Сегодня я расскажу вам о самых известных преступлениях произошедших в столице Германии за последние 100 лет. Убийства,
непредумышленные убийства, грабежи, кражи со взломом и беспорядки
достигли апогея в мегаполисе к концу Первой мировой войны.
1904: Первое дело об убийстве Люси Берлин, раскрытое с помощью определения группы крови.
В 1904 году два рыбака обнаружили в Шпрее под мостом Маршалбрюкке сверток оберточной бумаги, под которым плавал торс восьмилетней девочки со
следами сексуального насилия. Вскоре выяснилось, что это пропавшая Люси
Берлин. Коронер пишет, что Люси была изнасилована, а затем задушена, а
ее конечности отрублены «неуклюжими руками». Люси пропала из
родительского дома по дороге в туалет (он находился на пол этажа ниже).
По разным утверждениям, она вышла из дома с хромым мужчиной в возрасте
от 30 до 40 лет. В ходе следствия офицеры наткнулись на проститутку
Джоанну Либетрут, сожитель которой Теодор Бергер подходил под это
описание — он и стал главным подозреваемым.
На допросах Либетрут показала, что из квартиры пропала белая дорожная
корзина, и именно эту дорожную корзину позже нашел боцман и передал
полиции. Мало того, что Либетрут идентифицировала его как свою
собственность, корзина также содержала следы волокна от одежды девочки и
следы крови. Только в 1901 году бактериолог Пауль Уленхут разработал
тест, который мог отличить кровь человека от крови животных. В случае с
Люси Берлин это была последняя улика, которая привела к осуждению
Теодора Бергера.
1906: «Капитан» из Кёпеника.
Фридрих Вильгельм Фогт / Friedrich Wilhelm Voigt (13 февраля 1849, Тильзит — 3
января 1922, Люксембург) — сапожник родом из Восточной Пруссии.
Прославился как «капитан» из Кёпеника.
Вильгельм Фогт родился в 1849 году в семье тильзитского сапожника. В
возрасте 14 лет он был приговорён к 14 дням заключения за кражу. В
1864—1891 годах он четырежды приговаривался к заключению за кражи и два
раза — за подделку документов. В конце концов в 1890 году он,
вооружённый ломом, совершил неудачную попытку ограбления судебной кассы в Вонгровеце в относившейся тогда к Пруссии провинции Позен и получил за
это 15 лет тюремного заключения. После освобождения из заключения в 1906
году переехал в Висмар и работал у придворного сапожника, пока не
получил запрет на проживание в великом герцогстве Мекленбург-Шверин.
Оттуда Фогт переехал к своей сестре Берте в Риксдорф под Берлином (ныне
берлинский район Нойкёльн). 24 августа 1906 года Вильгельм Фогт получил
распоряжение покинуть Берлин, которое он, однако, не выполнил.
Для своей операции Фогт приобрёл по частям у старьёвщиков военную
форму капитана. 16 октября 1906 года в форме капитана днём, когда
проходила смена караула, Фогт остановил на одной из улиц западной части
города два отделения солдат-гвардейцев, предъявив им подложный
экстренный приказ кабинета, взял над ними командование и направился в
Кёпеник по железной дороге. Солдатам Фогт объяснил, что не смог
реквизировать автомобиль. По дороге «капитан» купил солдатам пива и,
прибыв в Кёпеник, где на вокзале он выдал каждому солдату по одной
марке, захватил здание ратуши тогда ещё самостоятельного города Кёпеник.
Местным жандармам он приказал заблокировать прилегающую территорию и
обеспечить тишину и порядок. Для того, чтобы ориентироваться на месте,
Фогт даже прикомандировал себе чиновника. Затем в его кабинете «капитан»
арестовал бургомистра Георга Лангерханса и главного кассира фон
Вильтберга за «нерегулярные расчёты за подземные работы». Фогт
реквизировал городскую кассу, в которой по разным данным было от 3557 до
4002 марок под квитанцию, подписав её фон Мальцан, фамилией директора
тюрьмы, где он последний раз отбывал наказание.
Касательно дальнейшей судьбы денежной суммы, как и о мотивах налёта,
существуют противоречивые версии. В своей биографии и позднее в своих
выступлениях сам Фогт утверждал, что он не прикасался к деньгам и
собственно хотел добыть себе паспорт, который у него отняли при
выдворении. Однако его биограф Винфрид Лёшбург предполагает, что на
самом деле Фогта интересовал не паспорт, а два миллиона марок, которые
по слухам хранились в бронированном сейфе ратуши Кёпеника. Об этом
говорит и тот очевидный факт, что своё преступление Фогт планировал, ещё
находясь в заключении, а паспорт у него изъяли лишь незадолго до
событий в Кёпенике. Кроме того, как известно, паспорта выдавались не в
ратуше Кёпеника, а в Тельтове.
