Перфекционизм – это недостаток, которым люди кокетливо хвастаются на собеседованиях, и который способен уничтожить человека в самом прямом смысле.
«Достижение совершенства поднимает статус человека, что непременно делает его счастливым» – говорят социологи. «Перфекционизм пугающе часто приводит к депрессии, анорексии и суициду» – говорят психологи. Парадокс, но из него есть выход.
Мы живём в эпоху, когда стремление быть идеальными стало новой нормой. Фотографии в социальных сетях отполированы до блеска, карьеры выстраиваются как проект века, даже отношения в паре измеряются «успешностью». Но чем сильнее мы гонимся за совершенством, тем отчетливее ощущаем его призрачность. Миллионы людей продолжают бежать в этом марафоне без финиша, не замечая, как идеализм медленно превращается в тирана.
Гордон Флетт и Пол Хьюитт
История изучения перфекционизма неразрывно связана с именами Гордона Флетта и Пола Хьюитта. Два молодых психолога, встретившихся в начале 1980-х, положили начало революционному исследованию, которое изменило наше понимание этого явления.
Для них перфекционизм перестал быть красивым словом из резюме или милым «недостатком», который собеседники упоминают с лёгкой улыбкой. Они увидели в нём разрушительную силу. «Я терпеть не могу, когда люди называют его чем-то позитивным, они не знают сколько у него жертв», — говорит Флетт. Хьюитт, клинический психолог, видел на примере своих пациентов, как перфекционизм может быть «лично терроризирующим, изнуряющим состоянием». Он движим не стремлением, а страхом и убеждённостью в том, что совершенство — единственный «способ обрести уверенность и безопасность в этом мире».
Бывший музыкант Хьюитт еще со студенческих времен интересовался темой перфекционизма, он наткнулся на это понятие в журнале в приёмной у стоматолога. Этот термин сразу же пролил свет на явление, которое он часто видел в мире музыки. Позже, в одной из статей он вспоминал как преподаватель по фортепиано ударил его по руке за ошибку. Он сказал: «Когда ты фальшивишь, во мне просыпается ярость». Хьюитт избрал перфекционизм главной темой своих исследований, а когда наткнулся ни диссертацию Флетта о депрессии то решил, что они могли бы работать вместе. Флэтт, как оказалось тоже знал публикации Хьюитта и восхищался ими. Хьюитт пригласил Флэтта поучаствовать в разработке модели перфекционизма. Как вспоминает Флетт, Хьюитт спросил: «Вы что-нибудь знаете о построении шкалы личности?», и он ответил: «Надеюсь, что да — я преподаю этот курс в аспирантуре».
Настоящий перфекционизм
Важно отличать обычное стремление к совершенству от настоящего перфекционизма. Первое может быть двигателем роста: мы хотим учиться лучше, работать эффективнее, готовить вкуснее. Второе же — это западня. Достижение цели не приносит радости: высший балл, идеальная фотография, долгожданное повышение — всё это растворяется в ощущении собственной неполноценности. Перфекционист как будто живёт в бесконечной комнате зеркал: сколько бы он ни сделал, отражение всё равно шепчет — «мало, недостаточно, плохо». Хьюитт определяет это просто: перфекционизм — это не стремление вверх, а бегство от страха.
Но сложность заключается в том что перфекционизм — это не расстройство личности в клиническом понимании болезни, которую нужно вылечить и забыть про нее (ну если мы в идеальном мире) Перфекционизм – это стиль личности, созданный сложным набором сил.
Внутри каждого перфекциониста живет титанический надсмотрщик, движимый ложным убеждением: «если я идеальна, то меня будут любить». Хьюитт описывает сорокапятилетнюю женщине, которая обратилась за помощью в борьбе с хронической тревогой. Ей нужно было поддерживать видимость совершенства, но она не знала, откуда взялась эта потребность. Выяснилось что она не родная дочь своих родителей. Подробно6 в деталях она вспомнила разговор, в котором ее родители раскрыли ей эту тайну. Они обставили все с большой нежностью и заботой, подчеркнула она, с любовью рассказав ей историю о том, как «пошли в место с младенцами» и конкретно выбрали ее, чтобы привести домой с собой. Они сказали: «Мы полюбили тебя и выбрали тебя». Ее родители хотели, чтобы она чувствовала себя любимой, а не брошенной. Но чем больше они с Хьюиттом говорили, тем яснее становилось, что это обрамление привело ее к представлению, что усыновление работает как шопинг. С этого момента у нее появился подсознательный страх, что если она не будет идеальна, то ее больше не захотят, и ее, возможно, вернут.
