Великая Моравия – славянская полития, существовавшая на территории нынешней юго-восточной Чехии и северо-западной Словакии в IX ‑ начале X вв. В отдельные периоды Великая Моравия контролировала разные территории. Однако «ядром» Великой Моравии было именно Моравское и Нитранское княжества. Таким образом, целый ряд государств может претендовать на «великоморавское наследие» в своей исторической традиции, но наиболее справедливо это для Чехии и Словакии, на территории которых расположены основные территории бывшей Великой Моравии.
Почему чехословацкие историки пристально изучали Великую Моравию?
После падения Великой Моравии, бывшее Моравское княжество закрепилось за Чехией, а бывшее Нитранское княжество за Венгрией. Не считая момента совместного нахождения Чехии и Словакии в составе многонациональных владений австрийского дома Габсбургов с XVI века, после Великой Моравии чехи и словаки оказались в рамках единого славянского государства только в 1918 году, когда образовалась Чехословакия. На тот момент идея Великой Моравии должна была стать обоснованием легитимности существования страны. Подобное не могло не стимулировать общее развитие исследований, посвященных Великой Моравии. Однако распад единой Чехословакии и образование независимых Чехии и Словакии в начале 90-х гг. XX века – всё это создало новые условия изучения Великоморавского наследия в этих государствах.
В первую очередь изменения произошли в использовании Великой Моравии, как идеи обоснования государственности. Так как в Средние века Чехия имела своё национальное государство, Великая Моравия в роли точки отсчёта национальной истории отошла на второй план, в частности начались более активные исследования Пражского Града – резиденции чешских правителей. Несмотря на смещение фокуса, вовсе избавиться от упоминаний Великой Моравии при описании раннесредневековой Чехии чешские исследователи не всегда могут.
Также продолжилась тенденция на написание работ о связи Великой Моравии и Чехии эпохи Пржемысловичей, но если ранее такие работы были посвящены отношениям между чешским князем Бордживоем и моравским правителем Святополком, то на новейшем этапе развития историографии данный вопрос начали освящать ещё и с позиции археологии, отмечая ограниченное влияние Моравии на Чехию. Более того, чехословацкая историография считала Великую Моравию раннефеодальным государством, вероятно, и по политическим мотивам в том числе, так как обосновывать собственную государственность существованием на своей территории 1100 лет назад догосударственной политии – было бы неправильно.
Как чешские историки стали относиться к Великой Моравии после развала своей страны?
Независимая же Чехия была свободна от этого, поэтому вопрос существования государственности в Великой Моравии стал одним из наиболее дискуссионных. Уже в 90-е гг. XX века появились первые попытки использования культурно-антропологических методов для решения данного вопроса, однако пик исследований пришёлся на начало XXI века, когда Й. Махачек, стремясь направить чешскую медиевистику по западному пути развития, заявил, что Великая Моравия не вышла за пределы
«циклического вождества»,
поэтому её нельзя назвать государством.
В противовес этому И. Штефан заявил, что данная проблема – вопрос терминологии, по некоторым признакам можно отнести Великую Моравию к государствам, предложив для обозначения определение «раннее государство». Вопрос в литературе не утих и сейчас, так М. Главица на основе концепции Т. Барфилда, предложил определить Великую Моравию как «зеркальную империю», которая внешне напоминает империю, которую «отражает». В случае Великой Моравии это была Франкская империя, однако внутри Великая Моравия была децентрализованным образованием, т.е. конфедерацией.
Как словацкие историки сейчас относятся к Великой Моравии?
Ситуация в Словакии немного отличается, так как последний раз земли этой страны входили в состав отдельного славянского государства в IX веке, поэтому Великая Моравия идеологически стала предшественницей независимой Словакии, что даже закреплено в конституции страны. Поэтому словацкие историки продолжили именование Великой Моравии государством.
При этом, под влиянием новых веяний, в том числе из соседней Чехии, в работах некоторых исследователей начали появляться попытки переосмыслить суть государственности Великой Моравии, например Я. Стейнхюбел отмечает, что это было «развивающееся государство», то есть не совсем сформировавшееся, а М. Лысый считает, что верхушка власти не отделилась от народа, поэтому там не существовало патримониального государства.
Появились исследования, посвященные Нитранскому княжеству как предшественнику Словакии, что достаточно аргументировано существованием самого княжества перед его захватом Моравией, а также определенной автономностью Нитры в составе Великой Моравии. Нитранское княжество было удельным, а также там было епископство в составе Паннонского архиепископства. В этом ключе стоит отметить исследования, рассматривающие историю Великой Моравии и Нитранского княжества с позиции поиска этничности мораван. Например, М. Лысый считает, что в Нитранском княжестве существовала отдельная этнополитическая общность, но из-за захвата Моравией Нитры её название забылось.
Отдельно стоит выделить исследования посвященные правителю Великой Моравии Святополку, которого в Словакии на официальном уровне назвали «королём словаков». В научном сообществе это вызвало неоднозначную реакцию, даже началась дискуссия по поводу титула Святополка. Некоторые исследователи считают, что он был королём, другие считают, что князем. В этом плане интересно мнение М. Хомзы, который пишет, что независимо от титула Святополка, он воспринимался современниками, как сильный суверенный правитель.
Подводя итог, следует сказать, что современная чешская и словацкая историография в вопросе изучения Великой Моравии развивается по-разному из-за особых политических и исторических условий, однако в обоих случаях есть одна общая черта – стремление преодолеть наследие Чехословакии в построении самостоятельной исторической традиции.
Пишите свое мнение в комментариях и не забудьте поставить лайк)).