Светлана сидела за кухонным столом, перебирая семейные счета. Вечерний свет мягко падал на стопку документов, среди которых виднелся чек из дорогого ресторана в центре города. Она взяла его в руки и внимательно изучила каждую строчку.
— Игорь, иди сюда, — позвала она мужа, который смотрел новости в гостиной.
— Что случилось? — отозвался он, не отрывая глаз от экрана телевизора.
— Иди сюда, я сказала.
В голосе Светланы прозвучали нотки, которые заставили Игоря встать с дивана. Он знал этот тон — что-то было не так. Войдя на кухню, он увидел жену с чеком в руках.
— Объясни мне, что это такое, — она протянула ему бумажку.
Игорь взглянул на чек и почувствовал, как сердце забилось быстрее. Ресторан «Золотой лебедь», вчерашняя дата, сумма, которая могла бы покрыть их месячные расходы на продукты.
— Деловой ужин, — сказал он, стараясь говорить уверенно. — Встречался с клиентами из Москвы. Ты же знаешь, как важно произвести впечатление.
Светлана кивнула, но продолжала изучать чек.
— Понятно. А это что за позиции? — она указала пальцем на строчки. — Салат цезарь, говядина веллингтон, креветки в соусе... Два салата, две порции мяса, две порции креветок. Очень щедрые клиенты, да?
— Ну да, они заказали много. Сам знаешь, москвичи любят размах, — Игорь чувствовал, как ладони становятся влажными.
— А это что? — Светлана подняла глаза на мужа. — Две бутылки шампанского и бутылка красного вина. Тоже для клиентов?
— Светка, ну что ты прицепилась к этому чеку? Работа есть работа. Иногда приходится тратить деньги, чтобы их заработать.
— Игорь, посмотри на меня, — она встала со стула. — Посмотри мне в глаза и скажи правду. С кем ты ужинал?
Он отвел взгляд в сторону, потом снова посмотрел на жену.
— Я же сказал, с клиентами из Москвы. Петров и Сидоров, ты их не знаешь.
— Петров и Сидоров? — в голосе Светланы появилась горечь. — И они заказали два бокала вина для романтического настроения?
— Что? Какие два бокала? — Игорь снова взглянул на чек, и сердце его екнуло.
В самом низу чека действительно значилось: «Вино красное, два бокала — 800 рублей». Он настолько сосредоточился на том, чтобы скрыть истину о ресторане, что не заметил эту деталь.
— Так, Игорь? Объясни мне, зачем твоим деловым партнерам понадобилось заказывать вино по бокалам, а не бутылками, как всё остальное?
Он молчал, понимая, что попался. Светлана продолжала:
— И почему в чеке указано время 19:30? Разве деловые встречи не проходят днем? А может, твои москвичи любят ужинать при свечах?
— Светлана, послушай...
— Нет, теперь послушай ты меня, — она села обратно на стул, но голос её стал тверже. — Двадцать три года мы в браке. Двадцать три года я верила каждому твоему слову. Когда ты задерживался на работе, когда ездил в командировки, когда говорил, что встречаешься с клиентами. А теперь я вижу, что всё это время ты врал мне в глаза.
— Ты драматизируешь. Это действительно был деловой ужин.
— С кем, Игорь? — она встала и подошла к нему вплотную. — С кем ты ужинал в самом романтичном ресторане города? С кем пил вино по бокалам?
Он отступил на шаг назад.
— Хорошо, хорошо. Да, там была женщина. Но это не то, что ты думаешь.
— Ах, не то? — Светлана прищурилась. — И что же это тогда?
— Это была Анна Петровна из московского филиала. Мы обсуждали новый контракт. Она приехала всего на один день, и мне пришлось ужинать с ней, чтобы закрыть сделку.
— Анна Петровна, — повторила Светлана медленно. — И ты счел нужным скрыть от меня, что ужинаешь с женщиной?
— Я знал, что ты будешь ревновать без повода.
— Без повода? — голос Светланы повысился. — Игорь, ты лжешь уже полчаса подряд! Сначала это были клиенты, потом Петров и Сидоров, теперь Анна Петровна. Что будет дальше?
Игорь опустил голову. Он понимал, что выкрутиться уже не получится.
— Она красивая? — спросила Светлана тихо.
— Что?
— Я спрашиваю, она красивая? Молодая? Чем она лучше меня?
— Светка, не надо так. Между нами ничего нет.
— Тогда зачем ты врал? Зачем скрывал? Если это была обычная деловая встреча, почему ты не сказал сразу: встречаюсь с сотрудницей из Москвы?
Игорь молчал, и в этом молчании Светлана нашла свой ответ.
— Сколько ей лет? — спросила она.
— При чём тут возраст?
— Ответь мне.
— Тридцать... тридцать пять, наверное.
— Наверное? — Светлана усмехнулась горько. — Значит, знаешь точно, просто боишься сказать. Тридцать пять. На пятнадцать лет моложе меня.
— Возраст здесь ни при чём.
— Конечно, при чём. Думаешь, я не замечаю, как ты на меня смотришь последние годы? Как отворачиваешься, когда я переодеваюсь? Как находишь оправдания, чтобы не прикасаться ко мне?
Игорь поднял глаза на жену. Светлана стояла перед ним — женщина, с которой он прожил больше половины своей жизни. Мать его детей. Человек, который делил с ним радости и горести, болезни и праздники. И он вдруг увидел, как она постарела за эти годы. Морщинки вокруг глаз, седые пряди в волосах, которые она старательно закрашивала, чуть поплывшая фигура.
— Я не виноват в том, что мы оба стареем, — сказал он.
