Трамп и Путин встречаются на Аляске. Это ещё не встреча на Эльбе и не «Аполлон – Союз», и не пластмассовая кнопка на оранжевой коробке, которую нажимала Хилари Клинтон. Но эта встреча успокоит тех, кто ещё недавно ждал ядерной войны и исчислял на курантах часы, оставшиеся до скончания века.
Аляска – не рядовое для России место. Аляску продал Америке царь Александр Второй, а Горбачёв и Ельцин продали Америке Украину, Казахстан, Прибалтику, Грузию, Армению, Азербайджан, Таджикистан, Киргизию, Туркмению. Началась распродажа оставшейся России, но Путин большими слезами и кровью остановил этот торг. Американо-российские отношения завершают период сжатия и начинают медленное расширение. Эти отношения пульсирующие, движутся от термоядерной войны к сусальному обожанию и обратно – к авианосцам, атомным лодкам, к «Орешнику».
Американо-российские отношения объясняются несовместимостью американской и русской мечты. Американская мечта – это град на холме, это крепость на вершине горы, откуда Америка управляет всем лежащим у подножия горы миром. Это мечта о мировом владычестве, с президентами, мнящими себя владыками мира, среди которых Трамп – один из самых беззастенчивых, наглых повелителей, усмиряющий бунтующие народы электрошоками своего миротворчества.
Русская Мечта – это храм на холме, это стремление к мировому благоденствию, воскрешению всех умерших и попранных, к мировой благодати и бессмертию.
Американская крепость и русский храм то сражаются, обжигая друг друга, то вражда иссякает, и от храма к крепости и обратно идут гонцы, происходят обмены пленными и убитыми.
На этой встрече Россию будут искушать, очаровывать иллюзиями, сулить благоденствие. Утомлённая войной Россия станет искать компромисса, и в этих поисках не зайти бы слишком далеко, не заблудиться в сладких посулах, не опьянеть от чудесных иллюзий, как это бывало прежде, когда русских властителей сажали за один стол с президентом Америки, им подавали одни и те же стейки, одних и тех же королевских креветок, и Государство Российское начинало трещать, а потом разрушалось. Ибо другом Америки может быть только мёртвый друг. И тогда его похоронят не на Новодевичьем кладбище, а на Арлингтонском.
Продолжая воевать, мы думаем о послевоенном мире, думаем, как нам избавиться от травм и просчётов нынешней войны и приготовиться к следующей. Россию не ждёт благодать, её ждёт соперничество, напряжение всех её сил, всего её земного и небесного опыта. И нам предстоит восполнять недостаток технологических новаций, социальных идей, политических конструкций, чтобы русский человек, изнурённый в трудах и в боях, смог почувствовать себя хозяином Родины, избавиться от вороватых и бессовестных надсмотрщиков, уворовывающих у русского народа его деньги, его время и идеалы.
Будут бесценны мысли инженеров и учёных, управленцев научными центрами и городами будущего, философов и богословов, ведающих мистику русской истории, концептуалистов, запускающих в человечество искусственный интеллект. Их идеи, пусть самые спорные, даже абсурдные, дороги при нехватке сегодня идей.
В мире много ужасного. Но мир не гибнет, потому что в мире много прекрасного. Под Изборском, среди цветущих трав, голубых озёр, под белыми облаками, в окружении белоснежных церквей разбила свой палаточный лагерь «Русская земля», где поселилось сто прекрасных душой и ликом детей – мальчиков, девочек, юношей и совсем малолеток. С ними наставники, учат их рукопашному бою, дивным народным песням, ремёслам. Я с восхищением смотрел на их хороводы, их кадрили, их пляски. Слушал свадебные, величальные, солдатские, разбойные песни исчезнувших лет, которые их радениями и любовью воскресали и открывали русскую бездонность, русскую космическую бесконечность. Эти прекрасные дети вырастут, обзаведутся многодетными семьями, станут офицерами, командирами подводных лодок, философами и художниками, встанут за станки небывалых заводов, и всю их огромную, предстоящую им жизнь будут вспоминать эти травы, эти церкви, облака, и своё обожание ненаглядной России.
Но не все в России обожают её, видят в ней чудотворную икону. Новое сословие, которое тщится образоваться в России с династическим наследованием собственности от отцов к детям, от детей к внукам, это сословие без исторической памяти, не знающее страну, которую оно получило в управление, ненавидящее её за свои грехи, совершённые перед ней, это сословие, каким бы великолепием оно ни блистало, оно трагично. За них нужно молиться в церквях, хотя за самоубийц и не молятся.
Мечта – это тайна глубин
И чудо небесных заветов.
Священный на башнях рубин,
Рублёвских икон самоцветы.
Мы вышли в победный поход.
Слагаем победные песни.
Буль славен, великий народ,
Священной мечты благовестник.