Роковой четверг
Никита Воронов в очередной раз пробежался глазами по недописанному договору. Документы по иску Семёнова должны были быть готовы к завтрашнему утру, а до дедлайна оставалось меньше суток. Проблема заключалась в том, что ключевые справки на двадцати страницах лежали дома в сейфе.
— Блин, как же достало! — пробормотал он, потирая виски.
Небольшой юридический офис в Бутово находился всего в трёх километрах от их квартиры в новостройке. Можно было, конечно, проехать на своём Hyundai через вечерние пробки, потратив час в одну сторону. А можно было воспользоваться старой лесной тропинкой, которая вела напрямую от офисного комплекса к их дому.
Решение созрело мгновенно. Переодевшись в спортивную форму — тёмные шорты, серую футболку с логотипом Adidas, беговые кроссовки и эластичную повязку на голову — Никита выскочил из офиса.
Тропинка была его маленьким секретом. Узкая, извилистая, она пролегала вдоль оврага через небольшой лесопарк. С одной стороны крутой склон, с другой — заросли орешника. Местные жители о ней практически не знали, предпочитая асфальтированные дорожки. А Никита когда-то бегал здесь каждое утро, пока работа не поглотила всё его время.
Тревожное открытие
Пробежав около километра по знакомой тропе, Никита заметил впереди фигуру мужчины. Тот шёл не торопясь, метрах в двухстах, явно направляясь к их дому. Странно. За все годы пользования этой тропинкой он встречал здесь людей от силы пару раз.
Ускорив шаг, Никита постарался рассмотреть незнакомца получше. Высокий, крепкого телосложения, одетый в дорогую куртку. Точно не из их района — таких курток в местном "Пятёрочке" не продают.
Когда тропинка сделала поворот возле старой берёзы, сердце Никиты ёкнуло. Мужчина стоял у их чёрного хода — застеклённой двери террасы, которая вела прямиком на кухню. И дверь, похоже, была приоткрыта.
"Вера должна быть дома", — мелькнула мысль. Жена работала удалённо по четвергам, занимаясь составлением отчётов для страховой компании "АльфаГарант". Утром она говорила: "Буду дома весь день, если что-то нужно — звони".
Проникновение
Добравшись до террасы, Никита обнаружил, что дверь заперта. Хорошо, что ключи были при нём. Он бесшумно повернул замок и осторожно приоткрыл створку.
Кухня встретила его тишиной, но на обеденном столе были разбросаны рабочие материалы Веры — открытый ноутбук MacBook, стопка документов, недопитая кружка кофе, от которой ещё шёл пар. Значит, она точно была дома совсем недавно.
Откуда-то сверху доносились приглушённые звуки. Голоса? Никита прислушался, но слова разобрать не мог. Только неясный гул, который мог означать что угодно.
Адреналин бил в виски. А если это вор? Где Вера? Что с ней?
Он подошёл к стенному шкафу возле лестницы, где хранился дедовский сувенир — массивная бейсбольная бита из американского ясеня. Дед Михалыч играл в заводской команде ещё в советские времена, и эта бита была его гордостью. Тяжёлая, отполированная временем, она больше напоминала полицейскую дубинку.
Крепко сжав рукоять, Никита начал подниматься по ступенькам, стараясь не наступать на скрипучие доски. Звуки становились отчётливее — определённо голоса, мужской и женский.
Дверь в главную спальню была неплотно прикрыта. Изнутра доносились странные звуки и тихие голоса.
Разрушение иллюзий
Никита медленно толкнул дверь спальни. То, что он увидел, навсегда отпечаталось в памяти.
На полу небрежно валялась мужская одежда — джинсы, рубашка в клетку, дорогие ботинки. А на их супружеской кровати лежала обнажённая Вера с закрытыми глазами и странно отрешённым выражением лица. Над ней склонялся полностью раздетый мужчина, готовящийся к близости.
Мир вокруг Никиты окрасился в кроваво-красный цвет. Он сделал шаг вперёд и со всей силы ударил битой по ягодицам незнакомца. Раздался такой звук, словно лопнул спелый арбуз.
— А-а-а! Что за чёрт! — завопил мужчина, отпрыгивая в сторону и хватаясь за ушибленное место.
Вера резко открыла глаза. Её взгляд был мутным, зрачки расширены, словно она находилась под воздействием каких-то препаратов. Она несколько раз моргнула, глядя то на мужа, то на любовника, но не произнесла ни звука.
— Кто ты такой, урод?! — рычал незнакомец, всё ещё прикрывая руками свою наготу. — Какого чёрта ты здесь делаешь?
И тут Никита узнал его. Владислав Соколов. Начальник Веры, директор регионального отделения "АльфаГаранта". Тот самый, о котором жена часто рассказывала за ужином, называя "умным и перспективным руководителем".
— Владислав Иванович? — недоверчиво произнёс Никита. — Вы что здесь делаете?
— Меня пригласили! — огрызнулся Соколов, пытаясь сохранить остатки достоинства в столь двусмысленной ситуации. — Вера сама позвала! Правда же, дорогая?
Но Вера молчала, только смотрела стеклянными глазами, словно не понимая, где находится.
