Марина никогда не думала, что однажды будет стоять посреди переполненной кафешки торгового центра и кричать на своего мужа так, что на них оборачиваются даже самые равнодушные посетители.
— Все, Андрей! Хватит! — её голос дрожал от бешенства. — Я больше не могу это терпеть!
— Маринка, успокойся, — муж пытался взять её за руку, но женщина резко отдернулась. — Что случилось? Почему ты так реагируешь?
— Почему я так реагирую? — она смотрела на него так, будто видела впервые. — Андрей, ты серьезно спрашиваешь?
Ещё утром этот солнечный субботний день казался идеальным. Андрей взял выходной, они планировали съездить за город всей семьей. Дочка Соня с утра носилась по квартире, собирая рюкзак для пикника, а Марина готовила бутерброды на дорогу.
Всё изменилось в одну секунду, когда зазвонил телефон.
— Алло, это больница номер семь, — услышала Марина незнакомый женский голос. — Ваш муж попал в аварию. Приезжайте немедленно!
Сердце женщины остановилось. Она бросила взгляд в сторону душевой, откуда доносился шум воды.
— Какая авария? Он же дома! — растерянно пробормотала она.
— Мадам, не время для шуток. Мужчина в тяжелом состоянии. Документы на имя Андрея Петровича Соколова.
Марина почувствовала, как земля уходит из-под ног. Соня в этот момент вбежала на кухню с плюшевым зайцем в руках.
— Мама, а почему ты такая белая? — удивилась девочка.
— Всё хорошо, солнышко, — прошептала Марина, хватаясь за стул. — Папа где?
— В душе поёт! — засмеялась Соня. — Очень громко и плохо!
В этот момент из ванной донеслось: "Я на солнышке лежу, я на солнышко гляжу..."
Марина стояла с трубкой в руке и не понимала, что происходит.
— Мадам, вы меня слышите? — нетерпеливо спросил голос в трубке.
— Слышу, — выдавила она. — Мы сейчас будем.
Следующие полчаса стали самыми страшными в её жизни. Она судорожно собирала документы, будила соседку Валентину Ивановну, чтобы оставить с ней Соню, и всё это время думала только об одном: как она будет жить без Андрея?
Они познакомились пять лет назад на работе. Марина тогда только устроилась в рекламное агентство дизайнером, а Андрей работал менеджером по продажам. Первый раз заговорил с ней возле кофе-машины.
— Вы кофе с сахаром или без? — спросил он, протягивая ей стаканчик.
— С сахаром, — улыбнулась она. — А как вы догадались?
— У вас добрые глаза. Люди с добрыми глазами всегда пьют сладкий кофе.
Глупо звучало, но ей понравилось. Через месяц они уже встречались, через полгода жили вместе, а через год поженились.
Андрей был самым внимательным мужчиной на свете. Он запоминал, какие цветы она любит, какую музыку слушает, в каком настроении приходит с работы. Марина чувствовала себя с ним защищенной и любимой.
Когда родилась Соня, Андрей стал ещё более заботливым. Вставал к дочке по ночам, менял подгузники, гулял с коляской. Марина иногда шутила, что он лучше неё справляется с материнством.
И вот теперь он лежит в больнице... Возможно, умирает...
Марина села в такси с трясущимися руками. Водитель несколько раз спрашивал адрес, она отвечала машинально.
В больнице она подбежала к регистратуре.
— Соколов Андрей Петрович! Где он? Как он? — выпалила одним духом.
Дежурная медсестра внимательно посмотрела на неё.
— А вы кто ему?
— Жена! Жена его! Мне звонили, сказали, что авария...
— Постойте, — медсестра нахмурилась. — Какая авария? Мы никому не звонили.
— Как не звонили? — Марина почувствовала, как внутри всё переворачивается. — Мне полчаса назад звонили из вашей больницы!
— Извините, но у нас нет пациента с такой фамилией. Возможно, вам звонили из другой больницы?
Марина достала телефон дрожащими руками и перезвонила по номеру, с которого поступил звонок.
— Алло, — раздался знакомый смех. — Маринка, как дела? Попалась?
Андрей. Её собственный муж.
— Ты... ты что творишь? — она едва могла говорить от ярости.
— Да разыграл я тебя малость! — весело продолжал он. — Видел бы ты себя, как побледнела! А я из окна наблюдал, как ты с Соней к Валентине Ивановне бежала. Умора!
— Разыграл? — Марина чувствовала, как внутри неё поднимается такая злость, которой она никогда раньше не испытывала. — РАЗЫГРАЛ?
— Ну да! Прикольно же! Я специально голос изменил, говорил через платочек. Артист я, оказывается!
Марина молча повесила трубку. Она стояла посреди больничного коридора и пыталась понять, что с ней происходит. Руки тряслись, сердце колотилось, во рту был металлический привкус страха, который всё ещё не отпустил.
Домой она ехала в полном молчании. Таксист пару раз пытался завести разговор, но, получив в ответ ледяное молчание, предпочёл сосредоточиться на дороге.
