия, ни арбалетных болтов, как, впрочем, нет трупов и костей, – проворчал Мерц. – Трудно сказать, кто на них напал.
Дашка, которая, стараясь не притрагиваться, осмотрела животных в вольерах, сообщила:
– Все животные убиты, и у них выкачана кровь, только я не понимаю, как это сделали? Это не животные, а мумии какие-то. На теле ни одной раны.
Внезапно Мерц завертелся и взглянул на Дашку.
– Ты что, не чувствуешь ничего от усталости? – и рыкнул всем. – На крышу!!
Дашка расстроилась, она действительно поздно почувствовала. Это было непростительно для звероведа, но Кьяр успокаивающе ей шепнул:
– Будет тебе! Перестань напрягаться быть лучше всех.
Гатанги, прихватив ничего не пронимающего Дена, быстро забрались на крышу ближайшего дома и затаились за каминными трубами.
– Ничего не вижу, – прошептал Бат. – Мерц, от кого мы сюда залезли?
– Да вот же! – показала Роун.
В серых сумерках рассвета, покрыв дорогу, как вода, двигался поток крупных, размером с курицу, жуков мертвоедов. Гатанги с удивлением обнаружили, что мертвоеды не только не тронули мёртвых животных, но старались избегать приближаться к вольерам. Это было необычно. Прошло двадцать минут, и поток жуков скрылся лесу. Самое интересное, они прошли под забором через вырытый узкий лаз.
Бат озадаченно прошептал:
– Уж сколько я читал про мертвоедов, но никогда не слышал, чтобы они не трогали трупы. Смущает, что животные в вольерах высохли, но не разложились. Они же не сами умерли? Непонятно…
– Здесь всё непонятно! Мне страшно и противно прикасаться к телам животных. Просто бррр… Как это сделали, и что так воздействует? – угрюмо отозвалась Дарья. – Их умертвили давно. Посмотри, в дальнем вольере вурхи остались на солнце и совершенно высохли. У них даже кожа осыпается пылью.
– Чем же их убили? – нахмурилась Роун. – Посмотрите! Позы у всех животных расслаблены. Их что же, сначала усыпили?
Мерц, насупившись, перебирал в памяти случаи избегания животных-падалеедов, но также ничего не смог вспомнить.
Ден после того, как мертвоеды исчезли в лесу, внимательно осматривал улицы городка. Увидев здание, окружённое забором с постовыми будками у ворот, он показал на него, и спустя несколько минут гатанги были во дворе этого дома.
– Забор от жителей! Внутри склад, он пустой, значит это так, для отвода глаз. Что же они так охраняли? – Кьяр рыскал вокруг, а, найдя, свистнул.
Гатанги рассматривали массивный люк, хорошо замаскированный засохшими кустами хищной сирры.
Бат обошёл растение, посмотрел на мёртвую траву вокруг, прошёл вдоль забора и покачал головой.
– Здесь растения чем-то опрыскали, и они погибли. Там дальше мёртвые ели. Трава тоже убита. Может искали этот люк?
– Ладно, попробуем! – Кьяр вскрыл замок и прыгнул в подземный коридор.
Все скользнули за ним, закрыв люк. Сразу загорелся знакомый серый свет. Ронг осмотрелся и прошептал:
– Светильников нет. Похоже это микро-лампы в потолке. Никаких громких звуков, возможно есть устройств реагирующие на громкие звуки.
Они почти час то шли, то бежали по освещённому серым светом коридору и упёрлись в лестницу, вырубленную в обычной скале. Поднявшись, опять оказались в коридоре. Коридор разветвлялся. Подумав они выбрали тот, который под прямым углом к первому вёл их на запад, где и располагались основные здания Северных лабораторий, да и пол в этом коридоре был без пыли.
Примерно через три часа бега с небольшими остановками на отдых, гатанги оказались перед массивной дверью из бетона и металла. Они перепробовали все способы, пытаясь открыть дверь, пока, Ден в задумчивости не постучал, выбив замысловатую дробь. Дверь, к их изумлению, открылась. Их ждали.
Молодые мужчина и женщина в светлых комбинезонах пропустили их в дом и закрыли дверь.
