То июльское дежурство в 2018 году врач-микрохирург из Иркутской областной клинической больницы Павел Кошиков запомнил на всю жизнь. Принял смену, узнал, что никаких операций не намечается, сделал обход своих пациентов и, вернувшись в ординаторскую, предался мечтам о предстоящем через несколько дней отпуске. Вдруг тишину кабинета нарушил резкий звонок телефона.
- Павел Сергеевич, у нас очень тяжелый пациент, - взволнованным голосом говорил врач братской больницы. - На местной пилораме парню под корень отрезало циркулярной пилой три пальца - указательный, средний и безымянный. Случай тяжелый, но пальцы еще можно спасти. А у нас просто нет таких специалистов, поэтому отправляем его в Иркутск.
Случай оказался как раз по профилю Павла Кошикова и его коллег. Вот уже 18 лет врач занимается реплантацией (хирургическое приживление) сосудов и частей тела. На его счету десятки спасенных жизней! Ни секунды не сомневаясь, Кошиков кратко ответил коллегам: «Ждем». Пациента, которым оказался 19-летний студент Георгий Козловский, привезли только через 12 часов.
- Представляете, именно столько его доставляли из Братска, - вспоминает Павел Кошиков в разговоре с корреспондентом "Комсомольской правды" в Иркутске. - Беднягу пришлось отправить в Иркутск не на вертолете, а на машине, которую выделило предприятие. Почти 600 километров, да еще в июльскую жару. Как только он выдержал! В общем, ждали мы долго. Я даже подумал, что они решили вернуться в Братск. Когда же парня, наконец, доставили, то я, честно признаться, даже подумал не браться за операцию.
Все дело в том, что от момента травмы до начала операции прошло слишком много времени - 12 часов (а должно быть не больше шести). В этом случае шансов, что пальцы приживутся и по венам пойдет кровоток, слишком мало. Более того, еще нужно было посмотреть, в каких условиях перевезли отрезанные фрагменты пальцев. Однако опытный микрохирург все же решил попробовать.
- Подумал, парень ведь совсем молодой, зачем ему оставаться инвалидом, - говорит Павел Кошиков. - Тем более столько времени терпел жуткие боли, добираясь до нас. Повезло, все условия консервации отрезанных пальцев были соблюдены. Братские врачи использовали методику трех пакетов: в один сложили отчлененные пальцы, во второй лед, и между ними пакет с физраствором.
Операция, которая длилась без остановки более 10 часов, проводилась под оптическим увеличением: шовным материалом микрохирург соединял мелкие сосуды и нервы диаметром меньше одного миллиметра нитью тоньше человеческого волоса. Причем все получалось далеко не с первого раза.
- Сделаешь, видишь, что кровотока нет, - все переделываешь, - говорит врач. - В общем, на каждый палец у нас ушло около трех часов.
В больнице Георгий пролежал две недели, затем вернулся в Братск. Пальцы у парня прижились, но ему предстояло еще несколько операций: восстановить сухожилие и подвижность на одном из пальцев. Далее год восстановления, специальная гимнастика.
- С самого начала верил, что пальцы мне восстановят, поэтому дальняя дорога не испугала, - говорит пациент. - Как все произошло, помню в деталях. Самое обидное, что за станком-то я не работал, просто брал с него балки и складывал в пачки. Когда брал очередную партию, пальцы попали на работающий диск. Обидно, проработал всего пять дней - решил подзаработать летом. Еще жалею, что пришлось приостановить занятия в тренажерке.
Конечно, в мировой медицине уже были случаи, когда после такого промежутка времени пациентам делали пересадку различных частей тела, но далеко не все заканчивалось так успешно. Что касается Иркутской области, то такая операция в регионе первая.
- У нас был случай, когда пришивать пришлось ампутированную кисть, - продолжает Павел Кошиков. - Но там было намного проще, все-таки в руке более крупный диаметр сосудов. У пальцев же очень тонкие артерии, нервы и вены. За 18 лет это моя самая ювелирная операция.
Автор: Андрей СИНЬКОВ. Из архива «КП»