В китайских соцсетях спорят о «Зоне» из «Пикника на обочине», а в книжных магазинах сметают с полок Стругацких и Лукьяненко. В последние годы в Китае случился настоящий бум на российскую научную фантастику, и это не просто совпадение.
Неожиданный толчок — из мира игр
Книжный рынок Китая довольно закрытый: читать там предпочитают «своих» авторов, поэтому переводной литературе прежде было сложно пробиться. Так что же случилось? Как ни странно, случился Atomic Heart — нашумевшая видеоигра от российской студии Mundfish.
«Игра подогрела интерес к жанру, — объясняет Кун Сянси, директор отдела иностранной литературы китайского издательства “Мир научной фантастики”. — Она познакомила миллионы пользователей с советской эстетикой, русской культурой и, конечно, с вашей фантастикой. Продажи книг российских авторов заметно выросли».
Но дело не только в игре. Китайские читатели нашли в русских книгах то, чего им не хватало: не только захватывающие сюжеты, но и глубокие размышления о будущем.
Философы с бластерами в руках
Русская фантастика — это почти всегда философия. За приключениями в космосе и битвами с пришельцами скрываются вечные вопросы: какова цена прогресса? Что делает нас людьми? Где находится грань между добром и злом? Именно поэтому книги братьев Стругацких, написанные полвека назад, сегодня переживают в Китае новую волну популярности.
«”Пикник на обочине“, по которому Андрей Тарковский снял культового “Сталкера“, особенно любит молодёжь, — говорит Кун Сянси. — Эти книги заставляют думать». И хотя повести Стругацких — нишевый продукт, в кругах ценителей жанра они давно стали классикой. В России «Пикник на обочине» тоже возглавляет рейтинги самой читаемой фантастики.
Новые обложки и такое разное будущее
Китайские издатели подходят к продвижению русской литературы творчески: «Собачье сердце» и «Роковые яйца» Михаила Булгакова здесь продаются как «сатирическая научная фантастика» и «антиутопия» (и не возразишь!). Та же история произошла с Виктором Пелевиным: его «Generation P» и «Чапаев и Пустота» долгое время считались сложной постмодернистской литературой для интеллектуалов, но стоило китайцам добавить на обложку метки «научная фантастика» и «фэнтези», как у Пелевина появилась целая армия новых поклонников.
Среди современных авторов китайским читателям особенно полюбились те, кто убедительно рисует возможные сценарии будущего. Сергей Лукьяненко, который когда-то покорил Китай «Ночным дозором», теперь известен как уже признанный мастер научной фантастики. В его романах человечество борется за место в галактическом сообществе («Звёзды — холодные игрушки») или решает этические дилеммы генной инженерии («Геном»). Настоящим хитом стал и роман Роберта Ибатуллина «Роза и червь». Эта история о постапокалиптической Земле, сражающейся с глобальным интеллектом, так впечатлила китайских критиков, что они включили её в ежегодный список лучших книг на влиятельной платформе Douban.
А что дома?
В России интерес к отечественной фантастике за последние три года вырос почти в полтора раза. В топе продаж — всё те же Стругацкие («Пикник на обочине», «Трудно быть богом»). Им составляет компанию роман Алексея Иванова «Вегетация». Иностранцам в этом списке места почти не нашлось — лишь «Дюна» Фрэнка Герберта смогла пробиться в топ (вероятно, на волне интереса к фильмам Дени Вильнева). Для сравнения, в жанре обычной художественной литературы доля зарубежных авторов достигает 70 %.
«Хорошая фантастика — это лаборатория идей, — считает Алексей Ионов из издательства АСТ. — Она заставляет задуматься о последствиях наших решений, будь то экологический коллапс или бунт искусственного интеллекта». На страницах книг фантасты тестируют сценарии, которые могут ждать нас в реальности, и помогают выбрать правильный путь.
Пока читатели по всему миру погружаются в вымышленные вселенные, учёные, инженеры и бизнесмены готовятся обсудить вполне реальные вызовы. Этой теме будет посвящён II Международный симпозиум «Создавая будущее», который пройдёт 7–8 октября 2025 года в Национальном центре «Россия».
Ведь и писатели, и визионеры пытаются ответить на один и тот же вопрос: каким будет наш завтрашний день?