После завершения своей акции «капитан» из Кёпеника приказал своей
команде удерживать здание ратуши ещё полчаса. Сам же он на глазах
любопытной толпы отправился на вокзал. В привокзальном ресторане, как
описывали впоследствии газеты, он залпом осушил бокал пива и исчез, сев
на ближайший поезд в направлении Берлина. В магазине мужской одежды Фогт
приобрёл себе гражданскую одежду. Десять дней спустя он был арестован
за завтраком: его сдал полиции за крупное вознаграждение бывший
сокамерник, посвящённый в планы Фогта. Земельный суд приговорил
«капитана» из Кёпеника к четырём годам тюремного заключения за
«незаконное ношение военной формы, преступления против общественного
порядка, лишение свободы, мошенничество и подделку документов», однако
он был помилован кайзером Вильгельмом II и досрочно освобождён 16
августа 1908 года из тюрьмы Тегель.
Над гениальной аферой хохотала вся Германия. Кайзер потребовал
незамедлительно предоставить ему отчёт по телеграфу, читая который, он
якобы со смехом сказал: «Вот что значит дисциплина. Ни один народ мира
не сможет за нами угнаться!». В досье на «капитана» из Кёпеника кайзер
сделал пометку: «гениальный малый».
Благодаря резонансу в средствах информации и огромному количеству
юмористических почтовых открыток, фотографий и сатирических стихов это
преступление получило известность не только в Германии, но и за её
пределами, и обеспечило «капитану» из Кёпеника славу «Тиля Уленшпигеля
вильгельмовского военного государства», как его назвал люксембургский
историк Марк Йек. Густав Майринк написал рассказ «Испарившийся мозг»,
посвященный Фогту. На судебный процесс над Фогтом съехались журналисты
со всего мира. В течение всего времени, которое Фогт провёл за решёткой,
власти были завалены запросами, посланиями, просьбами об автографах и
прошениями о помиловании «капитана», приходившими не только от немцев,
но и из-за границы. Ещё во время заключения в тюрьме Тегель Фогту
предлагались крупные суммы за эксклюзивные права на его биографию.
Освободившись, Фогт окончательно стал объектом индустрии развлечений.
Повеселившись и позлорадствовав, общество вскоре задумалось над тем,
как офицер, не имея ничего, кроме формы, мог остановить деятельность
гражданских властей. Многие увидели в этом происшествии серьёзный
симптом, свидетельствовавший о внушительной роли военных в кайзеровской
Германии. Иностранная пресса также узрела в произошедшем, несмотря на
всю его комичность, господствующую роль германских военных в государстве
и обществе.
Эта офера сделала Фогта популярным. Прямо в день освобождения его
голос был увековечен на граммофонной записи, за которую он получил 200
марок. Последовавшие выступления в Риксдорфе собирали огромные толпы
народа и привели даже к вмешательству сил правопорядка. Четырьмя днями
позже в честь открытия его восковой фигуры в берлинском музее «Castans
Panoptikum» на Унтер-ден-Линден Фогт вновь появился на публике,
подписывал фотографии и выступил с речью. Фогт объездил всю Германию,
выступая в трактирах и на ярмарках. В залах и на аренах цирков Фогт
изображал «капитана» из Кёпеника и продавал свои автографы на карточках
со своим изображением в военной форме и гражданской одежде. В его
представлениях принимали участие и некоторые солдаты из его команды,
фотографировавшиеся с ним. В 1909 году под названием «Как я стал
„капитаном“ из Кёпеника» в Лейпциге вышла его автобиография.
Фогт, пользовавшийся особой симпатией среди низших слоёв населения,
постоянно пренебрегал обязанностью отмечаться в полиции и часто
подвергался арестам. Власти на местах не устраивали сопровождавшие
выступления «капитана» из Кёпеника насмешки и издевательства над
государством и военными. Фогт подумывал об эмиграции и предпочитал
выступать преимущественно за пределами Германии. Есть неподтверждённые
сведения, что в марте 1910 года Фогту был разрешён въезд в США, где его
турне имело огромный успех.
1 мая 1910 года Фогт получил гражданство Люксембурга и, поселившись
там, предпочёл своим выступлениям работу официанта и сапожника.
Благодаря своей популярности он достиг некоторого материального достатка
и стал даже одним из немногих владельцев авто в Люксембурге, на котором
он путешествовал с хозяйкой своей квартиры и её детьми. В 1912 году
Фогт приобрёл дом в Люксембурге, где и проживал вплоть до своей смерти.
«Капитану» из Кёпеника пришлось ещё раз встретиться с прусскими
военными, когда поздней осенью 1914 года он был ненадолго арестован во
время оккупации Люксембурга германскими войсками в ходе Первой мировой
войны. Допрашивавший его лейтенант оставил в своём дневнике запись: «Для
меня остаётся загадкой, как такой жалкий человек мог когда-то потрясти
всю Пруссию».
В последние годы жизни Вильгельм Фогт больше не появлялся на людях. 3
января 1922 года обнищавший в войну от инфляции, тяжело страдавший от
болезни лёгких Фогт умер в возрасте 72 лет в Люксембурге и был похоронен
на местном кладбище. По легенде, траурному шествию встретился отряд
французских солдат, которые в то время стояли в Люксембурге. Командир
французов спросил об усопшем и, получив ответ: «капитан» из Кёпеника,
приказал своим солдатам отдать процессии воинские почести, решив, что
хоронят настоящего капитана.
