Оказывается 21 марта - Международный день театра кукол (День кукольника). И по этому поводу у меня есть пара историй, не совсем про театр, но о куклах точно!
Был ли у вас в детстве кукольный домик? У меня была только детская мебель. Но тема игрушечного дома может быть интересной и для взрослого. Об этом рассказали английская писательница начала XX века Кэтрин Мэнсфилд и гранд-дама фантастики Урсула Ле Гуин.
![Дом англичанина : Англ. классич. новелла : [Перевод / Сост. и вступ. ст. В. Скороденко; На фронтисписе рис. С. К. Джонса]. - Москва : Моск. рабочий, 1989. - 506,[3] с., [1] л. цв. ил.; 21 см. - (Однотомники классич. лит.)](https://avatars.dzeninfra.ru/get-zen_doc/271828/pub_68ad6634bb5c391cbadfc12a_68ad66a2568a91130da15da0/scale_1200)
Кэтрин Мэнсфилд «Кукольный домик».
Наверное, нет такого ребенка, который бы не заинтересовался кукольным домиком, особенно если в нем все как настоящее, даже лампа настольная.
Детям семьи Бэрнелов прислали подарок - кукольный домик. Он был такой огромный, что тетя Верил не разрешила внести его в дом, ей не нравился запах свежей краски. Домик решено было поставить во дворе.
Это было так удивительно. Так невыносимо прекрасно. Ничего подобного они в жизни не видели. Все комнаты были оклеены обоями. На стенах висели картины, написанные краской на обоях вместе с золочеными рамами. Везде, кроме кухни, на полах были постелены красные ковры, в гостиной стояли крошечные плюшевые красные стульчики, а в столовой — зеленые; столы, кровати с настоящими одеялами, колыбелька, печка, буфет и на нем крошечные тарелки и один большой кувшин. стола в столовой, прелестная янтарная лампочка с белым абажуром.
Утром Изабелла, Лотти и Кэйси помчались в школу бегом. Так хотелось рассказать все до звонка.
— Рассказывать буду я, — сказала Изабелла, — потому что я старшая. А вы можете потом добавить. Но начну я.
— И я буду выбирать, кому первому прийти смотреть. Мама позволила.
Девочкам был разрешено показывать домик одновременно, только двум подружкам, тут же, во дворе. Конечно, не предлагать чай и не бегать по дому!
Наступила долгожданная перемена:
Изабеллу окружили, и одноклассницы чуть не подрались за право обнять ее, пройтись с ней, льстиво улыбаясь, притворяясь каждая ее закадычной подругой. Под огромными соснами на краю площадки она устроила прямо-таки королевский прием. Толкаясь, хихикая, девочки теснились к ней поближе. И единственные две, что остались за пределами этого круга, были те две, что всегда оставались за его пределами, — девочки Келви. Они-то знали, что соваться к Бэрнелам нельзя.
Причина была в том, что в этой округе была единственная школа и выбора не было: две девочки Келви учились с дочками судьи и доктора, лавочника и молочника. Это была вынужденная мера, но где-то надо было поставить точку. И точка эта выпала на дочерей прачки Келви. Мало того, что она стирала всем в округе, у нее не было мужа… Говорили, что он сидит в тюрьме!
Детям было запрещено даже разговаривать с девочками Келви. Даже у учительницы был особый голос и особая улыбка для других детей. Лил и Элси держались от всех в стороне, но никто не мог запретить им слушать:
А голос Изабеллы, такой гордый голос, все рассказывал. Ковер на полу произвел огромное впечатление, так же, впрочем, как и кровати с настоящими одеялами и печка с дверцей в духовку.
Когда она умолкла, вступила Кейси:
— А лампу ты забыла.
— Ах, да, — сказала Изабелла, — есть еще малюсенькая лампа, вся из желтого стекла, с белым абажуром, она стоит на столе в столовой, совсем как настоящая.
И гордая Изабелла уже выбирала тех двух девочек, кто после уроков пойдут вместе с ними смотреть домик. Оставшиеся, наперебой обнимали Изабеллу за талию. Дни шли и уже почти все дети посмотрели домик.
Однажды Кейси не выдержала, попросила мать все-таки разрешить девочкам Келви увидеть домик.
- Ни в коем случае! – был ответ.