Андрей встретил её в дверях с довольной улыбкой.
— Ну как, испугалась? — он явно ждал, что она начнёт смеяться. — Я же говорил, что хочу больше романтики в отношения внести! Вот и внёс!
— Романтики? — тихо переспросила Марина.
— Ну да! Чтобы ты поняла, как сильно меня любишь! Небось сейчас готова расцеловать всего, правда?
Марина посмотрела на мужа и поняла, что видит его как будто впервые. Этот человек, который был для неё самым близким, самым дорогим, самым надёжным, только что намеренно причинил ей боль. И радуется этому.
— Где Соня? — спросила она.
— У Валентины Ивановны. А что, хочешь отпраздновать мою гениальную шутку? — он подмигнул ей. — Я тут пока тебя не было, подумал: может, ещё чего-нибудь придумать? У меня столько идей! Можно же целый канал в интернете завести!
— Иди к Валентине Ивановне и забери дочь, — ровно сказала Марина. — Сейчас же.
— А чего ты такая серьёзная? — Андрей наконец заметил, что что-то не так. — Маринка, ну не злись ты! Это же просто розыгрыш!
— Иди. За. Дочерью.
Что-то в её голосе заставило Андрея перестать улыбаться. Он пожал плечами и ушёл.
Когда они вернулись, Соня сразу подбежала к маме.
— Мама, а почему Валентина Ивановна сказала, что папа в больнице? А он же здесь!
Марина присела на корточки перед дочерью.
— Солнышко, папа пошутил. Но эта шутка была нехорошая, поэтому мама расстроилась.
— Я не понимаю, — Соня нахмурилась. — А можно я тоже так пошучу? Скажу, что меня украли плохие дяди?
— Нет, Сонечка. Такие шутки делать нельзя. Они причиняют боль людям, которых мы любим.
— А папа не знал, что тебе будет больно?
— Знал, — тихо ответила Марина. — Именно поэтому он так и сделал.
Вечером, когда Соню уложили спать, Андрей попытался поговорить с женой.
— Маринка, ну что ты дуешься? Ей-богу, как маленькая! Это же была просто шутка!
— Просто шутка? — Марина повернулась к нему. — Андрей, ты понимаешь, что я полчаса думала, что ты умираешь?
— Ну и что? Зато теперь ты знаешь, как сильно меня любишь!
— Я это и так знала. А вот теперь я знаю кое-что другое.
— Что?
— Что ты способен намеренно причинять мне боль ради собственного развлечения.
Андрей фыркнул.
— Ой, не драматизируй! Подумаешь, испугалась немного. Все люди шутят друг над другом!
— Не все. Не так.
— А как тогда?
— Любящие люди не делают больно тем, кого любят. Даже ради шутки.
— Да ладно тебе! — он махнул рукой. — У тебя просто чувство юмора атрофировалось после родов!
Марина долго смотрела на мужа. Потом тихо сказала:
— Знаешь что, Андрей? Завтра я поеду к адвокату.
— Зачем?
— Подам на развод.
— Что? — он рассмеялся. — Из-за такой ерунды? Маринка, ты же не серьёзно!
— Более чем серьёзно.
— Но почему? Мы же любим друг друга! У нас дочка! Семья!
— У людей, которые любят друг друга, не возникает желания причинять боль партнёру ради развлечения.
— Да что за ерунда! Это была просто шутка!
— Нет, Андрей. Шутка — это когда смешно всем. А то, что ты сделал, называется жестокостью.
Он пытался её переубедить всю неделю. Приносил цветы, готовил ужин, обещал больше никогда не шутить. Но Марина была непреклонна.
— Дело не в том, что ты пошутил, — объяснила она ему в последний раз. — Дело в том, что ты мог. Что у тебя вообще возникла такая идея. И что ты радовался, видя мой страх.
— Ну так я не думал, что ты так серьёзно воспримешь!
— А о чём ты думал? О том, как я буду хохотать, узнав, что мой муж жив и здоров? После получаса ужаса?
— Ну... да...
— Значит, ты совсем меня не знаешь. А я не знаю тебя.
Через месяц развод был оформлен. Соня осталась с мамой, но регулярно виделась с отцом.
Андрей долго не мог понять, что произошло. Ему казалось, что жена просто сошла с ума из-за безобидной шутки. Он жаловался друзьям, что женщины какие-то нервные стали, юмора не понимают.
А Марина знала: она сделала правильный выбор. Человек, который получает удовольствие от чужой боли, пусть даже "понарошку", не может быть надёжным спутником жизни.
Она больше никогда не хотела испытывать тот ужас, который пережила в тот субботний день. И никогда не хотела, чтобы её дочь видела такой пример отношений между мужчиной и женщиной.
Любовь — это не только радость. Любовь — это ещё и ответственность. За чувства, за доверие, за душевный покой человека, который тебе дорог.
А тот, кто этого не понимает, любить не умеет.