У входа в ратушу Кёпеника в 1996 году был установлен бронзовый
памятник «капитану» из Кёпеника, созданный армянским скульптором
Спартаком Бабаяном. На стене ратуши висит памятная доска Вильгельму
Фогту. В Висмаре на доме, где Фогт жил и работал у придворного обувщика
Гильбрехта, также установлена мемориальная доска.
В берлинском киноархиве сохранились оригинальные кадры, на которых
запечатлён знаменитый «капитан» из Кёпеника. Восковая фигура «капитана»
демонстрируется в Музее мадам Тюссо.
События в Кёпенике легли в основу трагикомедии Карла Цукмайера
«Капитан из Кёпеника. Немецкая сказка» (нем. Der Hauptmann von Köpenick.
Ein deutsches Märchen, 1928). В 1931 году она послужила основой для
одноимённого фильма с Максом Адальбертом в главной роли, снятого
австрийским (впоследствии американским) кинорежиссёром Рихардом
Освальдом. Однако сюжет был впервые экранизирован по свежим следам ещё в 1906 году и с тех пор ещё 8 раз, включая телефильм 2005 года.
Карл Цукмайер посвятил ему пьесу, последовали фильмы, книги и
радиопостановки, а такие звезды, как Хайнц Рюманн и Харальд Юнке,
изображали его. Усатый трикстер Фридрих Вильгельм Фойгт уже давно стал частью берлинского фольклора. Миф, превративший хитрого вора в героя.
Его часто можно встретить в районе Кёпеник. Вот здесь я его «поймал» во дворе Дворца Кёпеник, а здесь на Фестивале водных видов спорта.
1914: Первый массовый убийца Веймарской республики — Фридрих Шуман.
Фридрих Шуман / Friedrich Schumann — немецкий серийный убийца, также известный как «массовый убийца с озера Фалькенхаген». Был признан виновным в шести убийствах, хотя, вероятно, он убил гораздо больше людей, как он признался своему адвокату накануне своей казни.
Шуман родился 1 февраля 1893 года в городской больнице Шпандау. В
возрасте 16 лет Фридрих застрелил своего кузена во время поездки в лес
Шпандау. Поскольку он описал этот поступок в суде как несчастный случай,
его не наказали. В 1911 году он застрелил женщину на шоссе Шпандауэр и
украл крупную сумму денег. Поскольку он также назвал этот поступок
несчастным случаем, его приговорили всего к 9 месяцам тюремного
заключения. Затем Шуман работал слесарем в ремонтной мастерской и был
награжден Железным крестом в Первой мировой войне.
В сентябре 1916 года Шуман произвел восемь выстрелов в надзирателя
Кёпке в Дамсбрюке, но промахнулся. В мае 1917 года Шуман убил ночного
сторожа в Фалькенхагене, а в июле 1917 года — двух фалькенхагенских
жандармов. Шуман неоднократно наблюдал любовников в Фалькенхагенском
лесу, сначала убивал мужчин, затем насиловал и убивал женщин. Он также
без разбора убивал лесников, горничных, туристов, охотников, машинистов и
местных жителей.
Около 8 часов вечера 18 августа 1919 года 52-летний лесничий
Вильгельм Нильбок из Шпандау встретил Шумана в лесу и заговорил с ним.
Затем Шуман дважды выстрелил Нильбоку в грудь из своего пистолета
Парабеллум. Нильбоку удалось выстрелить из дробовика в беглеца, ранив
его при этом. Нильбок, который скончался от ран в больнице той же ночью,
смог описать преступника: стройный, среднего роста, блондин, в серой
одежде, с простреленным плечом.Шуман был арестован спустая два дня 20
августа 1919 года в кабинете врача Георга Теплинга в Шпандау.
Судебный процесс над Шуманом проходил с 5 по 13 июля 1920 года в
палате присяжных окружного суда в Берлине-Моабите под председательством
директора окружного суда Георга Пиолетти. Берлинские газеты
охарактеризовали Шумана как «дело, которое едва ли когда-либо
существовало в истории уголовного права». На суде была рассмотрена лишь
часть преступлений Шумана. Шесть раз его приговаривали к смертной казни,
пожизненному заключению и многочисленным дополнительным приговорам.
Из-за колебаний прусского министра юстиции Гуго-ам-Ценхоффа, имевшего
право на помилование, Фридрих Шуман был обезглавлен прусским палачом
Карлом Грёплером в 6 часов утра 27 августа 1921 года. Накануне казни он
признался своему адвокату Эриху Фрею, что убил в общей сложности 25
человек.
Показанная здесь страница 1934 года, приписывает Шуману 50 жертв — от грабежа, убийства, изнасилования, покушения на убийство и поджога.
Кстати, здесь ошибочно записано, что он был растрелян, когда на самом деле ему отрубили голову.
1920: Серийный убийца Карл Гроссманн.
Торговец Карл Гроссманн (Carl Großmann) нацелился на беспомощных и ничего не подозревающих крестьян. Серийный убийца заманивал их в свою квартиру, жестоко пытал и расчленял тела. Полиция Берлина поймала его на месте преступления однажды ночью, когда из квартиры доносились нечеловеческие крики. Перед окончанием суда в 1922 году он покончил с собой.
