Сара Ланденвич о женщинах в музыке 19 века
Я написала книгу о блестящей, забытой в истории, женщине-музыканте. Ее имя: Констанция Барановская Плейель. Она родилась в музыкальной семье, в Польше, в середине 19 века. Была признана музыкальным гением в начале своей жизни и стала им, выращенная собственным властным отцом; вундеркиндом, которая гастролировала по концертным залам Европы. Она была бунтаркой, выбивавшейся из общей массы, редкой женщиной исполнителем-композитором своего времени. Затем случилась трагедия: она сломала четыре пальца на руке. В 19 веке такая травма означала конец карьеры. Ей был двадцать один год, девушка недавно вышла замуж. У нее была, как говорится, вся жизнь впереди, но теперь ей пришлось жить без того, что она любила больше всего.
То, что она сделала дальше, почти никого не удивило: впала в отчаяние. Ее психическое здоровье было под вопросом. Отчаянно пытаясь вернуть свои способности, Констанция обратилась за помощью к знаменитому композитору. Неуравновешенный гений, утверждал, что сможет помочь ей реабилитировать руку. Несмотря на его репутацию вспыльчивого и жестокого человека, девушка согласилась работать с ним. Констанция терпела его до определенного дня, но потом не выдержала. Музыкант говорила, что убийство было совершено в целях самообороны, но никто не поверил ей. В конце концов, она была неуравновешенной женщиной, сломленная травмой. Ее преступление стало ее биографией.
Теперь спойлер: Констанция Плейель — вымышленный персонаж. Женщины с таким именем никогда не существовало, хотя если вы до этого момента думали, что она была реальна, то вы должны быть в компании многих читателей, которые верили, что великий убийца из моего романа «Огненный концерт», когда-то жила и дышала (и убивала). Это не столько моя заслуга как писателя, сколько истории, которая меня вдохновила. Как и множество вымышленных персонажей до нее, Констанция Плейель была списана с реальных женщин 19 века, чьи имена и истории теперь упоминаются в историях более известных людей, которых они знали.
Польское сопрано Констанции Гладковской, от которой мой персонаж получил свое первое имя, была известна как своим вокальным талантом, так и красотой. Она училась в Варшавской консерватории в одно и то же время, что и композитор Фридерик Шопен. Теперь ее помнят в первую очередь по той причине, по которой она была недолго помолвлена с ним.
Мари Мок Плейель была пианисткой-виртуозом. Ее музыкальные способности дали ей возможность исполнить опус Шопена «9 Ноктюрнов», позднее она стала преподавателем Брюссельской Консерватории. Однако, в основном, пианистка была известна своими связями с мужчинами. Будучи помолвленной с композитором Гектором Берлиозом, Мари вызвала большой скандал, когда бросила его, чтобы выйти замуж за богатого производителя фортепиано Камиля Плейеля. Позже у нее был роман с Ференцем Листом. Эти отношения являются основными ключевыми моментами в ее биографии. Последнее предложение ее краткой статьи в Британской энциклопедии гласит: «Ее немногочисленные фортепианные композиции имеют второстепенное значение».
Затем была Фекла Бондаржевская-Барановская, одна из немногих женщин-композиторов 19 века, которая добилась популярного успеха при жизни, но чьи произведения подвергались резкой критике со стороны музыкальных критиков-мужчин. Ее наиболее известное произведение «Молитва девы», написанное, когда ей было всего 18 лет и опубликованное в 1856 году, стало международной сенсацией. Однако почти сразу же и на протяжении более чем столетия ее творчество высмеивалось мужчинами, которые считали его второсортным и неуместным, популярным мусором. Бондаржевская трагически умерла юной, в возрасте 23 лет. В некрологе критик написал, что «ранняя смерть спасла музыкальный мир от настоящего наводнения невыносимой сентиментальности».
Есть несколько женщин-музыкантов 19 века, которые запомнились лучше всего. Имя, которое вы можете узнать, — Фанни Мендельсон Гензель, хотя вы, вероятно, больше знакомы с ее младшим братом, Феликсом. Он был ее самым близким доверенным лицом; она была его величайшей защитницей. И все же, до самого конца ее слишком короткой жизни, Феликс отговаривал Фанни от публикации виртуозных сочинений. Ее место, он считал, было дома рядом с детьми. Аналогично, многие музыкальные энтузиасты слышали о Кларе Шуман, пианистке и композиторе, чьи музыкальные достижения легендарны, если учесть, с чем ей пришлось столкнуться: всепроникающий сексизм, финансовые трудности, смерть нескольких детей, безумный муж. Тем не менее, ее муж Роберт, безусловно наиболее известен, чем она.
Видите ли, настоящая правда, стоящая за моей героиней Констанцией Плейель и за каждой женщиной-художницей, музыкантом и писательницей 19 века, заключалась в их борьбе за творчество, и в том, чтобы делать это, несмотря на неуверенность в себе, давление семьи, насмешки общественности и веру в то, что они не вписываются в это общество.
Почему это важно, если величайшими музыкальными суперзвездами наших дней являются Бейонсе и Тейлор Свифт? Спросите старших женщин из вашей семьи, кто знает более старших, которые уже ушли из жизни. От каких страстей они отказались, чтобы сделать жизнь в этом мире? Какие мечты были разрушены либо насильно родителями или мужем, либо более постепенно, из-за медленного подрыва уверенности в себе и возможностей? Какие инструменты или художественные принадлежности были проданы, чтобы выплатить ипотеку или купить детскую одежду, или передать ребенку, чтобы дать ему большую свободу мечтать?
Бабушка моего мужа, которую любили все, кто ее знал, дожила до 94 лет. Родилась в 1928, выросла в то время, когда лед для холодильников доставляли на тележке. Она пережила Великую Депрессию, эпидемию полиомиелита и Вторую мировую войну, а во время Корейской войны работала на заводе по производству боеприпасов. Будучи любителем музыки, Мириам поступила в колледж по музыкальной стипендии и вела в университете радиопередачу под названием «Мириам поет». Она также была скрипачкой. Ее дети смутно помнят, как она играла, когда они были маленькими. К тому времени в 1983 году, когда родился мой муж, у Мириам больше не было скрипки. Как и многие женщины ее времени, она оставила свои художественные занятия, чтобы растить детей.
За год до своей смерти, бывшая скрипачка рассказала моему мужу, что много лет назад играла в оркестре Канзас Сити. Вот насколько Мириам была хороша. Что значило для нее то, что она была достаточно талантлива, чтобы достичь такого уровня, а потом ей пришлось отказаться от этого? Никто из нас никогда об этом не узнает.
Сара Ланденвич (Sarah Landenwich)
Совместный проект Клуба Лингвопанд и редакции ЛЛ
Источник: WHAT IF YOUR BIOGRAPHY WAS JUST A FOOTNOTE TO SOMEBODY ELSE'S?