В январе 1966 года, на пике Холодной войны, когда мир балансировал на грани глобального конфликта, в небе над южным побережьем Испании произошло событие, которое до сих пор остаётся одной из самых драматичных и малоизвестных страниц в истории ядерного оружия. Речь идёт об авиакатастрофе над Паломаресом — инциденте, в котором стратегический бомбардировщик ВВС США, несущий четыре термоядерные бомбы, столкнулся в воздухе с самолётом-заправщиком.
Три бомбы упали на сушу, одна — в Средиземное море. Ни одна из них не взорвалась, но две разрушились, выбросив в атмосферу и почву плутоний и уран.
Чтобы понять, как могло случиться подобное, нужно вернуться к логике Холодной войны. В 1960-е годы стратегическая доктрина США строилась на принципе гарантированного возмездия. Но если вражеский удар уничтожит аэродромы, как запустить бомбардировщики? Ответ был прост: держать их в воздухе.
Так родилась операция «Хромированный купол» (Chrome Dome). Её суть — постоянное патрулирование стратегических бомбардировщиков B-52G, нагруженных термоядерными бомбами, по маршруту, позволяющему за считанные часы достичь территории СССР. Эти самолёты летали круглосуточно, 365 дней в году, дозаправляясь в воздухе. На борту — по четыре бомбы B28RI, каждая мощностью 1,45 мегатонны. Это в 100 раз больше, чем бомба, сброшенная на Хиросиму.
Система была рассчитана на отказ: отказ от ожидания, отказ от уязвимости. Но в ней не было места отказу человека. Или машине. Или сочетанию того и другого.
Столкновение на высоте 9500 метров
17 января 1966 года пара B-52G вылетела с базы Сеймур-Джонсон в Северной Каролине. Маршрут пролегал через Атлантику, затем — над Испанией, в районе провинции Альмерия. Вторая дозаправка была запланирована над территорией Испании, недалеко от посёлка Паломарес.
В 10:30 утра, на высоте 9500 метров, бомбардировщик с бортовым номером 58-0256, пилотируемый капитаном Чарльзом Вендорфом, сблизился с танкером KC-135A. В условиях хорошей видимости и спокойной погоды произошло невозможное: заправочная штанга KC-135 ударила B-52G по верхней части фюзеляжа, сломав лонжерон и вызвав пожар. Бомбардировщик потерял левое крыло, врезался в танкер, и оба самолёта начали падать.
Танкер, загруженный 150 тысячами литров авиационного топлива, взорвался в воздухе. Все четверо членов его экипажа погибли. Из семи человек на борту B-52G трое погибли: оператор РЭБ лейтенант Глесснер, бортстрелок сержант Снайдер и второй штурман Монтанус, чей парашют не раскрылся. Командир Вендорф, запасной пилот майор Мессинджер и штурман капитан Бухман катапультировались. Лейтенант Руни, лишившийся кресла, выбрался через аварийный люк и прыгнул в пустоту — и выжил.
Ни один из выживших не знал, где упали бомбы. Но они понимали: где-то внизу, на земле или в море, лежат четыре устройства, способных уничтожить целый город.
Три бомбы на суше, одна — в бездне
Поиски начались немедленно. Первые 24 часа стали решающими.
Первая бомба была найдена к 16:00 тем же днём — испанскими жандармами. Она упала на сельхозугодья, парашют сработал, корпус остался практически нетронутым. Вторая и третья бомбы были обнаружены на следующий день — одна рядом с кладбищем, другая — в оливковой роще. Но эти две уже не были целыми. В результате — рассеяние радиоактивных материалов: плутония-239, урана-235, бериллия и других изотопов.
Радиационное загрязнение охватило около 2 км². Максимальные уровни достигали 2 мегабеккереля на квадратный метр. Это не Чернобыль, но более чем достаточно, чтобы объявить территорию зоной риска.
Четвёртая бомба исчезла.
Где бомба? Математика поиска на дне моря
На четвёртый день после катастрофы рыбак по имени Франсиско Ортс заявил, что видел, как бомба с парашютом падала в море. Его показания казались правдоподобными: на берегу была найдена крышка от парашютной системы. Но Средиземное море в этом районе достигает глубин в тысячи метров. Как искать иглу в стоге сена — на дне океана?
Ответ пришёл от человека, которого в военных кругах считали чудаком — доктора Джона Крейвена. Математик, специалист по байесовской теории, он предложил построить вероятностную карту падения. Учитывая ветер, течение, угол падения, свидетельства очевидцев и физику парашюта, Крейвен вычислил наиболее вероятную точку.