«Зверь с Силезского вокзала» может установить ужасный рекорд: Карл Гросманн считается серийным убийцей с наибольшим количеством жертв в Германии.
Плакат о розыске берлинской полиции 1921 года: после того, как в
канале Луизенштадт были обнаружены части тела еще одной неизвестной
женщины, полиция предположила, что преступник находится поблизости. Там
же находился расчлененный труп проститутки Фриды.
Пока «Капитан» из Кёпеника восхищал берлинцев, другой человек наводил ужас на город. Собирателя тряпья, коробейника и нищего Карла Гросмана называли «зверем с Силезского вокзала» (Schlesischer Bahnhof, с 1998 года — Ostbahnhof). Уже в молодости он отсидел несколько сроков за кражи и половые
преступления, в том числе за издевательства над несовершеннолетними
девочками. После 14-летнего заключения на юге Германии уроженец Нойруппина вернулся в Берлин. Его жертвами были бездомные женщины и проститутки, к которыми он знакомился в районе Силезского вокзала и заманил их в свою квартиру в доме по адресу Lange Straße 88/89.
Жестокость Гроссмана превзошла все воображение. Он изнасиловал, убил и расчленил, как полагают, более двух десятков женщин. Говорят, что некоторые из них он перерабатывал в колбасу, так как у него был колбасный киоск на вокзале.
В это время полиция была обеспокоена регулярными находками частей тел в близлежащем Энгельбекен / Engelbecken (Ангельский пруд).
21 августа 1921 года соседи Гросманна вызвали полицию, услышав крики.
Когда они ворвались в квартиру, то внутри нашли не только Гроссмана
рядом с его последней жертвой, но и обгорелые человеческие руки в печи.
Последняя жертва Карла Гроссманна.
Та же комната. Вид с другого ракурса.
Для сравнения — застройка на данный момент.
После его ареста летом 1921 года был суд, на котором он признался только в трех убийствах. В целом, однако, он был связан с исчезновением до 100 женщин и девочек. Гросманн покончил жизнь самоубийством в своей камере в 1922 году, после чего дальнейшее расследование было прекращено.
1920: Печально известные преступные группировки — «Ringvereine» (буквальный перевод: «Кольцевые клубы» или «ринг-клубы»).
В 1920-е годы не только в Чикаго, но и в немецкой столице возникли хорошо организованные преступные группировки, которые вели уличные бои и контролировали преступность. Тогда в Берлине не было настоящей мафии, но были ринг-клубы. Ринг-клубы были преступными организациями участники которых отличились тем, что носили кольца в качестве опознавательного знака. Первая такая организация из бывших заключенных была создана в Берлине в 1890 году и была ассоциацией солидарной поддержки. У них были такие невинно звучащие названия, как «Deutsche Kraft», «Norden» или «Weiße Rose», они были внесены в реестр ассоциаций и позиционировались как общественные, хоровые или спортивные клубы, у них были уставы, флаги и правила. Там был председатель и духовой оркестр, а когда один член умерал, на похороны приходили все. Членами были люди, которые сражались на войне или бывшие заключённые. Но это было лишь прикрытием, чтобы они могли встречаться, не вызывая подозрений. Потому что так называемые ринг-клубы лишь незначительно занимались классической клубной жизнью — на самом деле они были крупнейшей ассоциацией преступников, существовавшей в Германии до того момента: своего рода профессиональной ассоциацией преступников.Говорят, что в конце 1920-х годов в Берлине насчитывалось около 60 таких ассоциаций, насчитывающих примерно 1600 членов.Они занимались криминалом, устраивали набеги, кражи со взломом, грабежи, рэкетом, обеспечивали друг другу алиби и поддерживали друг друга, когда они попадали в тюрьму.Одним из самых известных клубов была «Geselligkeits-Club Immertreu 1919 e. V.», основанная в 1919 году. Их территорией был район вокруг Силезского вокзала / Schlesischer Bahnhof.Это частная служба безопасности, которая «всегда помогала полиции», заявил на судебном заседании печально известный председатель клуба Адольф Лейб, известный как «Мускулистый Адольф». Разумеется, рестораны и бары за свою защиту от «грабителей и разбойников» хорошо и обычно не добровольно платили в кассу клуба.Вечером 29 декабря 1928 года Маск-Адольф и его люди устроили массовую драку в баре «Naubuhr», которая вошла в историю как «Битва у Силезского вокзала»*, в результате которой два человека были убиты и многие получили серьезные ранения. После судебного процесса он был приговорен всего к 10 месяцам условно, потому что свидетели не хотели давать показания в суде.После того, ринг-клубы были запрещены национал-социалистами, Лейб был арестован гестапо в начале 1934 года как профессиональный преступник. Его дальнейшая судьба неизвестна. Вероятно, он погиб в нацистском концлагере.Ринг-клубы снова появились после войны, но в 1950-х годах были повсеместно запрещены пунктом 129 («создание преступной организации»). Это был конец ее истории. * «Битва у Силезского вокзала» — драка, которая вошла в криминальную историю Берлина. В ней учавствовало более 200 человек, в основном это были строители метро из Гамбурга и члены различных ринг-клубов. Поломанная мебель в баре «Naubuhr» по адресу Breslauer Straße 1 (сегодня Straße Am Ostbahnhof).