Здравствуйте! Мы живём в мире, где люди чаще стремятся высказаться, чем услышать. Порой мы забываем, что истинная сила общения заключается не в том, чтобы перебить и вставить своё, а в том, чтобы создать пространство, где слова другого человека имеют вес.
Жан де Лабрюйер отмечал, что талантливого собеседника отличает не то, что он много говорит сам, а то, что другие охотно с ним разговаривают.
Такой человек не тянет одеяло на себя. Он позволяет собеседнику чувствовать себя довольным собой и интересным.
«Истинный собеседник сосредоточен не на себе, а на другом человеке.»
А вот тот, кто постоянно перебивает… С ним всё иначе. Он похож на зануду, который говорит только о себе.
Мне как-то вспомнилась одна старая притча. Она идеально раскрывает, к каким последствиям может привести такая, казалось бы, мелкая особенность поведения.
Позвольте я расскажу её вам...
В далёкие времена, когда финские земли ещё входили в состав Шведского королевства, у озера Сайма располагалась небольшая деревня Кусинеми. Здесь жили простые люди, крестьяне, рыбаки, те, кто добывал древесный уголь. Природа вокруг была суровой. Густые сосновые леса, топкие болота, каменистая почва и множество озёр.
Жилища строили из толстых брёвен, крыши покрывали корой и дёрном. Воду брали либо из колодцев, либо из прозрачного ручья, протекавшего неподалёку.
Среди местных жителей особым уважением пользовался пожилой рыбак по имени Аймо Калио. За плечами у него было семьдесят зим, он воспитал троих сыновей и проводил в последний путь свою супругу. При этом он не ожесточился и не стал брюзжать по мелочам. По натуре он был молчаливым, но отнюдь не угрюмым. Если он что-то и говорил, то коротко и по делу.
Местные жители часто перешёптывались, казалось, будто само безмолвие озера поселилось в этом человеке. Аймо всегда внимательно выслушивал собеседников. Даже когда приходили молодые, энергичные люди с новыми идеями и громко рассуждали о переменах, он спокойно смотрел на них и терпеливо ждал, пока они закончат. Уважение к нему основывалось не на богатстве, а на точности суждений и способности предугадывать события.
Однажды, в год особенно затяжной зимы, в деревню приехал человек из Турку — крупного западного города, где располагались суд, университет и резиденция епископа. Звали его Хенри Линдман, он был сыном писаря. Одет он был в камзол, суконный плащ, на голове шляпа с пером. Говорил он по-шведски с лёгким акцентом и сразу заявил: "Я приехал, чтобы привнести сюда знания и порядок. Ваши методы ведения хозяйства устарели. Нужно строить водоотводные каналы, правильно организовывать рыбный промысел и беречь лес, а не сжигать его для получения угля".
Он не интересовался тем, как живут люди. Он просто говорил. Спорил с пастором, перебивал старосту, громко смеялся, когда пожилая женщина рассказывала о прошлогоднем наводнении. «Суеверие, — отмахивался он. — Вода поднимается не из-за направления ветра, а из-за уровня грунтовых вод. Я сам изучал это в Турку. Достаточно расчистить проходы и укрепить плотины — и всё будет в порядке».
Поначалу люди прислушивались к нему, всё-таки образованный человек, да ещё и из города. Но Аймо хранил молчание.
Весна выдалась бурной. Снег растаял рано, лёд на озере треснул с громким хрустом. Зашумели ручьи, реки вышли из берегов. Тут вспомнили старинное предание: "Если зима была суровой, а весенний ветер дует с юга — плотины не выдержат".
Однажды утром старый Аймо, взглянув на небо, сказал: "До полуночи поднимется вода. Нужно увести лодки подальше, поднять вещи на чердаки, а людей в каменную церковь на пригорке".
Но Линдман рассмеялся: "Глупости! Я лично измерял уровень воды, у меня есть измерительная шкала. Ещё минимум четыре дня". Он говорил долго, увлечённо, перебивая всех, кто пытался вставить слово. Даже когда пастор предложил помолиться, он возразил: «Молитвы плотину не укрепят».
Вода пришла не ночью, а вечером. Быстро, стремительно, словно дикий зверь. Река прорвала плотину, и потоки устремились вниз по деревне. Унесло конскую упряжь, подмыло амбар старосты, затопило пристань. Люди в панике разбежались. Кто-то успел забраться на чердак, кто-то спасся только благодаря лодке.
Но те, кто послушался Айму, были готовы. Они заранее ушли в каменную церковь на возвышенности, взяв с собой детей, хлеб и свечи. Никто из них не пострадал. А дом Линдмана затопило до второго этажа. Он сидел на крыше, дрожал и кричал: "Помогите! Где лодка? Где сельский совет?"
Утром, когда вода отступила, жители деревни собрались у церкви. Люди молчали. Пастор стоял с Библией в руках. Хенрик, промокший и растерянный, попытался что-то сказать: "Я хотел как лучше... просто у меня были расчёты..."
Аймо подошёл к нему и сказал: "Ты много говорил, но ничего не слышал. Когда мы рассказывали, как в таких случаях ведёт себя вода, ты смеялся. Когда старая Керту делилась своими воспоминаниями, ты перебил её на полуслове. Когда пастор хотел поддержать людей молитвой, ты перебил и его. Ведь всё это было ненаучно. Ты слышал только себя, поэтому и тонул в одиночестве".
После этого Линдман остался в деревне. Снял свой нарядный камзол и стал помогать чинить плотины, вытаскивать лодки, сушить зерно. Больше не перебивал. Учился слушать.
Прошло два года. Приехал новый сборщик налогов. Шумный, самоуверенный, который перебивал старосту прямо на собрании. Линдман подошёл к нему и сказал:
«В этих местах есть поговорка: остерегайтесь человека, который вас перебивает, он не ищет истину, а лишь возводит стены вокруг собственных предрассудков».
❤️ ❤️ ❤️
Понравилась статья? Поддержите её лайком, это помогает каналу развиваться! А также подписывайтесь, чтобы не пропустить другие полезные материалы.