Елена Васильевна сидела на кухне и разбирала счета за коммунальные услуги. Цифры расплывались перед глазами, голова болела от усталости. В последнее время она чувствовала себя совершенно разбитой.
— Мам, что ты там делаешь? — в кухню вошла дочь Оксана с недовольным лицом.
— Счета смотрю, Оксаночка. За свет опять много начислили.
— А ты экономишь? Везде лампочки выключаешь?
— Стараюсь, дочка.
— Стараешься! — фыркнула Оксана. — Я вчера видела, как ты в ванной свет забыла выключить. Целых полчаса горел!
— Извини, просто забыла...
— Вот именно! Забыла! А потом удивляешься, почему счета большие!
Елена Васильевна виновато опустила голову. Действительно, в последнее время стала забывчивой. То лампочку не выключит, то кран не закроет до конца.
— Оксана, может, мне к врачу сходить? Что-то память подводить стала.
— К врачу? — дочь села напротив матери и внимательно посмотрела на неё. — Мам, тебе не врач нужен. Тебе дисциплина нужна.
— Как это дисциплина?
— А так. Ты распустилась. Расслабилась. Думаешь, раз на пенсии, то можно забывать обо всём?
— Оксана, я не расслабилась. Просто устаю очень...
— От чего устаёшь? Дома сидишь, никуда не ходишь!
— Готовлю, убираю, стираю...
— И что? Раньше же успевала! И работала, и дом вела!
Елена Васильевна молчала. Дочь была права. Раньше она действительно успевала больше. Но сейчас каждое дело давалось с трудом.
— Мам, — продолжала Оксана, — ты просто себя запустила. Режим никакой нет, дисциплины нет. Встаёшь когда попало, ложишься когда попало.
— А какой режим должен быть?
— Нормальный! Как у всех людей! Встала в семь утра, зарядку сделала, позавтракала, дела по дому. По расписанию всё!
— Оксаночка, но я же пенсионерка...
— И что? Пенсионеры тоже должны жить организованно! А ты что делаешь? Весь день в халате ходишь!
Елена Васильевна посмотрела на себя. Действительно, была в старом халате. Переодеваться не хотелось — всё равно никуда не идти.
— Мам, вот смотри, — Оксана достала блокнот и ручку. — Я тебе режим дня составлю. Будешь строго по нему жить.
— Зачем?
— Как зачем? Чтобы порядок был! И в делах, и в голове!
— Но Оксана...
— Никаких но! Слушай внимательно. Подъём в семь утра. Зарядка пятнадцать минут. Душ, завтрак. С восьми до десяти — уборка квартиры.
Елена Васильевна слушала дочь и чувствовала себя провинившейся школьницей.
— С десяти до двенадцати — готовка, стирка. С двенадцати до часу — обед и отдых. С часу до трёх — прогулка на свежем воздухе.
— Оксана, а если погода плохая?
— Плохая погода не повод сидеть дома! Одевайся теплее и иди гуляй!
— Хорошо...
— С трёх до пяти — хозяйственные дела. Магазины, аптека, всякие мелочи. С пяти до семи — ужин и домашние дела. С семи до девяти — свободное время. В девять — отбой!
— В девять? Но я так рано не засыпаю...
— Будешь засыпать! Режим есть режим!
Оксана оторвала листок и протянула матери.
— Вот, повесь на холодильник. И строго выполняй!
— А если не получится?
— Должно получиться! Мам, тебе нужна встряска! Ты совсем раскисла!
Елена Васильевна взяла листок и прочитала расписание. Выглядело как армейский распорядок.
— Оксана, а почему ты решила, что мне нужна дисциплина?
— Потому что вижу, в каком ты состоянии! Вялая, забывчивая, неорганизованная!
— Может, это возраст...
— Ерунда! Моя подруга Светка говорит, её мама в семьдесят лет активнее многих молодых!
— А что она делает?
— Всё делает! И в спортзал ходит, и курсы компьютерные закончила, и английский изучает!
— Английский? Зачем?
— А зачем жить, если не развиваться? Мам, ты же совсем деградируешь!
Слово больно ударило. Елена Васильевна никогда не думала, что деградирует.
— Оксана, я не деградирую. Просто устала...
— От чего устала? От безделья устала!
— Не от безделья. От жизни устала.
— Вот именно! А почему? Потому что цели нет, смысла нет! Болтаешься как пустое место!
— Оксаночка, не говори так...
— А как говорить? Мам, тебе шестьдесят восемь лет, а не восемьдесят! Ещё можно многое успеть!
— Что успеть?
— Всё! Себя в порядок привести, новое освоить, пользу приносить!
— Какую пользу?
— Ну не знаю! Волонтёрством занимайся, внукам помогай, курсы какие-нибудь окончи!
Елена Васильевна задумалась. Может, дочь права? Может, она действительно слишком расслабилась?
— Хорошо, — сказала она. — Попробую по расписанию жить.
— Вот и отлично! — обрадовалась Оксана. — Увидишь, сразу лучше станешь себя чувствовать!
На следующий день Елена Васильевна встала в семь утра. Голова кружилась от непривычно раннего подъёма. Но расписание есть расписание.
Зарядку делать не хотелось, но заставила себя. Помахала руками, поприседала. Через пять минут запыхалась и присела отдохнуть.
— Мам, что ты сидишь? — появилась в дверях Оксана. — Зарядка должна быть пятнадцать минут!