Территория вокруг Силезского вокзала находилась под контролем клуба «Geselligkeits-Club Immertreu 1919 e. V.». До эскалации, вскоре после Рождества 1928 года, у него начались проблемы с рабочими из Гамбурга, которые трудились на строительстве сегодняшней 5-й линии метро U5. Из-за них некоторые владельцы пабов посчитали себя достаточно защищенными гамбургскими гастарбайтерами так-как они всё своё свободное время проводили здесь и отказали платить ринг-клубу деньги «за защиту».План места приступления. Фотография из музея берлинской полиции.Тем не менее, управляющий ринг-клубом Адольф Лейб, известный как «Мускулистый Адольф», не хотел развязывать конфликт. По его словам, проблема должна была разрешится сама по себе не позднее окончания строительства метро. Сегодняшняя линия метро U5 открылась в декабре 1930 года. Конфликт начался из-за пустяка — куртка одного из рабочих пропала, а затем снова была найдена. Владелец и его коллеги решили находку бурно отпраздноавть вечером 28 декабря в ресторане «Клостеркеллер» на Клостерштрассе. Веселье превратилось в драку, в разгар которой гость из Гамбурга зарезал одного из местных ножом, в тяжелораненый мужчина через несколько дней скончался.Этот мужчина оказался членом ринг-клуба «Norden 1891», из-за этого другие ринг-клубы, особенно «Immertreu», объявили о своей солидарности с «братьями».Расплата последовала на следующий вечер. А именно внутри и перед баром «Naubuhr» на бывшей Breslauer Straße 1 (сегодня Straße Am Ostbahnhof), одним из любимых пабов строителя из Гамбурга. Первоначально там присутствовал только «Мускулистый Адольф» и его свита из пяти человек, включая трактирщика «Клостеркеллер», который должен был опознать убийцу. Когда мужчину опознали, Адольф попросил его выйти на улицу. Сначала он последовал более или менее охотно, но остановился у двери, увидев снаружи толпу. В этот момент его ударили по голове и выбросили на улицу. С этого началась первая часть разборки.Другие строители поспешили на помощь товарищу и напали на членов «Immertreu».Поначалу превосходящие численностью, «братья» ринг-клубов отступили и вызвали подкрепление по телефону. Вскоре после этого прибыла полиция но не застав никого снова удалилась, дав лишь совет близлежащим пабам опустить ставни.Только после этого началась вторая часть «битвы». «Братья» из других ринг-клубов вызванные на помощь по телефону прибывали постепенно, в основном на такси. Они собирались в баре «Leos Hof», находившемся по диагонали от «Naubuhr». Строители со своей стороны также обратились за помощью к своим берлинским коллегам.«Битва» продлилась 20 минут. В ней дрались не только кулаками, но и также было произведено от 60 до 100 выстрелов.Когда зазвучали приближающиеся сирены полиции, члены «Immertreu» и легко раненные сбежали. На земле осталось лежать большое количество тяжелораненых. Один скончался по дороге в больницу, еще один попал через несколько дней в клинику. Однако причиной его смерти стали не боевые ранения, а грипп и пневмония.Последующие недели показали, что с синдикатами ринг-клубов было нелегко справиться. Первоначально было арестовано более 20 их членов. Всех, кроме двоих, вскоре отпустили. Запрет на ринг-клубы «Immertreu» и «Norden» также пришлось снять примерно через месяц. На процессе, проходившем с 4 по 9 февраля 1929 г. свидетели ничего не могли вспомнить и даже никого не узнать. Адольф Лейб объяснил, что он хотел только найти нападавшего, чтобы затем передать его полиции. Лейб был приговорен к десяти месяцам тюремного заключения, а другой обвиняемый был приговорен к пяти месяцам. Остальные были оправданы.С захватом власти национал-социалистами пришел конец ринг-клубам. Многие из их членов оказались в концентрационных лагерях. Также Адольф Лейб. Его судьба после 1934 года неизвестна. После Второй мировой войны произошло своего рода возвращение Ringwesen, не в последнюю очередь в Кройцберге. Эта эпоха также закончилась в 1960-х годах, но не история преступности и преступных организаций в Берлине.
1929: Взломщики сейфов — братья Франц и Эрих Засс.
Они были умны, находчивы и тщеславны, по-своему прилежны и успешны.
Самые известные взломщики сейфов в немецкой криминальной истории. Ровно
93 года назад Франц и Эрих Засс украли не менее 2,5 миллионов
рейхсмарок, когда проникли в хранилище дисконтной компании. Эффектное
ограбление, которое несколько раз служило основой для фильмов
(«Banktresor 713» 1957 года, «Auf Befehl erschossen» 1972 года и «Sass»
2001 года) и до сих пор остается загадкой. Потому что добыча так и не
была найдена.
Дом по адресу Birkenstraße 57 в Моабите: одно из тех старых зданий, которые пережили войну, но чей лепной фасад был разрушен. Когда-то здесь, в доме на заднем дворе жила семья Сасс.
