Егор стоял перед металлической дверью в квартиру и перебирал пальцами два лежащих в кармане ключа на жестяном колечке. Один был от его комнаты в общежитии, а второй от той самой двери, на которую он и смотрел.
Ему казалось, словно перед ним пролегла граница между старой жизнью и новой. Нечто похожее он чувствовал, когда садился на поезд, отправлявшийся в Москву. Как будто вот-вот должна была перевернуться очередная страница его жизни и начаться следующая.
Через несколько секунд он откроет дверь, пройдётся по квартире, позвонит Марине Владимировне и скажет, что его всё устраивает. Он уже это знал, но тётя Марина настаивала на том, чтобы Егор всё же осмотрел квартиру, а обманывать эту святую женщину ему не хотелось. В том, что Марина Владимировна святая, Егор не сомневался. Кто ещё будет сдавать полноценную однушку, не студию, в пятнадцати минутах пешком от метро за смешные десять тысяч плюс оплата счётчиков? Хотя кое-что его всё же настораживало.
— Чувствуешь? — спросил сидящий на его плече грач.
Птицу звали Хутхой и он был духом. Сейчас он воплотился в одной из двух своих излюбленных форм. Вторая — ворон — не очень удобна в городе: привлекает слишком много внимания.
Егор кивнул. Будучи шаманом, он чувствовал, что за дверью кто-то есть. Не человек.
Странно, что Марина Владимировна не заметила присутствие в квартире нечисти. Всё же колдунья. Преподавала Егору «базовые чары» в учебном лагере ФСМБ. Должно быть давно тут не появлялась, а всю работу с арендаторами отдала на откуп агентам?
— Ты входить-то собираешься, или мы до вечера перед дверью мяться будем? Может и ночевать тут устроимся? — сварливо спросил Хутха. — Вот и коврик есть. Марина, небось, специально для тебя оставила.
Егор привык к характеру духа и не стал обращать внимания на колкости. Тем более, что выбора особо и не было. Чаще всего именно дух выбирает шамана, а Хутха ещё и появился в момент, когда Егор просто не мог отказаться от предложенного контракта.
Он тяжело вздохнул, и сказал Хутхе:
— Спрячься.
— Сам прячься, сопляк!
— Да блин, Хутх, я хочу посмотреть, как меня житель квартиры поприветствует, когда ты не болтаешься поблизости, — Егор не мог не признавать, что Хутха крайне могущественный дух, — а то он тебя увидит и сразу половичком расстелится.
— А если он опасный?
— С чего бы? С предыдущими жильцами всё в порядке было. Никто не умер, да и о пострадавших Марина Владимировна ничего не говорила.
— И это значит, что на тебя оно точно не нападёт?
— Если и нападёт, отобьюсь. Ты же знаешь, как меня в учебке гоняли.
— Знаю, потому и беспокоюсь.
Егор влил немного силы в печать вуали души, вытатуированную справа на груди, и его, как вторая кожа, окутал магический щит. Не самый прочный, но как базовая защита от слабых проклятий сгодится. Да и от некоторых физических атак защитит.
— Ладно. Но я буду наблюдать, — прокаркал Хутха, и растворился в воздухе, оставив после себя только немного чёрного дыма.
Что ж, по крайней мере за те три с небольшим года, что они с Хутхой связаны душами, им удалось более-менее найти общий язык. Быть может, знай бабушка лучше семейное ремесло, она сумела бы помочь выбрать духа посговорчивее? Как бы то ни было, Егору повезло привлечь внимание Хутхи. И стать шаманом. Повезло…
Он коснулся рукой шеи. Слева, где от уха вниз, под футболку, тянулся неровный бугристый шрам. Трофей от первого в жизни Егора столкновения с нечистью — мавкой — четыре года назад.
«Не уверен, что готов кому-нибудь пожелать подобного везения».
Он достал из кармана ключ, поправил висящий на плече рюкзак, открыл замок и вошёл в небольшую прихожую. Слева от двери, в глухом закутке, стояла вешалка с тремя крючками, зеркалом и скромным отделением под обувь. Егор повесил бежевую ветровку и скинул кроссовки. В квартире было всё самое необходимое и даже немного больше: стиральная машина, газовая плита, кухонный гарнитур, обеденный стол с парой стульев. Ещё один стол Егор обнаружил в комнате. Там же были диван и трёхстворчатый шкаф на ножках. Под ним-то и прятался незваный жилец.