— Устала немного...
— Устала от пяти минут зарядки? Мам, это же не нагрузка!
— Для меня нагрузка...
— Значит, совсем форму потеряла! Ещё десять минут делай!
Елена Васильевна послушно продолжила махать руками. К концу зарядки чувствовала себя выжатой как лимон.
После душа и завтрака началась уборка. По расписанию — два часа. Елена Васильевна пропылесосила, протерла пыль, помыла полы. Через полтора часа всё было готово.
— Оксана, я закончила уборку.
— Как закончила? Ещё полчаса осталось!
— Но всё уже чистое...
— Не может быть всё идеально чистым! Найди, что ещё убрать!
Елена Васильевна послушно пошла искать, что ещё можно было убрать. Протерла уже чистые подоконники, перестелила постель, разложила вещи в шкафу.
— Вот видишь, — довольно сказала Оксана, — всегда есть что делать!
Готовка и стирка тоже заняли отведённое время. Елена Васильевна варила суп и одновременно стирала бельё. К двенадцати чувствовала себя как после рабочего дня.
— Теперь обед и отдых, — сказала она дочери.
— Отдых пятнадцать минут, не больше! А то опять расслабишься!
— Но в расписании написано час...
— Час — это на еду и приведение кухни в порядок. На отдых там времени нет!
Елена Васильевна поела и помыла посуду. Присесть некогда — пора на прогулку.
— Оксана, на улице дождь...
— И что? Зонт возьми и иди!
— Но я промокну...
— Не промокнешь, если правильно оденешься!
Елена Васильевна надела плащ, взяла зонт и вышла на улицу. Дождь лил как из ведра. Через десять минут она промокла до нитки, несмотря на зонт.
Дома Оксана встретила мать недовольно:
— Мам, почему ты мокрая?
— Дождь сильный был...
— Значит, плохо оделась! Надо было плащ получше взять!
— У меня другого нет...
— Тогда купи! Как собираешься гулять без нормальной одежды?
Елена Васильевна переоделась в сухое и пошла выполнять следующий пункт расписания — хозяйственные дела.
В магазине покупала продукты по заранее составленному списку. Оксана требовала отчёта по каждой покупке.
— Мам, зачем ты сыр взяла? Его в списке не было!
— Захотелось сыра...
— Хотелось! А кто деньги считать будет? Импульсивные покупки делать нельзя!
— Но сыр же нужен...
— Нужен — в список запиши заранее! А так получается бесконтрольная трата!
К вечеру Елена Васильевна чувствовала себя совершенно измождённой. Каждое действие контролировалось, каждая минута была расписана.
— Оксана, можно я немного отдохну?
— По расписанию у тебя свободное время с семи до девяти. Вот тогда и отдыхай.
— Но сейчас только шесть...
— Значит, ещё час домашних дел. Что-нибудь полезное делай!
— А что делать? Всё уже сделано...
— Не может быть всё сделано! Посмотри внимательно!
Елена Васильевна бродила по квартире в поисках дел. Наконец нашла пыль на книжной полке и принялась её протирать.
В семь вечера наконец началось свободное время. Елена Васильевна упала в кресло и закрыла глаза.
— Мам, что ты делаешь? — спросила Оксана.
— Отдыхаю. У меня свободное время.
— Свободное время не значит бездельничать! Займись чем-то полезным!
— Чем?
— Книжку почитай, телевизор посмотри образовательный!
— А просто посидеть нельзя?
— Нельзя! Деградация начинается с безделья!
Елена Васильевна взяла книгу, но читать не могла. Буквы расплывались от усталости. Включила телевизор на образовательном канале, но передача про квантовую физику ей была непонятна.
В девять Оксана объявила отбой.
— Мам, пора спать!
— Но я не хочу спать...
— Хочешь не хочешь — режим есть режим!
— Оксана, я взрослый человек...
— Взрослый человек должен быть дисциплинированным!
Елена Васильевна легла в кровать и лежала с открытыми глазами. Заснуть в девять вечера было невозможно. Но встать тоже нельзя — нарушение режима.
Так прошла неделя. Каждый день по расписанию, каждое действие под контролем. Елена Васильевна чувствовала себя роботом, выполняющим программу.
— Ну как, мам? — спросила Оксана. — Лучше стало?
— Не знаю, дочка...
— Как не знаешь? Ты же теперь организованная, дисциплинированная!
— Да, организованная...
— Вот видишь! А говорила, что тебе помощь нужна! Не помощь тебе нужна была, а дисциплина!
Елена Васильевна кивнула. Дисциплина, конечно. Только почему тогда она чувствует себя хуже, чем раньше?
— Оксана, а можно немного расписание изменить?
— Зачем изменять? Оно же правильное!
— Просто хотелось бы чуть больше свободного времени...
— Мам, ты опять расслабляться хочешь! Нет, никаких изменений!
— Но мне тяжело...
— Первое время всегда тяжело! Потом привыкнешь!
— А если не привыкну?
— Привыкнешь! Просто нужно силу воли проявить!
Елена Васильевна понимала: спорить бесполезно. Дочь уверена, что дисциплина — это лекарство от всех бед. А что мать при этом чувствует — неважно.
— Хорошо, Оксаночка. Буду стараться.
— Вот и молодец! Увидишь, через месяц совсем другим человеком станешь!
Елена Васильевна не была уверена, что хочет стать другим человеком. Но выбора не было. Дисциплина есть дисциплина.