Печально известные братья годами были безуспешными взломщиками: с
1926 года они пытались использовать резак, чтобы открыть сейфы в
«Deutsche Bank» по адресу Alt-Moabit 12, «Dresdner Bank» на Budapester
Straße и Savignyplatz, а также в штаб-квартире «Reichsbahn» на
Schöneberger Ufer. Их действия вызвали интерес не только у конкурентов,
но и у полиции.
Фото сейфа «Dresdner Bank» на Budapester Straße после попытки вскрытия.
Неудачная кража со взломом в «Oberfinanzkasse» по адресу Alt-Moabit 154 еще больше задевает их профессиональную честь. Здесь хранились не менее девяти миллионов рейхсмарок — репарационные платежи для Франции и дуэт не сдается.
Последним объектом их желания является хорошо защищенная дисконтная компания у площади Wittenbergplatz, точнее её ячейки.
28 января 1929 года — понедельник, очень холодный зимний день. Когда
кассир «Disconto-Gesellschaft» на площади Wittenbergplatz по адресу Kleiststraße 23 (сегодня на его месте находится филиал «Deutsche Post») попытался
открыть хранилище в подвале, тяжелая бронированная дверь оказалась
заперта изнутри. Был вызван слесарь, но он не смог вскрыть замок. На
следующий день к работе приступили двое рабочих чтобы разобрать бетонную
стену рядом со стальной дверью. Эта работа длилась до утра среды.
В конце концов в бетонной стене был выдолблен небольшой квадратный
проём. Сам директор протискнулся внутрь и увидел на полу разбросанные
монеты, пачки денег, акции, ценные вещи, даже скомканная оригинальная
партитура оперы Вагнера «Тристан и Изольда» — всего было взломано 197
шкафчиков. Тут же обнаружили две пустые бутылки из под вина, что
означало, что грабители никуда не торопились. Следователь Макс Фабих,
участвующий в расследовании, сразу узнает почерк преступников. Здесь
работали его «знакомые» Эрих и Франц. Об этом свидетельствует
хитроумный, кривой вход, через который пробрались грабители: через
подвалы соседних домов, прорытый туннель, вентиляционную шахту и,
наконец, через потолок. Недельная работа, искусно замаскированная и
выполненная незамеченной.
Вскрытые ячейки.
Пока разгневанные клиенты и любопытные люди собирались перед банком,
братья Засс спокойно сидели в своей маленькой квартире в Моабите.
Полиция установила за ними слежку, обыскала квартиру, ничего важного не
нашла, обнаружили только изощренную сигнализацию: если кто-то вставал на
коврик перед дверью квартиры, внутри загоралась лампочка. Братьев
арестовали но чуть позже их снова отпустили по требованию прокурора.
После этого они провили пресс-конференцию в присутствии своего
адвоката в шикарном ресторане «Lutter & Wegner» у площади
Жандарменмаркт по адресу Charlottenstraße 56 (этот ресторан существует до сих пор). Открывая шампанское, они сообщили изумленным журналистам, что
предложения сниматься в кино им уже поступили. Они не боялись открыто
демонстрировать свое богатство. Вдобавок к этой откровенно
демонстрируемой наглости, их известности способствовало и то, что они
подбрасывали банкноты в почтовые ящики нуждающихся жителей своего рйона на подобии Робин Гуда.
Всего им удалось украсть около двух миллионов рейхсмарок. Точное количество награбленного до сих пор не поддается оценке, поскольку многие
владельцы ячеек предпочли не сообщать никаких подробностей.
Расположение «Disconto-Gesellschaft» у площади Wittenbergplatz.
Современная карта местности
Туннель, который вырыли братья Засс.
Все расследования ни к чему не привели. История с ограблением потихоньку затихла. К власти пришли нацисты и братья Франц и Эрих Засс решили переехать в Копенгаген. Как только они прибыли в Данию, они снова занялись своим любимым делом. Полиция зарегистрировала несколько краж со взломом и разграбленных сейфов. Получив подсказку, помощник детектива Кристиан Бьерринг вышел на братьев Засс и при обыске их номера в гостинице он нашел инструменты для взлома, а также датские и французские деньги, спрятанные в тюбиках с зубной пастой и батарейках для фонарика.
Датская полиция нашла эти инструменты для вскрытия сейфов, спрятанный
за панелью в гостиничном номере братьев Сасс в Копенгагене.
После этого он связался со своим берлинским коллегой Максом Фабихом.
Тот немедленно едет в Моабит и снова проводит обыск в квартире Засс. На
этот раз очень тщательно. Со стен сорваны обои, поломаны половицы. В
конце концов, тайниках в стенах найдены деньги, золото, драгоценности и
инструменты для взлома.
В кирпичной кладке родительской берлинской квартиры братья тщательно
выдолбили отдельные углубления за цветочными обоями, чтобы спрятать
здесь некоторые свои инструменты.
До самой смерти Макс Фабих был твердо убежден, что братья закопали
большую часть своего нечестным путем нажитого состояния в Грюнвальде.
Тем не менее, Фабих не смог не проявить определенное уважение к братьям.
Ему расказали, что в Копенхене им даже удалось проникнуть в здание
банка во время ремонта и взломать сейф, чтобы позже его можно было легче
открыть. Суд Дании приговорил Франца и Эриха Засс к четырем годам
тюремного заключения. Сравнительно мягкий приговор по сравнению с тем,
что ожидало этих двоих, когда они были переданы нацистской судебной
системе.
