Очень необычно!
Антон Павлович Чехов вошел в историю как великий писатель, мастер тонкой иронии и лаконичного слова, умеющий несколькими штрихами передать целый мир человеческих чувств. Его рассказы до сих пор цитируют, а пьесы ставят по всему миру. Но за пределами сцены и страниц книг Чехов оставался обычным человеком — влюбленным, трепетным и очень нежным в общении с женой, актрисой Ольгой Книппер.
В их переписке он часто выражал чувства так искренне и тепло, что письма сами по себе стали литературными миниатюрами о любви. Однако вместе с возвышенными словами Чехов использовал и такие обращения, которые сегодня прозвучали бы как минимум странно. Ведь он нередко называл любимую женщину «собакой»!
Вот как это выглядело в письмах:
«Дуся моя, ангел, собака моя, голубчик, умоляю тебя, верь, что я тебя люблю, глубоко люблю; не забывай же меня, пиши и думай обо мне почаще. Что бы ни случилось, хотя бы ты вдруг превратилась в старуху, я все-таки любил бы тебя — за твою душу, за нрав. Пиши мне, песик мой! Береги свое здоровье. Если заболеешь, не дай бог, то бросай все и приезжай в Ялту, я здесь буду ухаживать за тобой. Не утомляйся, деточка», — говорилось в письме от 29 октября 1901 года.
А вот еще короче, но куда прямее: «Я тебя, собака, очень люблю», — писал Чехов 11 ноября 1901 года.
Для Чехова такие слова были проявлением нежности и интимного юмора, особой игры между влюбленными. Но если бы кто-то рискнул так обратиться к жене сегодня — реакция наверняка оказалась бы совсем другой. Как минимум серьезная ссора была бы обеспечена — и, возможно, дошло бы даже до рукоприкладства.
Сама же Книппер положительно относилась к такому прозвищу. И даже подписывала письма словами: «Твоя собака». Однако своего мужа она называла более нежными прозвищами — «дусиком» и «Антонкой».