Чего только не приписывали Лукреции Борджиа! Имя этой женщины из знаменитого итальянского семейства действительно стало неким олицетворением порока и всевозможных грехов.
С лёгкой руки Виктора Гюго мы знаем, что она носила особые полые перстни, наполненные ядом, убивала неугодных ей людей и вела крайне развратный образ жизни. Но так ли было на самом деле? Ведь не секрет, что сам Гюго любил «грешить» обилием художественного вымысла.
Интересно, что сегодня взгляд историков на личность Лукреции Борджиа начинает меняться. Причина тому – объективная оценка, которая даётся уже не на основе художественных произведений и слухов, а на сведениях из документальных источников.
Честно признаться, понять, какой была Лукреция не так уж сложно – достаточно просто взглянуть на её жизнь. Итак, неужели жестокая интриганка оказалась невинной жертвой чужих козней? Не всё так просто, а потому давайте познакомимся с нею – неоднозначной и яркой Лукрецией Борджиа.
Дочь папы
Лукреция появилась на свет весной 1480 года. Её отцом был будущий папа римский Родриго Борджиа, матерью – его любовница и знаменитая красавица Ваноцца деи Каттанеи.
Несмотря на то, что женщина состояла в браке, никто в Италии не сомневался, что супруг Ваноццы никакого отношения к рождённому ею ребёнку не имеет. Стоит отдать должное Родриго, тот действительно заботился о своих незаконнорожденных детях и старался устроить их судьбу.
Говорили, что вскоре после рождения малышки кардинал Борджиа даже пригласил в свой дом астрологов, чтобы узнать судьбу дочери. Те заявили, что девочка проживёт достаточно долгую жизнь и даже оставит яркий след в истории.
Если это предание не просто одна из легенд о Борджиа, то предсказатели оказались совершенно правы. Вот только память о себе Лукреция оставила хоть и яркую, но недобрую. Однако обо всём по порядку.
Завидная невеста
Ранние годы своей жизни Лукреция провела в доме матери, а затем была направлена отцом к дочери его кузена, Адриане де Мила, которая стала наставницей девочки.
По тем временам юная особа получила великолепное образование. Её обучили иностранным языкам, музыке, пению, рисованию. Кстати, многие современники отмечали, что Лукреция была одной из лучших рукодельниц того времени. Помимо того, с возрастом девушка приобрела изысканные манеры и научилась достойно держаться, не робея даже среди представителей высшего света.
Если прибавить к талантам Лукреции ещё и прекрасные внешние данные (придворные описывали её как весёлую золотоволосую красавицу), а также немалое приданое, которое непременно дал бы за неё отец-кардинал, то неудивительно, что она считалась одной из самых завидных невест Италии. Как отмечал кардинал Асканио Сфорца:
«Многие хотят породниться с семьей папы через его дочь, и он позволяет им думать, что у них есть шансы. Даже король Неаполя готов вступить в борьбу за ее руку!».
Поиски жениха
Ещё до того, как взойти на папский престол, Родриго дважды устраивал помолвку дочери, но ни одно из обручений так и не завершилось свадьбой.
Сначала он выбрал в качестве жениха для юной Лукреции валенсийского графа из семейства Сентель. Но вскоре Родриго отыскал более выгодную партию для дочери, обручив её с Гаспаро де Прочида, который был близок к арагонскому королевскому дому. Первый несостоявшийся жених получил немалую денежную компенсацию, а второй, как оказалось, в будущем повторил его участь.
Став папой и приняв имя Александра VI, Родриго Борджиа понимал, что многим обязан семейству Сфорца, представители которого помогли ему занять престол. Рассчитывая на дальнейшую поддержку влиятельного рода, он в 1493 году выдал дочь замуж за Джованни Сфорца. Прежнему жениху было, как и в первом случае, выплачено щедрое возмещение.
Оклеветанный муж
Джованни был почти вдвое старше юной Лукреции, но разве кого-то интересовало мнение девушки? Она понимала, что выступает всего лишь пешкой в политической игре отца, желающего обзавестись влиятельными союзниками.
Свадебное торжество было поистине роскошным, но после него молодые супруги удалились в разные покои – считалось, что Лукреция ещё слишком юна, и об интимной близости с мужем не может быть речи.
Сложно сказать, мог ли стать этот союз счастливым, но в дело снова вмешалась политика. Когда в Италию вторглись французы, Людовико Сфорца заключил союз с захватчиками. По сути, он превратился во врага папы римского.
И вот тут-то Джованни, супруг Лукреции, оказался перед сложнейшим выбором: с одной стороны, он должен был поддержать родственника. С другой же, не мог открыто выступать против родни жены. После мучительных раздумий Джованни выбрал первое, оставшись верным своему семейству.
Автоматически став недругом Борджиа, Джованни подвесил свою жизнь на ниточку, которую в любой момент могли отрезать родственники его жены. Узнав, что против него готовится заговор, бедолага бежал в Милан. И тогда папа Александр VI предложил аннулировать брак. В качестве причины он назвал неспособность Джованни Сфорца исполнять свой супружеский долг.
