Валентин Михайлович смотрел на список продуктов, который жена аккуратно разложила на кухонном столе. Двадцать три пункта. От гречки до специального крема для рук, который использует только невестка Света. Когда это началось? Он попытался вспомнить, но мысли путались.
Всё изменилось после того, как сын Алёша развёлся. Света приехала к ним с двумя малышами — Машей четырёх лет и двухлетним Димкой. Планировала пожить месяц, пока найдёт работу и снимет жильё. Но месяц превратился в полгода, а потом счёт пошёл на годы.
— Валя, ты понимаешь, как тяжело женщине одной с детьми? — говорила жена Нина Степановна. — Мы должны помочь. Это наши внуки.
Валентин тогда согласился. Конечно, надо помочь. Семья есть семья. Только вот помощь как-то незаметно переросла во что-то другое.
Сначала Света действительно просто жила у них и присматривала за детьми, пока искала работу. Нина возилась с внуками, готовила, стирала. Валентин покупал игрушки, сладости, всё необходимое. Обычная бабушка-дедушка история.
— Света такая молодец, — восхищалась Нина. — Видишь, как хорошо с детьми управляется? И по дому помогает.
Валентин кивал, хотя помощь была спорной. Света могла помыть посуду, но оставляла кастрюли недомытыми. Могла пропылесосить, но только там, где не нужно двигать мебель. Зато с детьми она действительно справлялась лучше всех.
Работу Света так и не нашла. То зарплата маленькая, то график неудобный, то далеко ехать.
— С детьми всё сложно, — объясняла она. — Кто меня возьмёт с двумя малышами? Если Димка заболеет, мне же на работу нельзя идти.
Логично звучало. Валентин понимал. Сам в своё время вкалывал на заводе, чтобы обеспечить семью. Женщине с детьми действительно труднее.
Первые изменения он заметил месяцев через восемь. Нина стала советоваться со Светой по поводу покупок.
— А что Света скажет? — спрашивала жена, когда Валентин предлагал купить новый телевизор в спальню.
— При чём тут Света? — удивлялся он.
— Ну как при чём? Она же с нами живёт. Надо её мнение учитывать.
Постепенно Светино мнение стало учитываться во всём. Какую колбасу покупать, какой стиральный порошок лучше, нужен ли новый ковёр в прихожую. Света высказывала своё авторитетное суждение, а Нина кивала и соглашалась.
— Света говорит, что этот йогурт вреден для детей, — заявила однажды Нина, выбрасывая в мусор только что купленные Валентином баночки.
— А что в нём вредного?
— Там консерванты всякие. Света в интернете читала.
Валентин пожал плечами. Консерванты так консерванты. Лишь бы дети здоровы были.
Но дальше стало хуже. Света начала составлять списки покупок. Сначала робко, мол, просто чтобы ничего не забыть. Потом всё смелее и подробнее.
— Валентин Михайлович, вы не могли бы купить вот это? — протягивала она листочек. — Я составила списочек самого необходимого.
Список включал не только продукты, но и бытовую химию, косметику, одежду для детей. Причём всё конкретных марок.
— А почему именно этот шампунь? — спросил однажды Валентин.
— Он лучший для детских волос. Я изучала вопрос.
Света вообще много что изучала. Она знала, какая каша полезнее, какие витамины нужны, какая одежда качественнее. И всегда самые дорогие варианты оказывались самыми правильными.
— Валя, не экономь на внуках, — увещевала Нина, когда муж робко намекал на цены.
Зарплата у Валентина была неплохая, но и не безграничная. Он начал замечать, что денег стало катастрофически не хватать. Раньше могли себе позволить съездить на дачу к друзьям, сходить в театр, купить что-то для дома. Теперь всё уходило на продукты и детские нужды.
— Может, пора Свете искать работу всерьёз? — осторожно предложил он жене.
— Как она будет работать? Дети же маленькие! — возмутилась Нина. — И потом, она так помогает по дому.
Помощь действительно была. Света могла сходить в магазин, но только за тем, что сама считала нужным. Могла приготовить обед, но исключительно по своим рецептам и из своих продуктов. Могла прибрать дом, но по своим стандартам чистоты.
— Валентин Михайлович, а вы не могли бы поменять этот освежитель воздуха? — говорила она со вздохом. — Он очень химический. Детям вредно.
И Валентин шёл менял освежитель на более дорогой натуральный.
— А этот стиральный порошок совсем не отстирывает, — жаловалась Света. — Посмотрите, на Машиной кофточке пятно осталось.
И Валентин покупал другой порошок, подороже.
— А этот хлеб какой-то несвежий, — морщилась она за завтраком. — Может, в другой булочной брать?
В другой булочной хлеб стоил в полтора раза дороже.
