Неделю назад на сайте NewsNN была опубликована перепечатка моих заметок с форума ВГД, посвященная поселку Белецкий Лукояновского района Нижегородской области:
Конечно, меня никто не уведомил об этой публикации, не спрашивал разрешения и не просил комментариев, но я претензий не имею: краеведческая информация — суть общественное достояние. Считаю нужным добавить лишь вот что.
В поисках крупиц информации о своей малой родине многие исследователи однажды приходят к районным газетам советской эпохи. Этот источник действительно в некотором роде уникальный: поскольку жизнь на селе, мягко говоря, была небогатой на события, часто в центре газетных зарисовок находятся люди и их скромный быт (пусть и обильно приправленный соцреализмом). В моем районе газета выходила раз в неделю: при острой нехватке материала для новых заметок там про всех написали по нескольку раз: одного и того же человека могли в одном выпуске похвалить, а уже в следующем — костерить на чём свет стоит. И ничего, как говорится, никому не щемило.
В сельской периодике можно отыскать настоящие жемчужины. Но вместе с тем, важно усвоить одну вещь: единственное, чему в таких источниках не стоит доверять — взгляду на прошлое.
Да, описания сельской жизни, сделанные «в моменте», могут казаться относительно достоверными. Но как краеведческий источник на больших временных отрезках газеты могут давать совершенно полярные мнения: это настоящее «кривое зеркало». Хотя и полезно иногда бывает просмотреть подшивку по району лет за 40-50, и собрать по кусочкам хронику катастрофы русской деревни: от жизни, полной надежд, до коллапса и запустения.
Перед вами — одна из таких историй. Место действия — Лукояновский район Нижегородской области, посёлки Карповка, Белецкий и село Елфимово.
Сталинская эпоха: разрыв со старым миром
Характерный пасквиль на старую жизнь из Сталинской эпохи. Обратите внимание на упоминание барина Зыкова: про него мы ещё найдем материал.
Брежневская эпоха: сомнения и растерянность
Заметки 70-х рисуют уже совсем иную картину: механизации нет, работники колхоза убирают навоз лопатами и не имеют элементарных удобств. Начинается исход молодежи из сёл, что, впрочем, подаётся как «изнеженность» (расхожий штамп, и сегодня мы его слышим). Это был ещё не крах деревни, изменить что-то возможность оставалась.
Но даже на фоне таких сомнений без пропаганды не обошлось: в той же заметке забавная зарисовка о том, как в соседнем селе чуть не избили сельского агитатора.
1990-е: посёлок-призрак
Здесь уже чувствуется тоска по старой жизни: барин — уже не тиран, а благодетель. «Мужиков не обижал, платил исправно, мастеровых уважал». Революционные события описываются в нейтральном ключе, но с уклоном в негативную сторону: «разгромили», «растащили», «разрушили».
С момента публикации первой заметки даже полвека не прошло — а мнение о прошлом изменилось кардинально.
Вместо вывода
Районная газета — это не хроника, а скорее дневник коллективного сознания. Читая эти ветхие подшивки, мы видим не столько историю сёл, сколько историю взгляда на неё. И в этом «королевстве кривых зеркал» мы никогда не найдём простых ответов на сложные вопросы о прошлом.
Скорее, ещё сильнее запутаемся.