Мужчина спокойно спросил:
– Вас преследуют?
– А должны? – в свою очередь осведомился Мерц.
– Ну, если вы пришли, – ответил мужчина и, увидев непонимание, добавил, – это же убежище! Странно, что уже третий год к нам никто не приходит. Вы от Азара?
Гатанги переглянулись. Они получили ответ на вопрос, когда всё началось? Ден дёрнулся, но рука Мерца сжала его плечо, и он промолчал.
– Посёлок пуст, жителей нет, животные убиты, – сообщил им Кьяр.
– Все? – удивилась женщина. – Они заболели что ли? Неужели эпидемия? Но здесь очень хороший ветеринар. Азар нам рассказывал, как он остановил эпидемию желтухи у животных.
– Здесь проводили эксперименты на животных? – спросила Дашка.
Женщина всплеснула руками.
– Что вы! Это же лаборатория по разработке специальных кормов! Нам Азар рассказывал, что ради этого и были созданы эти лаборатории.
– В корма добавляли мутагены? А потом отбирали нужные генотипы? – мгновенно среагировала Дарья.
– Нет, что вы! – опять воскликнуло женщина. – Это корма предпочтения. Их используют при одомашнивании. В Северной лаборатории работали только этологи и селекционеры. Мы наблюдаем давно за работой этологов. У нас снаружи раньше были камеры слежения, но три года назад во время грозы многие из них сломались. В результате мы теперь без новостей. Ждали Азара, чтобы он починил, но он таки не пришел.
– Вы нам лжёте! – неожиданно жёстко бросил мужчина. – Как это никого нет? А от кого вы узнали пароль? Вы же постучали нам паролем!
Гатанги посмотрели на Дена, тот побелел.
– Какой пароль? Это мой стук! Мой! Это из-за того, что мы хотели, чтобы никто не знал наши секреты, – увидев, как вытянулись лица гатангов, Ден перепугался. – Я не лгу! Все дети Храма, бывшие под опекой Азара, хотели, чтобы воспитатель слушал только их… Без свидетелей. Я тоже. Азар изобрёл стук для каждого. Если он был занят, то дверь в комнату для бесед не открывалась, но он узнавал по стуку, кто приходил, и потом беседовал с ним.
– Азар – Жрец Белого Храма? – спросил мужчина и переглянулся с женщиной. Он чуть нахмурился. – Ты дитя Храма, порученное Азару?
– Что значит порученное?! – встопорщился Ден.
Мужчина широко улыбнулся ему.
– Наконец-то, свершилось! Оставайся у нас, мальчик! Здесь безопасно. Через полгода ты созреешь и станешь совершенным.
– Что?! Как это созрею? Я что яблоко что ли? Нет! Нет!!! – Ден затряс головой, не желая их слушать.
– Ты не понимаешь! Мы ведь тоже из того проекта, но мы, по неизвестной причине, не удались, – женщина положила руку на плечо Дена. – А ты удался, ведь ты парадокс природы! Тебе же Азар сказал это? Мы даже не ожидали, что всё получится! Мальчик! У тебя активны древние гены гатангов. Ведь тебе восемнадцать лет? Я права? Так ведь, восемнадцать?! Ты самая большая удача проекта!
– Я не лабораторное животное! – и Ден сбросил её руку. – Что значит удался?
– Мы тоже, но ведь живём здесь, хоть из нас не получилось то, что планировали, – возразила женщина.
– Название проекта и цель! – холодно потребовал Кьяр.
Сетиль переглянулись, а Дарья замерла, почувствовав мысленное давление Кьяра. Оба жителя подземелья вытянулись перед ними. Женщина торопливо ответила:
– «Скорость», а цель – восстановление древнего генома.
– Сколько удач? – Кьяр нахмурился, перебирая в памяти все, что знал об исследовании генома гатангов, но ничего кроме общедоступных сведений так и не всплыло в памяти. Более того, все прямые воздействия на геном осуждались. Он угрюмо взглянул на хозяев подземного убежища. – Так сколько было удач?
Продолжение следует…
Предыдущая часть:
Подборка всех глав: