Подскочив практически с рассветом, я выскочила во двор, как всегда облилась холодной водой, походила босыми ногами по земле, заряжаясь силой, светом и жИвой, и радостно осмотрелась вокруг - природа уже начала своё пробуждение. Хотя ещё было прохладно, но уже прямо пахло весной и кое где даже проклюнулись на деревьях почки. Ещё чуть-чуть и подсохнет дорога и можно будет спокойно ездить по нашей улице до дороги, и тогда мы смотаемся с Машей в город - пообещала я себе, и с отличным настроением и полная сил направилась в дом. БабАня с Машей ещё спали, поэтому я, стараясь не шуметь, сделала себе пару бутербродов, чай и с огромным удовольствием позавтракала. Потом подхватила ведро, несколько тряпок, моющие средства, швабру и двинулась отмывать гостевой домик.
Ухх, сколько же там было работы - хотя в доме было тепло, и от батарей и от протопленной вчера печи, но мне нужен был живой огонь и свежий воздух, поэтому я снова затопила печку и открыла все окна.
Начать генеральную уборку я решила с потолков и, накрутив мокрую тряпку на швабру, прошлась по всем комнатам, включая и своё "хранилище". Несколько вёдер воды пришлось поменять, пока я осталась довольной.
После потолков шли стены - стены здесь были покрашены, никаких обоев, никаких излишеств - просто краска цвета морской волны - причём и покрашено было так, как будто это действительно волны - расцветкой от тёмно синего до бирюзового.
Когда я отмыла стены от пыли и внимательнее рассмотрела их, мне это понравилось - и необычно и красиво, а самое главное - не нужно будет перекрашивать, так как краска держалась крепко - никаких сколов, никаких пупырышек не наблюдалось.
Если честно, я так вымоталась, что на этом мне хотелось приостановить свою деятельность в этот день, но внезапно мне на помощь пришла Маша, которая не усидела дома и примчалась ко мне с ковшиком горячего борща, хлебом и кастрюлькой с пюре и двумя котлетами.
Тарелки и ложки тут были, я только ополоснула их и с огромным удовольствием принялась обедать.
Пока я ела, Маша, вытащив на улицу все коврики с пола и, разведя в ведре воду с заговорённой мною солью и моющим средством, надев плотные перчатки, стала усердно намывать полы в доме. Я же, от непривычной усталости, плотного обеда и тепла, так и уснула на кресле, сидя на котором я обедала.
Проснулась я когда Маша помыла полы и уже домывала окна, причём уже снаружи.
- Маша, ты чего, всё помыла? - удивилась я.
- Ага! - радостно кивнула гостья. - Во мне сейчас знаешь сколько сил? Я теперь ого-го!- искренне улыбнулась она.
- Да уж! - улыбнулась я ей в ответ. - Если хочешь - иди домой, я тут остальное доделаю!
- Ну что мне там делать, с бабАней мы ещё вчера всё обсудили, ужин готов, осталось только разогреть, да и скучно мне в доме. - вздохнула она и умоляюще посмотрела мне в глаза.
- Хорошо! - сдалась я. - Иди тогда отмывай туалет и ванную, раз энергию некуда девать!
Маша радостно скинула тёплые полусапожки и понеслась в одних носках в сторону ванной.
- Хоть тапки надень! - пробурчала я, рассматривая стоявшую в коридоре обувницу, полную тапок и, отбросив в сторону откровенно старые, нашла несколько пар, лежащих сверху ещё прямо в упаковке и с этикетками и, надела одни на себя, и отнесла одну пару Маше.
Пока Маша была занята, я помыла полы в "хранилище" и быстренько выскочила оттуда - вот не очень мне нравилось в замкнутом пространстве, да и не хотелось чтобы Маша знала про эту комнатку - кто знает что там лежит и почему Анфиса сделала её секретной. Правда, мне очень сильно хотелось заглянуть в сейф, вот хоть одним глазком, но я не стала этого делать, покружив рядом с ним несколько минут, и всё-таки оставив эту тайну не раскрытой. Не то чтобы у меня была такая огромная сила воли, просто ни один ключ из связки от гостевого домика к нему не подошёл. Кинув прощальный взгляд на дверцу сейфа, я вздохнула, и вышла из комнаты.
Пока Маша надраивала ванную, я выволокла на улицу матрасы с кроватей и развесила их на турниках для просушки. Одеяла и подушки я разложила на лавочке и прошлась по подушкам тяжёлой веткой, выбивая из них пыль и застоявшийся запах. Потом также выбила и матрасы. Освободившаяся от отмывания ванной Маша помогла мне затащить матрасы в дом и я положила их на прогретую лавку печи, а не поместившиеся на неё - прислонила сбоку к печке - пусть прогреваются. Подушки я сложила на пол также рядом с печкой, а одеяла и коврики мы с Машей потрясли и по очереди выбили от пыли, бросив их на турник, а затем просто занесли в дом и развесили на деревянных креслах, которые стояли в доме, и пододвинули их тоже поближе к печи.
- Да-а. - протянула я, глядя в окно на опускающийся вечер. - Как быстро-то день пролетел, не успела я прогреть ничего, а больше топить печь нельзя, мало ли что случится, а мы в том доме будем и не узнаем.
- Так давай я здесь переночую! - радостно предложила мне Маша. - Присмотрю за печкой, подкину ещё дров, пусть хорошенько всё прогреется! Я всё равно привыкла поздно ложиться, а вы с бабАней и ложитесь рано и встаёте, а мне неудобно вам мешать, вот лежу в постели, ворочаюсь, а уснуть не могу. А здесь я спокойно могу поваляться до полуночи, почитать. У тебя тут вон какая библиотека - махнула Маша в сторону старинного шкафа, где за отмытым стеклом высились стопки книг.
- Точно остаёшься здесь? - обрадовалась я.
- С огромной радостью! - кивнула Маша.
- Тогда пойдём домой поужинаем, а потом я тебя сюда провожу, постель помогу застелить, у меня в доме белья немерено, твоё не будем снимать, чего туда-сюда носить!
Мы обе, обрадованные открывшимся перспективам, быстро закрыли дом и поспешили на ужин. БабАня, узнав о Машином предложении, даже кажется немножечко обрадовалась, она тоже вставала рано и неловко себя чувствовала, пока Маша спала, потому что боялась лишний раз пройти по дому, чтобы её не разбудить.
На ужин у нас были замечательные оладушки с малиновым вареньем и сметаной, и травяной чай. Вдоволь наевшись и напившись мы с Машей стали собираться провожать её на ночлег. Я достала из шифоньера постельное бельё, ночнушку для Маши и полотенце, а Маша схватила свои тапочки, которые неизвестно как появились у её ног в первый день её появления у нас, и с которыми она не хотела расставаться, даже не смотря на то, что я ей выдала новые - для гостевого домика.
Я отвела Машу в гостевой домик, где мы с ней выбрали самые "прожаренные" матрас, подушку и одеяло, подкинула ещё дров в печь, пока она заправляла себе постель, и попрощалась с ней до утра.
В прекрасном настроении я отправилась домой, на ходу составляя список дел на завтра, нужно было перестирать постельное бельё, хранившееся в гостевом доме, оно хоть и было чистым, но уже залежавшимся и запылённым, вместе с ним нужно было перестирать две стопки спортивной одежды и нижнего белья - с этикетками, но также залежавшегося, найденного мною в том же шифоньере что и постельное. Потом занавески, шторы, скатерть. Вытереть везде пыль - мы сегодня успели только слегка её смахнуть, и потом ещё раз протереть полы, а то ведь натрясём и пыли и мусора, пока будем заниматься всем этим. А ещё мне надо было снять гипс с бабАни и посмотреть - что там с её ногой - восстановилась кость или нет. Охх, это, пожалуй, самое тяжёлое для меня, потому что я такого ещё никогда не делала.
Пожелав бабАне доброй ночи, я быстренько сходила в душ и завалилась спать. Правда, уснуть я долго не могла, ворочалась из стороны в сторону, представляя себе как завтра буду проверять бабАнину ногу, а вдруг ошибусь? Внезапно мне кто-то поправил одеяло и погладил по голове. Испугаться я не успела, потому что уже уснула крепким сном.
На следующий день я с самого утра, чтобы надо мною не висел этот дамоклов меч, спросила бабАню насчёт гипса и она обрадованно села на диван, поставив ногу на стул. Я взяла нож, ножницы и стала потихоньку крошить гипс. Провозившись почти час, так как боялась поцарапать ногу, поэтому срезала маленькими пластами, я, наконец, избавила ногу бабАни от надоевшего ей гипса.
Да уж, ну что я могу сказать, посмотрев на ногу с одной и с другой стороны, я ничего не увидела кроме опухшей ноги и шелушившейся кожи. Никакого ясного видения у меня не произошло и я решила потрогать место перелома руками, так как, пока я не буду уверена - что кость точно срослась, я не разрешу бабАне наступать на ногу.
Итак, я глубоко подышала, положила на ногу бабАни обе руки, закрыла глаза и дала себе намерение - увидеть всё, что находится в этой ноге под кожей. Минута, две. Ничего не изменилось, ни на какое внутреннее зрение я не перешла и уже хотела очень огорчиться, как вдруг у меня как будто что-то подкрутилось в голове и я отчётливо увидела "внутренности" ноги бабАни. Кровеносные сосуды, мышцы и кость, причём замечательно сросшуюся кость, о недавней поломке которой напоминал только небольшой костный шовчик идущий по месту разлома. Мне очень сильно захотелось чтобы кость снова стала целой как и была до перелома, без всяких мест соединения, и вдруг я чётко поняла что нужно делать - я подняла обе руки до места перелома, обхватила ногу с двух сторон ладонями и послала в это место энергию жизни и здоровья. Под руками стало горячо и что-то запульсировало, а бабАня вскрикнула. Но я не отпускала ногу до тех пор, пока от моих рук в её ногу прокатывались волны тепла, и, только когда тепло из ладоней стало уходить, я убрала руки и снова посмотрела на кость - кость стала как новенькая - ничего уже не говорило о том, что её когда-то ломали, и я обрадованно выдохнула - неужели я действительно ведьма, неужели я действительно могу исцелять людей?!
- Ну как? - почему-то шепотом спросила бабАня.
- Супер! - подняла я большой палец вверх и отпустила её ногу.
БабАня радостно заулыбалась и, осторожно наступая на ногу, направилась на кухню. Я же, тоже осторожно, встала и направилась в душ, ополоснуть руки от локтя до кончиков пальцев, как будто скатывая резиновые перчатки, как учила книга Анфисы.
Поддержать автора не только морально: https://dzen.ru/fentezi?donate=true
Продолжение 👇