После двух лет содержания под стражей в Берлине и приговоров к
одиннадцати и тринадцати годам тюремного заключения их посадили в разные
тюрмы на Lehrter Straße и в Plötzensee, их руки и ноги были постоянно связаны цепью. 27 марта 1940 года преступники были переданы гестапо, которое, в свою очередь, отправило их в концлагерь Заксенхаузен. В этот же день Франц и Эрих Засс были расстреляны.
1939: «Зверь из Руммельсбурга». Пауль Огорцов — убийца на городской железной дороге.
С 1 сентября 1939 года в Берлине, как и везде в Германии, установились почти идеальные условия для преступников. Потому что, после того как Германия напала на Польшу, во всем Третьем рейхе вступил в силу закон о затемнении. С тех пор уличные фонари по вечерам выключались, окна должны были быть закрыты шторами, а фары автобусов, автомобилей и велосипедов приглушены, запретили даже фонарики.
Большинство берлинцев ворчали по этому поводу, но вскоре с этим
смирились. Но для Пауля Огорзова, 27-летнего рабочего рейхсбана, сейчас
началось лучшее время в его жизни. В течение следующих полутора лет он
напал и изнасиловал по крайней мере 31 женщину на линии городской
железной дороги (S-Bahn), между станциями Rummelsburg и Fridrichshagen.
Он убил восьмерых и тяжело ранил шестерых и вошёл в криминальную историю как «Зверь из Руммельсбурга«.
Красными точками указаны места, где были найдены трупы убитых женщин. Желтыми — места, где жертвам удалось сбежать.
Серийный убийца Огорцов, как и другие подобные преступники, был на
самом деле неприметным. Он жил с женой и двумя детьми, дочерью и сыном, в
юго-восточном берлинском районе Карлсхорст, менее чем в двух километрах
от его рабочего места, депо Руммельсбург.
В вечерней темноте он чувствовал себя в безопасности. Днем его
считали дружелюбным, честолюбивым и неприметным, но внутри него горели
ненависть и жажда убийства. Точнее: ненависть к женщинам. Отключение
электроэнергии стало катализатором его криминальной активности.
В своей униформе железнодорожника он не привлекал особого внимания в
электричках, следовавших в Эркнер. Он мог ездить туда-сюда, выжидая
подходящей жертвы: в основном это были молодые женщины, сидящие в
одиночестве в затемненных вогонах.
Он подходил к своим жертвам под предлогом того, что хочет проверить
билет. В тот момент, когда женщины заглядывали в свои сумки, он бил их
по голове куском арматуры и насиловал. Затем он выбросывал тела из
движущегося поезда, двери которого в то время можно было легко открыть
даже во время движения.
Тела жертв, которых, Огорцов убил и выбросил из электрички.
Помимо поездов городской железной дороги, у Огорцова был второй
предпочтительный «район охоты»: небольшое дачное поселение к северу от
его места работы — станции-депо Betriebsbahnhof Rummelsburg. Именно
здесь 13 августа 1939 года он совершил свое первое зарегистрированное
изнасилованиe, за две недели до начала войны. Затем был, по крайней
мере, в том, что касается зарегистрированных случаев, более длительный
перерыв до середины декабря 1939 г., а затем еще один, еще более
длительный — до июля 1940 г.
Одна из жертв — 20-летняя Герда Диттер
Вероятно, это было связано с тем, что после начала войны, налеты
британской и французской авиации на какое-то время прекратились и
светомаскировка в городе была ослаблена.
Ситуация снова изменилась летом 1940 года, после того как Германия
одержала победу над Францией, так как снова появились опасения по поводу
возобновления налетов британской авиации. С пугающей регулярностью
Огорцов нападал и насиловал женщин каждый месяц — 27 июля, 21 августа,
20 сентября, в октябре, ноябре и декабре, 3 декабря и дополнительно 4
декабря. Большинству жертв было от 20 до 30 лет.
Преступник чувствовал себя в безопасности – по нескольким причинам.
Во-первых, как член НСДАП и командир отряда СА, он считал, что полиция
не будет брать его подозревать. Во-вторых, это впечатление, вероятно,
было усилено общим заявлением главы пресс-службы Рейха гитлеровской
партии Отто Дитриха: «Поскольку евреи чаще использовали затемнение,
чтобы приставать к арийским женщинам», для берлинский евреев был
установлен комендантский час после 8 часов вечера. В-третьих, Огорцов
считал себя довольно хитрым и умным.
Огорцов один раз увидел, как владелец мясной лавки рядом с его домом
вешал в витрине своего магазина плакат для поиска убийцы городской
железной дороги. «Может быть, он живет по соседству», сказал ему мясник.
— «В этом вы можете быть правы», — со смехом ответил Огорзов,
уверенный, что этим рассеял все подозрения.
В июле 1941 года его коллега увидел, как он перелезал через забор в
дачный посёлок и доложил в полицию. На допросе он пзаявил, что там он
встречается со своей любовницей.
Офицер-дознаватель попробовыл шоковый еффект и показав Огорцову
черепа нескольких жертв задал вопрос: «Чем ты ударил?», Пауль побледнел и
ответил: арматурой.