Света не требовала прямо. Она просто высказывала своё компетентное мнение, а Нина тут же подхватывала и превращала в домашний закон.
— Валя, Света правильно говорит. Нечего на детях экономить.
— Да я не экономлю, — защищался Валентин. — Просто может быть не всё покупать самое дорогое?
— Дорогое — значит качественное, — отрезала жена.
Апогей наступил позавчера. Валентин пришёл с работы и обнаружил, что его любимое кресло исчезло из гостиной.
— Где кресло? — растерянно спросил он.
— А, это, — махнула рукой Нина. — Света сказала, что оно занимает много места и портит весь интерьер. Мы его на балкон перенесли.
— Как это портит интерьер? Это моё кресло!
— Ну подумаешь, кресло. Зато теперь детям больше места для игр.
Валентин прошёл на балкон. Его любимое кресло, в котором он читал газеты по вечерам и смотрел футбол, стояло между лыжами и банками с соленьями. Рядом громоздились коробки с детскими игрушками.
— Света права, — добавила Нина. — Пора нам обновить мебель. Она составила список того, что надо купить.
Список оказался внушительным. Новый диван, журнальный столик, стеллаж для детских книг, комод для игрушек, ковёр побольше.
— На всё это нужно двести тысяч, — прикинул Валентин.
— Ну и что? Деньги копить надо было, а не на всякую ерунду тратить.
На какую ерунду он тратил? Валентин напряг память. В прошлом месяце купил себе новые ботинки, потому что старые окончательно развалились. Сходил с коллегой в кафе отметить день рождения. Купил Нине букет мимоз на восьмое марта.
— Я на ерунду не трачу, — тихо сказал он.
— А кому нужны были эти твои дорогущие ботинки? — возмутилась жена. — И в кафе зачем ходил? Дома поел бы.
Валентин посмотрел на свои ботинки. Они стоили три тысячи. Детские кроссовки для Димки, которые купили на прошлой неделе, стоили пять тысяч.
Вечером он сидел на балконе в своём изгнанном кресле и думал. Как это произошло? Когда он потерял контроль над собственным домом и деньгами?
Света больше не просто жила у них. Она управляла хозяйством. Решала, что покупать, что выбрасывать, как тратить деньги. А он превратился в источник финансирования её решений.
— Валентин Михайлович, — заглянула на балкон Света. — А вы не забыли про список? Там ещё детское питание кончается.
В руках у неё был очередной список. Валентин взял его и пробежал глазами. Двадцать восемь пунктов. Детское питание за полторы тысячи, специальные подгузники за две тысячи, развивающие игрушки...
— Света, — медленно сказал он. — А когда вы планируете искать работу?
Она удивлённо подняла брови.
— Какую работу? Я же помогаю вам с детьми. Это же тоже работа. И потом, кто будет присматривать за Машей и Димкой?
— Детский сад.
— В детском саду инфекции! Света категорически против детских садов.
Валентин кивнул. Конечно, против. Потому что тогда ей действительно придётся искать работу.
— А может быть, пора вам съехать? — осторожно предложил он. — Найти свою квартиру?
Света изобразила глубокую обиду.
— Валентин Михайлович, если мы вам мешаем... Я думала, мы семья. Нина Степановна говорила, что рада нам.
— Рада, — быстро согласился Валентин. — Просто...
— Просто что? Мы же не на улице живём. Мы помогаем по дому, экономим ваше время, присматриваем за хозяйством. Разве это плохо?
Экономят время? Валентин теперь тратил в два раза больше времени на походы по магазинам. Присматривают за хозяйством? Хозяйство теперь требовало в три раза больше денег.
— Нет, конечно не плохо, — пробормотал он.
Света удовлетворённо кивнула.
— Вот и хорошо. А список не забудьте. Детям завтра нечего будет есть.
Она ушла, а Валентин остался сидеть с листком бумаги. Внизу красивым почерком Света подвела итоговую сумму: двенадцать тысяч четыреста рублей. За продукты на три дня.
Он вспомнил, как раньше они с Ниной тратили на еду тысяч семь в неделю и ещё оставалось. Сейчас уходило больше двадцати, и Света постоянно говорила, что продукты кончаются.
Может быть, пора что-то менять? Но как? Нина на его стороне точно не будет. Она боготворит невестку и считает, что Света их спасла от одиночества. А выгонять мать с детьми на улицу Валентин не мог. Всё-таки внуки.
Значит, остаётся смириться. Работать больше, экономить на себе, выполнять Светины списки и надеяться, что когда-нибудь дети вырастут и ситуация изменится.
Он сложил список в карман и поднялся с кресла. Завтра с утра идти в магазин. Покупать детское питание за полторы тысячи и развивающие игрушки. А потом, может быть, составить свой список. Список того, что он хочет изменить в жизни.
Но пока этот список останется только в голове.