Три лица перфекционизма
Флетт и Хьюитт разработали модель, которая стала классикой. Они выделили три типа перфекционизма:
1. Ориентированный на себя — когда человек требует от себя невозможного.
Флетт рассказывает историю своего аспиранта Тома. Талантливый, обаятельный, он парализован страхом неудачи. Его диссертация буксовала, а жизнь шла вперед. Он влез в долги и был вынужден приостановить работу. Позже он возобновил её, выплатил долг и начал новую диссертацию, и снова его сомнения в идеальности работы не давала ему двигаться вперед. К тому же из-за постоянного нервного напряжения у него развились хронические проблемы со здоровьем. Он умер в возрасте сорока одного года, и Флетт убеждён, что перфекционизм способствовал его ранней кончине.
2. Ориентированный на других — когда мы требуем совершенства от близких и коллег.
Флетт описывает детского кардиохирурга Джонатана Драммонд-Уэбб, признанного гения в своей области. В 2004 году он покончивший с собой из-за перфекционизма, ориентированного на других. Он оставил пятистраничную предсмертную записку, в которой перечислил недостатки окружающих. Последние его слова были: «Мир не готов ко мне».
3. Социально предписанный — убеждённость, что окружающие требуют от тебя безупречности.
Исследователь и практик Хьюитт в своих статьях описывает многих своих пациентов, запутавших себя мнимыми требованиями соответствия идеалам и ввергших себя в ад анорексии и депрессии.
Перфекционизм превращает человека в тюремщика самого себя. Это не просто желание всё делать хорошо. Это жизнь по правилу «или идеально, или никак». Заболел — значит, ты плохой отец, ведь не можешь играть с детьми. Ошибся на работе — значит, ты недостоин уважения. Человек перестаёт видеть оттенки, и мир делится на «совершенство» и «катастрофу».
Физическое здоровье и перфекционизм
Флетт и Хьюитт нашли связь между перфекционизмом и физическим здоровьем. Постоянное напряжение, сопутствующее стремлению к совершенству, приводит к росту риска сердечно-сосудистых заболеваний, гастрита, язвенной болезни. Более того, перфекционисты реже обращаются за медицинской помощью, стараясь показать внешнему миру идеальную картину благополучия.
Как часто Вам попадаются люди с явными признаками простуды, которые тем не менее приходят на работу или в спортзал? По всей видимости ОРЗ – это не самая большая проблема в их здоровье.
Противоядие Флетта: антиважность и значимость
Много лет Флетт искал, чем можно противопоставить этому внутреннему террору. И нашёл: не совершенство, а значимость.
Он пережил тяжёлую болезнь, которая чуть не стоила ему жизни. Тогда он поймал себя на молитве: «Мне ещё есть над чем работать». Этот опыт убедил его: людям нужно не быть идеальными, а чувствовать, что они важны для кого-то.
Помните, мы говорили в начале о противоречии социального счастья человека и его индивидуального психологического здоровья. Так вот именно такой подход Флетта позволяет снять это противоречие. Быть важным – не для себя и своих воображаемых судей – а для реальных людей, окружающих нас.
Флетт называет противоположность значимости «антиважностью» — когда человек ощущает, что он незаметен, не нужен. Именно это чувство и подпитывает перфекционизм: мы стараемся быть идеальными, чтобы хоть как-то заслужить внимание. Но чем больше стараемся, тем дальше уходим от настоящего «я». Перфекционист считает, что лучше переоценить свои недостатки, чем не заметить их изначально. Но эта стратегия, по сути, изолирует, заставляя нас создавать хрупкий панцирь «идеального» я, которому ничего ни от кого не нужно. Перфекционизм отдаляет пациента от всего остального мира.
Но в то же время, повернувшись к миру лицом можно победить этого жестокого внутреннего цербера. Выход прост, хотя и труден: нужно научиться быть несовершенными — и всё же важными. Важным для тех, кто видит в нас ценность, даже если мы ошибаемся.
Вместо послесловия
В одной из лекций Флетта слушатели плакали. Среди них были врачи, матери, социальные работники. Они поняли: ценность их жизни не в том, чтобы быть безупречными, а в том, чтобы быть нужными.
В этом и есть лекарство: отказаться от иллюзии совершенства и принять то, что нас делает живыми. Не идеальными — а значимыми.
Оригинал статьи тут