— Сейчас я тебе покажу, кто здесь хозяин! — рявкнул Соколов, делая угрожающий шаг к Никите. — Отдавай биту, пока по-хорошему!
Решающий удар
Никита усмехнулся. Десять лет занятий теннисом в университетском клубе не прошли даром. У него был отменный удар слева.
Соколов с рёвом бросился на него, преодолев расстояние в пару метров. Но Никита был готов. Он размахнулся и нанёс удар битой, целясь в скулу противника. Однако из-за того, что Соколов двигался, удар пришёлся точно в лоб.
Директор "АльфаГаранта" рухнул на ковёр как подрубленное дерево. Без звука, без движения.
Никита склонился над женой. Вера лежала с открытыми, но невидящими глазами, на подбородке блестели капли слюны. Она явно находилась в каком-то неадекватном состоянии.
Тут его взгляд упал на смартфон, который лежал на прикроватной тумбочке экраном к кровати. В углу мигала красная точка записи.
Соколов снимал всё на видео.
Вызов службы спасения
Никита схватил телефон и набрал 112.
— Служба экстренных вызовов, слушаю.
— Меня зовут Никита Воронов, — сказал он, стараясь говорить чётко. — Я нахожусь по адресу улица Солнечная, дом 25, квартира 77. В мою квартиру проник посторонний мужчина, он напал на меня в спальне. Я защищался, нападавший тяжело ранен.
— Вы сейчас в безопасности?
— Да. Моя жена дома, она в сознании, но ведёт себя неадекватно. Возможно, ей дали какие-то лекарства.
— Наряд и медики уже выехали. Не покидайте место происшествия.
— Я спущусь во двор и буду ждать. Оружие оставлю в квартире.
Никита положил биту на диван в гостиной и вышел на улицу. Через пятнадцать минут во дворе появились мигалки — сначала полицейская машина, затем скорая помощь.
Прибытие оперативников
К нему подошла женщина-лейтенант с фамилией "Петрова" на нагрудной нашивке.
— Вы вызывали службу спасения?
— Да, это я. Никита Воронов.
— Предъявите документы.
Никита достал паспорт.
— Проводите нас к пострадавшему.
Они поднялись в квартиру. В спальне картина не изменилась — Вера лежала с пустым взглядом, а Соколов не подавал признаков жизни.
Лейтенант Петрова проверила пульс у Соколова.
— Жив, но без сознания. Медики!
Она накинула на Веру халат из шкафа и помогла ей встать.
— Как вас зовут? — спросила она.
— В-в-вера... — прошептала та еле слышно.
— Вера, что с вами произошло?
Но Вера только мотала головой, явно не в состоянии связно отвечать.
Петрова отвела её в гостевую комнату, а Никиту попросила пройти на кухню и ждать.
Сохранение доказательств
Оставшись на кухне под присмотром второго полицейского, Никита быстро достал из ящика старый планшет Samsung, подключил к нему телефон Соколова и скопировал видеозапись. Создал резервную копию и отправил файл на свою корпоративную почту. После этого выключил чужой телефон и положил его на стол.
Через окно он наблюдал, как медики на носилках выносили Соколова и грузили в реанимобиль. Вера шла следом — в халате и домашних тапочках, с опущенной головой, под руку с женщиной-врачом.
Вскоре в квартиру вошёл следователь — мужчина лет пятидесяти в штатском костюме.
— Капитан Дёмин, — представился он. — Расскажите подробно, что произошло.
Дача показаний
Никита обстоятельно изложил всю историю — от решения пробежаться за документами до звонка в службу спасения. Подчеркнул, что не сразу узнал Соколова, первый удар нанёс инстинктивно, увидев чужого мужчину над своей женой, второй — защищаясь от нападения.
— А этот телефон чей? — поинтересовался Дёмин, указывая на устройство.
— Думаю, Владислава Ивановича. Там может быть видеозапись того, что происходило.
— Ясно. Вашу супругу госпитализировали для обследования — нужно проверить, не принимала ли она какие-либо препараты без назначения врача.
— Можно мне поехать к ней?
— Можно. Но завтра придёте для дополнительных показаний.
В больнице
Никита переоделся и поехал в городскую больницу № 15. В приёмном покое он заметил женщину средних лет, которая нервно расхаживала вдоль стены.
— Вы родственница Владислава Соколова? — осторожно спросил он.
— Да, я его жена. Алла Соколова. А вы кто такой?
— Никита Воронов. Муж Веры Вороновой.
Женщина посмотрела на него с пониманием и болью в глазах.
— Я подозревала, что у Владислава кто-то есть, — тихо сказала она. — Последние два месяца он стал совершенно другим человеком. Игнорировал семью, постоянно задерживался на работе, стал раздражительным.
— Как его состояние?
— Тяжёлая черепно-мозговая травма. Врачи ввели в медикаментозную кому, чтобы снизить отёк мозга. Прогнозы пока неутешительные.
Никита нашёл палату, где лежала Вера. Она спала под капельницей. Дежурный врач, Игорь Владимирович Морозов, объяснил ситуацию:
— Ваша супруга находится в состоянии психологического шока. В крови обнаружены следы седативных препаратов — похоже на феназепам, но в небольшой дозе. Проснётся через два-три часа.
