Запах свежеиспеченного пирога, который так любил ее третий муж, Алексей, наполнял уютную кухню. На столе стоял букет из полевых цветов – Алексей принес их вчера, просто так, без повода. Из детской доносился смех: ее двое, Лена и Артем, играли в какую-то новую игру, которую выдумал их отчим. Ее уютный мир был безупречен. И это было страшно.
Светлане не было и тридцати, а за спиной уже два развода и двое детей от разных отцов. Лена, ее старшая, с серьезными, будто вечно задумчивыми глазами, была от первого мужа, Павла. С ним было все – ураган эмоций, страсть, безумные ночи и не менее безумные ссоры. Он был ее первой большой любовью, сгоревшей ярким пламенем и оставившей после себя лишь пепел и крошечную Лену.
Потом появился Игорь, отец Артема. Он был полной противоположностью Павлу – тихая гавань, надежная пристань, человек, с которым можно было планировать жизнь. С ним Светлана надеялась обрести покой и стабильность. Но очень скоро тишина начала давить, а стабильность казалась скукой. Она почувствовала, как что-то внутри нее чахнет, и ушла, словно отталкивая спасательный круг.
Алексей был идеалом. Надежный, как скала, добрый, как летнее утро, внимательный, терпеливый. Он принял ее детей как своих, не задавая лишних вопросов, не проявляя ревности к прошлому. Он любил ее спокойно, глубоко, без надрыва. И Светлана знала, что должна быть счастлива. Все вокруг говорили ей, что она наконец-то обрела свое.
Но каждый раз, когда Алексей брал ее за руку, внутри нее что-то сжималось. Каждая его нежность, каждый его взгляд, полный обожания, вызывали не тепло, а беспричинную тоску. Она смотрела на него, такого хорошего, и видела в нем... следующего, от кого она захочет сбежать. Мысль о разводе, еще одном, третьем, наклеивала на нее клеймо "неудачницы", "нестабильной", "той, с кем что-то не так".
Она сидела на кухне, попивая остывший чай, и смотрела на цветы. Почему? Почему она не может быть счастлива? Почему каждый раз, когда кажется, что вот оно, то самое, идеальное – приходит это удушающее желание сбежать, разорвать все, начать все сначала? Дело в мужчинах? Но они были такими разными, а конец всегда был один. Значит, дело в ней.
"Что со мной не так?" – этот вопрос стучал в висках. Она была хорошей матерью, старалась быть хорошей женой. Она умела любить, умела отдавать, но почему-то не умела оставаться. Будто внутри нее жил какой-то вечный странник, который, достигнув цели, тут же начинал мечтать о новой дороге. Или, быть может, она искала не партнера, а... завершение? Чего-то, что должно было заполнить некую внутреннюю пустоту, которую ни один мужчина так и не смог запечатать?
Светлана медленно встала. Дети позвали ее из комнаты. Она пошла к ним, чувствуя, как тяжесть вины давит на плечи. Ее малыши заслуживали стабильности, спокойствия. Они заслуживали маму, которая не металась бы от одного выбора к другому.
Она не знала ответа. Но впервые за долгое время она смотрела не на горизонт, манящий новой жизнью, а вглубь себя. И эта дорога, в ее собственную душу, казалась самой страшной и самой необходимой из всех, что ей когда-либо предстояло пройти....