На суде он по-прежнему пытался ссылаться на смягчающие
обстоятельства: «Несколько лет назад я заболел гонореей и обратился с
ней к врачу-еврею. Еврей, знавший, что я член партии, из ненависти к
национал-социалистам лечил мою болезнь так, что остались последствия,
отразившиеся на моем психическом состоянии и поэтому я не несу
ответственности за свои действия».
Вместо обычного суда Огорцова осудил в упрощенном порядке Специальный
суд Берлина. С началом войны применялся особый уголовный указ, в
котором всем виновным, совершившим преступление или посягательство на
жизнь, здоровье или имущество с использованием мер, принятых для
предотвращения опасности со стороны авиации противника грозила смертная
казнь. Пауля Огорцова казнили на гильотине 25 июля 1941 года.
Жертвы Пауля Огорцова: Герда Диттер 20 лет, Ирмгард Фреезе 19 лет,
Эльфриде Франке 26 лет, Элизабет Бюнгенер 30 лет, Гертруд Зиеверт 46
лет, Хедвиг Эбауер 27 лет, Ёханна Фогт 38 лет, Фрида Козиол 34 лет
Герда Диттер, Ирмгард Фреезе и Фрида Козиол были убиты в дачном
посёлке. Эльфриде Франке, Элизабет Бюнгенер, Гертруд Зиеверт, Хедвиг
Эбауер и Ёханна Фогт были убиты в вагоне электрички и их тела выброшены
из поезда.
1946: «Берлинский Аль Капоне».
На фото 1950 года изображены (слева направо): главный подсудимый
Вернер Гладоу, а также Олаф Вельниц и Вернер Папке. Вернеру Гладоу было
всего 17 лет, когда в 1948 году он основал крупнейшую преступную
организацию Берлина.
Вернер Гладоу (* 8. Mai 1931 в Берлине; † 10. November 1950 во Франкфурте на
Одере), сразу после войны ошивался на черных рынках Берлина и быстро
развил огромную криминальную энергию. Под впечатлением от гангстеров из США он захотел стать «Берлинским Аль Капоне».
Один из многочисленных черных рынков Берлина на площади
Александерплац. Здесь же началась криминальная карьера Вернера Гладоу.
Юноше удавалось, как никому другому, обдирать продавцов сигарет. Но
вскоре он превратился из мелкого в серьезного преступника.
Гладоу собрал приятелей, у них было оружие и шикарная одежда, из-за белых
галстуков их вскоре в прессе прозвали «бандой белых галстуков». Банда
Гладоу грабила банки, участвовала в перестрелках с полицией и,
пользовавшись политической неразберихой в разделенном городе,
скрывалась. Молодые люди совершали преступления в западной части города,
а затем бежали в восточную часть и наоборот.
Вернер Гладоу, был поклонником Аль Капоне и подражал его примеру в жестокости, моде и дерзости.
В 1949 году закончились бурные дни молодых берлинских гангстеров. Его аресту — после предательства заключенного в тюрьму члена банды — предшествовала часовая перестрелка на Schreinerstraße, в которой Гладоу использовал двуручные пистолеты в кинематографической манере.
Во время суда Вернер Гладоу (здесь со своим защитником) был в
прекрасном настроении. Он считал себя любимцем берлинцев, шутил с
многочисленными журналистами, а также любил давать интервью.
Гладоу (2-й справа) слушает оглашение своего смертного приговора 8
апреля 1950 года с окаменевшим выражением лица. Попытка защитников
убедить суд применить уголовный закон о несовершеннолетних не увенчалась
успехом. Судебная система ГДР хотела подать пример и поэтому прибегла к
закону нацистской эпохи, который позволял применять уголовное
законодательство для взрослых к молодежи.
В 1950 году он был расстрелян. Это сделало 19-летнего юношу одним из первых осужденных, приговоренных к смертной казни в только что основанной ГДР.
1975: Похищение Петера Лоренца.
Петер Лоренц (нем. Peter Lorenz; * 22 декабря 1922; † 6 декабря 1987 ebenda)
был государственным председателем Берлинского ХДС и главным кандидатом
ХДС на выборах мэра города. 27 февраля 1975 года, за три дня до выборов,
он был похищен членами террористической организации «Движение 2 июня» (нем. Bewegung 2. Juni).
Его служебная машина была протаранена, а Лоренц заперт в подвале дома по адресу Schenkendorfstraße 7, который похитители назвали «народной тюрьмой». На следующий день они прислали прессе фотографию Лоренца с плакатом, требующим освобождения шести террористов «RAF». Действующий канцлер Гельмут Шмидт выступил против обмена. Тем не менее, федеральное правительство приняло решение об обмене и отправило шесть членов RAF в Аден (Йемен), а Лоренц был освобожден. Это была единственная успешная попытка «Движения 2 июня» обменять заключенных на заложников.
Подъезд дома, в подвале которого была устроена «народная тюрьма» в 1975 году и в наши дни.
Посадка шести террористов в берлинском аэропорту перед вылетом в Йемен была показана в прямом эфире немецкого телевидения.
Продолжение здесь ...