— Мы оба? — Светлана села обратно за стол. — Нет, Игорь. Старею я. А ты просто ищешь того, кто моложе.
— Это не так.
— Тогда докажи. Позвони ей сейчас. При мне. Скажи, что больше не будешь с ней встречаться.
— Светлана, ты ведешь себя как истеричка.
— Истеричка? — она встала так резко, что стул упал. — Двадцать три года я была тебе верной женой! Растила твоих детей, стирала твои рубашки, готовила твой ужин! А теперь я истеричка, потому что хочу знать правду?
— Успокойся, пожалуйста.
— Не говори мне успокоиться! — крикнула она. — Ты потратил на эту... на эту Анну Петровну сумму, на которую я покупаю продукты на месяц! А потом приходишь домой и говоришь, что это деловой ужин!
Светлана взяла чек и снова посмотрела на него.
— Знаешь, что меня больше всего убивает в этой истории? Не то, что ты изменяешь. Не то, что тратишь наши деньги на другую женщину. А то, что ты врешь мне в глаза. Смотришь на меня и врешь, как будто я дура.
— Я не изменяю, — сказал Игорь тихо.
— Пока нет, может быть. Но ты уже ушел от меня мысленно. Ты уже решил, что она лучше. Иначе зачем было скрывать?
Игорь сел на стул рядом с женой.
— Светка, мы просто поужинали и поговорили о работе. Ничего больше не было.
— И что вы обсуждали? Какие проекты? Какие контракты?
— Ну... новое направление развития компании.
— Игорь, ты работаешь бухгалтером в строительной фирме. Какое новое направление? Ты даже не можешь придумать правдоподобную ложь.
Она встала и подошла к окну.
— Ты хоть понимаешь, что происходит? Наш брак рушится из-за чека на восемь тысяч рублей.
— Брак рушится не из-за чека.
— Да? А из-за чего?
Игорь долго молчал, а потом сказал:
— Из-за того, что мы стали чужими людьми. Живем в одной квартире, спим в одной постели, но мы — чужие. Когда ты в последний раз спрашивала, как дела на работе? Когда мы в последний раз говорили не о счетах и покупках, а о чем-то другом?
Светлана обернулась от окна.
— Это я виновата? Я не интересуюсь тобой?
— Не только ты. Мы оба. Мы превратились в соседей по коммунальной квартире.
— И поэтому ты решил найти себе новую соседку?
— Я не искал. Это вышло само собой.
— Что вышло, Игорь? Скажи наконец правду.
Он вздохнул и посмотрел на жену.
— Она мне нравится. Анна. Мне нравится с ней разговаривать. Она слушает меня, интересуется моими идеями. Когда я с ней, я чувствую себя... живым.
— А со мной ты чувствуешь себя мертвым?
— Со всей нашей жизнью. С этим бытом, с этими счетами, с этими разговорами о том, что купить на ужин.
Светлана кивнула.
— Понятно. И что дальше? Ты хочешь развестись?
— Я не знаю. Честно не знаю.
— А она? Анна. Она знает, что ты женат?
— Да.
— И что она думает по этому поводу?
— Мы не обсуждали это.
— Конечно, не обсуждали. Зачем портить романтический ужин разговорами о жене?
Светлана села обратно за стол и взяла чек в руки.
— Два бокала вина, — прочитала она вслух. — Креветки. Шампанское. Знаешь, когда мы в последний раз ужинали в ресторане?
Игорь молчал.
— Три года назад, на мой день рождения. В том дешевом кафе возле дома. И то ты всё время смотрел на часы и говорил, что рано вставать на работу.
— Светка...
— А ей ты готов устраивать праздники. За наши деньги.
— Это были деньги из премии.
— Наши деньги, Игорь. Семейные. Неважно, откуда они взялись.
Светлана встала и прошла в спальню. Игорь услышал, как она открывает шкаф, что-то перекладывает. Через несколько минут она вернулась с небольшим чемоданом.
— Что ты делаешь? — спросил он.
— Собираюсь. Поеду к сестре.
— Надолго?
— Не знаю. Мне нужно подумать.
Она сложила в чемодан несколько вещей, взяла косметичку из ванной.
— Светлана, давай поговорим нормально. Без истерик и сборов чемоданов.
— О чем говорить? — она застегнула замок. — Ты уже всё сказал. Тебе нравится другая женщина. Со мной тебе скучно. Наш брак — это просто быт.
— Я не говорил, что хочу развестись.
— И что? Ты хочешь, чтобы я сидела дома и ждала, пока ты будешь ужинать с молодыми красивыми коллегами? Чтобы я делала вид, что верю твоим рассказам о деловых встречах?
Игорь не ответил.
— Вот видишь, — сказала Светлана. — У тебя даже нет аргументов.
Она взяла чемодан и направилась к выходу. В прихожей обернулась.
— Знаешь, что самое печальное во всей этой истории? Не то, что ты влюбился в другую. А то, что ты даже не попытался сохранить то, что у нас было. Ты просто решил, что трава зеленее на другой стороне.
— А может, так и есть.
— Может быть. Только когда ты это поймешь, будет уже поздно.
Она открыла дверь и вышла из квартиры. Игорь остался стоять в прихожей, слушая, как стихают её шаги по лестнице. Потом вернулся на кухню, где на столе лежал злополучный чек. Он взял его в руки и долго смотрел на цифры.
Восемь тысяч рублей за ужин. Двадцать три года брака. Два бокала вина, которые поставили точку в их семейной истории.
На следующий день он позвонил Анне и сказал, что больше не сможет с ней встречаться. Она ответила, что так и ожидала — женатые мужчины всегда возвращаются к жёнам.
Только Светлана уже не вернулась.