Некоторое время тот отрицал это (какому мужчине будет приятно заявлять о подобном), но потом решил, что лучше приобрести репутацию импотента, нежели лишиться жизни. При этом Джованни лишь дал согласие на аннулирование брака, но не признался в своём мужском бессилии.
Кстати, его слуги говорили, что проблем в отношениях с женщинами у Сфорца никогда не бывало.
Испорченная репутация
После расторжения брака Джованни остался ни с чем – ему не позволили сохранить даже приданое Лукреции. Оклеветанный и разъярённый, он начал распускать о Борджиа самые мерзкие слухи. Да-да, именно тогда появились истории о связи между Лукрецией и её отцом, а также о кровосмесительных связях женщины с родными братьями.
А почвой для появления пересудов стало внезапное появление таинственного ребёнка в семье Борджиа в 1498 году. Согласно папским буллам, это был очередной незаконнорожденный сын Родриго. В некоторых документах говорилось, что отцом малыша являлся Чезаре.
Но в Риме говорили, что ребёнок был тайно рождён «непорочной» Лукрецией от папского посыльного Педро Кальдерона. Рассказывали, что даже видели, как по дворцу брат девушки, Чезаре Борджиа, гонялся за несчастным Педро с мечом.
Так ли было на самом деле – большой вопрос. Вот только тело Кальдерона в скором времени выловили из ближайшей реки, а папа стал подыскивать для дочери нового мужа.
Королевская игра
Уже в июне 1498 года Лукреция отправилась под венец с Альфонсо Арагонским, внебрачным сыном неаполитанского короля. В понимании понтифика это был не просто брак, а часть сложной схемы. Породнившись с королевским двором Неаполя, Родриго Борджиа рассчитывал в дальнейшем женить сына Чезаре на законной дочери монарха.
Но надежды его не оправдались – королевская дочь отказалась выходить замуж за незаконнорожденного сына понтифика, после чего Чезаре женился на Шарлотте д’Альбре, которая приходилась родственницей французскому королю.
И теперь уже Борджиа «играл» на стороне Франции, а потому Альфонсо, супруг Лукреции, оказался совершенно лишней «картой» в этом раскладе.
Недолгая семейная идиллия Лукреции, которая производила на свет детей и заботилась о благополучии мужа, была разрушена в один миг. Группа неизвестных напала на Альфонсо. Тот получил серьёзные ранения, но всё же выжил.
Несколько месяцев Лукреция выхаживала мужа, надеясь, что он поправится. Но однажды утром она обнаружила его мёртвым – врачи констатировали, что несчастного задушили подушкой. Ни у кого в Италии не возникало сомнений, что к этому убийству причастны Борджиа и, в частности, папа Александр VI.
Язвительное замечание по поводу произошедшего отпустил церемониймейстер папского двора Буркард:
«Учитывая, что дон Альфонсо отказывался умирать от ран, он был задушен в своей постели».
Счастье вдали от Борджиа
Не думая о переживаниях дочери, Родриго начал обдумывать, с кем бы можно было устроить третий брак Лукреции. Выбор его остановился на Альфонсо I д‘Эсте, наследнике герцога Феррары. Правда, теперь пришлось попотеть не жениху, но родителю невесты.
Дело в том, что правящий дом Феррары не желал делать своей родственницей женщину с «подмоченной» репутацией. Многие считали, что она родила ребёнка вне брака и даже оклеветала первого мужа.
Но когда за дело взялся сам французский король, а также было сказано об огромном приданом для Лукреции, её будущих родственников перестало волновать «тёмное» прошлое невесты.
Интересно, что только теперь, выйдя замуж в третий раз, эта женщина по-настоящему раскрылась. Она старалась быть не только образцовой супругой для своего мужа, рожая детей, но и вела активную светскую жизнь. Не исключено, что в Ферраре Лукреция наконец освободилась от давления своих влиятельных родственников, которые управляли её судьбой и следили за каждым шагом.
Сара Брэдфорд в своей книге «Лукреция Борджиа» пишет, что в Ферраре и придворные, и простой народ с теплотой относились к этой женщине. Лукреция управляла делами двора, в годы войн и эпидемий оказывала поддержку людям.
В Ферраре она основала благотворительное учреждение для помощи бедным, а также женский монастырь. Лукреция сумела завоевать любовь свёкра и мужа, которые ценили её как свою верную соратницу и помощницу.
Увы, прожила Лукреция Борджиа не слишком долго – всего 39 лет. Для неё, истощённой частыми беременностями, очередные роды весной 1519 года оказались смертельными. Произведя на свет совсем слабую недоношенную девочку, Лукреция начала слабеть с каждым днём. Изначально небольшой жар обернулся родильной горячкой, которая и погубила женщину.
С лёгкой руки недругов, завистников и писателей с излишне богатым воображением Лукреция Борджиа вошла в историю как коварная отравительница и распутница.
Но, согласитесь, её настоящая история раскрывает нам трагедию женщины, которая, несмотря на высокое положение в обществе, не могла самостоятельно вершить свою судьбу. Очень часто Лукреция становилась только разменной монетой в большой политике, но её вины в этом не было.