После уроков, у Бэрелов были гости. Изабелла и Лотти побежали одеть чистые фартучки, а Кейси осталась покачаться на качелях и смотрела на дорогу, пока не показались две точки. Она знала, что это сестры Келви…
Одновременно безжалостный и светлый рассказ. Писательница Кэтрин Мэнсфилд всю жизнь любила творчества А.П.Чехова, ее даже обвиняли в плагиате, но она научилась у нашего классика писать кратко и ярко.
Рассказ из сборника «Дом англичанина» Английская классическая новелла.
Урсула Ле Гуин, автор знаменитых фантастических циклов писала и реалистические произведения. В сборнике « Современная американская новелла» один из рассказов называется «Дом профессора».
У профессора было два дома, один внутри другого. Сам он с женой и дочкой жил во внешнем доме, чистом и комфортабельном, хотя и несколько захламленном, ибо там не хватало места для всех его книг, ее бумаг и ярких, но преходящих «сокровищ» их дочери. Ранней осенью при сильных дождях крыша этого дома начинала протекать, но потом дерево разбухало и переставало пропускать влагу; впрочем, одного ведра, подставленного на чердаке под протечку, вполне хватало. А вот на крышу внутреннего дома не попадало ни капли дождя; там профессор жил один, без жены и дочки; он так, шутя, и говорил порой: «А здесь я живу. Это мой дом». И его дочь часто добавляла — без тени обиды, просто информируя гостя: «Сперва-то этот дом для меня предназначался, но на самом деле он действительно папин».
Речь шла о детском игрушечном домике. Большинство взрослых гостей приходили в восторг от мебели и других предметов интерьера, которые ее отец сделал для домика собственными руками.
Он обычно немного стеснялся сам их демонстрировать, и дочери приходилось специально обращать внимание гостей на наиболее выдающиеся объекты: элегантный буфет со стеклянными дверцами, наборный паркет из твердых пород дерева, изящные деревянные панели, площадку с точеными перильцами, устроенную на крыше дома. Никто из гостей, будь то ребенок или взрослый, не мог устоять перед очарованием венецианских жалюзи, крошечные пластинки которых идеально складывались и раздвигались, стоило потянуть за суровую нитку, их скреплявшую.
Друзья семьи регулярно проверяли, что появилось нового в отделке и обустройстве домика. Случайные же гости думали, что это домик дочери профессора.
Когда дочери профессора, Виктории было восемь лет, она попросила купить родителей дорогую игрушку: семью Бендски – маму ,папу, брата, сестру и младенца. Куклы могли сидеть в креслах игрушечного домика, доставать кастрюли, развешенные на стене игрушечной кухни и много еще чего. Потом брат Бендски сломал бедро, а младенец совсем потерялся. Виктория подрастала и перестала приводить друзей посмотреть домик, тогда профессор со вздохом облегчения (он возненавидел это семейку с первого дня), спрятал уцелевших членов семьи Бендски подальше.
Как-то профессору пришлось допоздна поработать над сложной и трудоемкой статьей и, улегшись, наконец, в постель, и пытаясь уснуть, ему привиделся сон, а может это было видение?
Во всяком случае, он не был полностью уверен, что спит. Ему казалось, что он находится в кухне внутреннего домика, хотя, в общем, ничего необычного в подобном ощущении не было: строя стенные шкафчики и буфеты, монтируя на стенах деревянные панели, проводя в дом канализацию и устанавливая раковины, он в мельчайших подробностях изучил все пропорции и особенности этой кухни, знал в ней каждый миллиметр и довольно часто рассматривал ее с позиций человека, в котором всего шесть дюймов роста и которому придется стоять у плиты или открывать дверь в кладовку. Но в данном случае профессору отчего-то казалось, что он попал туда не по собственной воле; нет, он неким неведомым образом там оказался; и вот, стоя рядом с дровяной плитой, он увидел, как на кухню вошел фарфоровый кот, посмотрел на него и принялся лакать вечное молоко. Мало того, профессор даже слышал те приятные и негромкие звуки, какие издает кошка, аккуратно лакая молоко…
Урсула Ле Гуин умеет вызвать интерес читателя к, казалось бы, такой обыденной вещи, как кукольный домик.
Рассказ есть здесь.
И в заключение статьи несколько фотографий знаменитого дома П.В.Нащокина, который мне удалось увидеть пару лет назад в доме – музее А.С. Пушкина на Мойке.
Думаю, что это великолепное произведение искусства отлично иллюстрирует вышеприведенные рассказы, хотя это уже совсем другая история.
Читали? Играли?