Его метод был революционным. Вместо того чтобы действовать вслепую, команда получила «горячую зону» для поиска. Это был один из первых случаев применения байесовского анализа в реальных поисковых операциях — и он сработал.
«Алвин» на дне
К операции были привлечены ВМС США. Эскадра из 34 кораблей, более трёх тысяч человек, пилотируемые подводные аппараты «Алвин» и «Алюминаут». Аквалангисты, водолазы в жёстких скафандрах, роботизированные устройства - всё это было привлечено к поиску наиважнейшей пропажи в истории человечества.
1 марта «Алвин» обнаружил борозду на дне — след от бомбы, которую течение тащило по склону. 15 марта, на глубине 869 метров, аппарат зафиксировал объект. Бомба лежала на 70-градусном уступе, в разломе, уходящем на 1300 метров вниз.
Первая попытка подъёма провалилась: трос соскользнул с парашютных строп. Бомбу вновь потеряли. 2 апреля «Алвин» снова нашёл её. 5 апреля произошёл почти фатальный инцидент: аппарат запутался в парашюте, пилоты потеряли ориентацию, связь прервалась. Лишь через 15 минут удалось вырваться.
После этого решение было принято радикальное: использовать дистанционно управляемый аппарат CURV. 7 апреля он прикрепил два троса. При третьей попытке и CURV застрял. Но команда пошла на риск: поднимать бомбу вместе с аппаратом.
81 день спустя после столкновения, 2 апреля 1966 года, бомба была поднята на палубу спасательного корабля «Петрель». На следующий день к ней допустили журналистов. По данным «Нью-Йорк Таймс», это был первый в истории случай публичного показа термоядерного оружия.
Дезактивация
Пока шли поиски в море, на суше началась другая операция — дезактивация.
Территория, подлежащая очистке, была разделена на зоны. Там, где уровень загрязнения превышал 60 килобеккерелей на квадратный метр, снимали верхний слой почвы — на глубину 15 см. Всего было вывезено более тысячи кубометров грунта. На остальной территории почву перепахивали, поливали водой, чтобы не поднималась пыль. Помидорные плантации, основной продукт региона, были частично уничтожены: часть сожгли, часть — захоронили. Только минимально загрязнённые овощи пошли на пропитание.
Интересный факт: участники операции ели помидоры, на которых уровень радиации был чуть выше фона, но ниже критического. Это было сделано сознательно — чтобы показать, что угроза не столь велика.
Операция завершилась к 1 апреля 1966 года. Территория была передана владельцам, и на первый взгляд — всё было закончено.
Долгий ядерный след: 57 лет спустя
Но радиация не исчезает. Она остаётся.
В 2010 году был разработан новый план дезактивации. Он предполагал обработку и уплотнение уже заражённой почвы. Однако в Испании нет хранилищ для радиоактивных отходов такого класса. Поэтому в 2015 году, во время визита госсекретаря Джона Керри в Мадрид, был подписан меморандум: США обязуются принять на свою территорию 6000 кубометров токсичной земли из Паломареса, а Испания — подготовить её к транспортировке.
Меморандум так и не был реализован. Ни в США, ни в Испании не было политической воли довести дело до конца. Проект зашёл в тупик.
В 2023 году правительство Испании возобновило работу. Было объявлено, что 50 000 кубометров загрязнённой почвы, разбросанных по 44 участкам, будут экспроприированы.
Последствия: когда безопасность — иллюзия
Министр обороны США Роберт Макнамара, уже сомневавшийся в необходимости операции «Хромированный купол», увидел в инциденте подтверждение своей позиции: бомбардировщики больше не были основой ядерного щита. На смену им пришли МБР «Минитмен» и подводные лодки с ракетами «Поларис». Они были менее уязвимы, не требовали постоянных полётов и не создавали рисков для союзников.
Однако Объединённый комитет начальников штабов и Стратегическое командование ВВС настаивали на продолжении операции. В итоге президент Линдон Джонсон принял компромисс: полёты не прекращать, но сократить их с 24 до 4 в сутки.
Полностью операция «Хромированный купол» была свёрнута лишь в 1968 году — после ещё одной катастрофы, на этот раз над Гренландией. Там снова упала ядерная бомба. И снова — радиоактивное загрязнение.
Паломарес стал первым звонком. Гренландия — вторым. После этого США больше никогда не поднимали бомбардировщики с ядерным оружием в постоянное патрулирование.
С уважением, Иван Вологдин.
Подписывайтесь на канал Забытые Страницы: тайны истории и науки, ставьте лайки и пишите комментарии – этим вы очень помогаете в продвижении проекта, над которым мы работаем каждый день.
Так же обратите внимание на ещё один мой канал «Танатология». Уверен, он вам очень понравится.