Болезненные звонки
Никита позвонил родителям Веры в Тверь.
— Никитушка? — ответила тёща, Зинаида Петровна Кузнецова. — Что случилось? Голос у тебя какой-то странный.
Он вкратце рассказал о произошедшем, попросив пока не приезжать.
— Господи святый... — прошептала она. — А я ведь чувствовала, что с Верочкой что-то не так. Последние недели она была какая-то рассеянная, нервная. Может быть, дадим ей возможность объясниться?
— Посмотрим, — буркнул Никита и отключился.
Он дремал в кресле около кровати, когда Вера застонала и открыла глаза.
— Никита? — слабо позвала она, фокусируя взгляд.
— Я здесь.
— Это всё... это всё моя вина, — прошептала она, и по её щекам потекли слёзы. — Прости меня.
— Сейчас не об этом думай. Врач сказал, что тебя можно забирать домой.
Молчаливое возвращение
Домой ехали в полной тишине. Вера тихо плакала, смотря в боковое окно Hyundai.
Квартира встретила их странным спокойствием. На первом этаже всё было относительно прибрано, но наверху, в спальне, царил хаос — участок ковра вырезан для экспертизы, постельное бельё изъято, в ванной комнате повсюду белый порошок для снятия отпечатков пальцев.
— Хочешь чаю? Кофе? — спросил Никита.
— Нет, спасибо, — еле слышно ответила Вера.
Они сели друг напротив друга за кухонным столом — тем самым, где ещё утром лежали её рабочие документы.
Разговор о правде
— Расскажи мне всё, — сказал Никита, глядя жене в глаза.
Вера долго молчала, затем заговорила дрожащим голосом:
— Я всегда уважала Владислава Ивановича как руководителя. Он умный, успешный, уверенный в себе. Месяца три назад он начал вести себя по-другому со мной. Комплименты, случайные прикосновения, особенные взгляды. Мне было приятно такое внимание.
— Продолжай.
— Он стал приглашать меня на рабочие обеды. Говорил, что я незаурядная женщина, что он всегда восхищался мной, но сдерживался из-за служебной этики. Я... я была польщена.
Никита молчал, сжимая кулаки под столом.
— Владислав говорил, что наша жизнь с тобой стала серой рутиной, а рядом с ним я смогу почувствовать себя по-настоящему живой и желанной. И знаешь что? Мне хотелось этого. Мне хотелось узнать, что будет дальше.
— Как долго это продолжалось?
— Около двух месяцев. Позавчера он впервые поцеловал меня в служебной машине после очередного "рабочего" обеда. Вчера вечером я пригласила его к нам домой на сегодня. Это должен был быть... наш первый раз.
— Не ври мне! — взорвался Никита. — Я видел, как быстро вы оба разделись! Это точно был не первый раз!
— Клянусь тебе, — заплакала Вера, — сегодня был первый раз! Мы только целовались раньше, больше ничего не было!
Изучение доказательств
Никита ушёл в свой кабинет и включил планшет с сохранённой видеозаписью.
История звонков в телефоне Соколова показывала интенсивную переписку с Верой за последние два месяца. Встречи в обеденное время дважды в неделю. Вечерние звонки. Откровенные сообщения.
Само видео начиналось с того момента, как Вера в шёлковом домашнем халате провожала Соколова в спальню. Она сняла халат, он начал раздеваться.
— Я так долго этого ждал, — говорил он.
— Я тоже хочу, — отвечала она, и в голосе слышалось возбуждение.
В этот момент в кадр ворвался Никита с битой.
Юридические шаги
Никита вернулся в кабинет и начал изучать семейное законодательство. Супружеская неверность была прямым основанием для развода. При обоюдном согласии и соглашении о разделе имущества процедура занимала один месяц. Без согласия — до года.
Он составил проект соглашения о раздельном проживании: отдельные места жительства, раздельные финансы, запрет на интимные отношения как между супругами, так и с третьими лицами. Нарушение соглашения автоматически упрощало процедуру развода.
Ужин и ультиматум
Вера приготовила его любимое блюдо — спагетти карбонара. Ели молча, каждый погружённый в свои мысли.
— Я составил соглашение о раздельном проживании, — сказал Никита, протягивая документ.
Вера прочитала и залилась слезами.
— Можем немного подождать? Мама приезжает послезавтра, я хочу с ней поговорить.
— Хорошо. Можем попробовать семейную психотерапию. Но я не уверен, что смогу это забыть. Ты оказалась совсем не той женщиной, на которой я женился.
Той ночью Никита спал в гостевой комнате.
Поиск нового жилья
Следующим утром, работая дома, Никита параллельно искал варианты съёмного жилья. Нашёл подходящую двухкомнатную квартиру в соседнем районе, недалеко от офиса.
За ужином Вера подала запечённую форель с овощами — ещё одно из его любимых блюд.
— Мама будет завтра к обеду.
— Договорились. Соглашение подпишем завтра вечером.
— Никита, я клянусь, что больше ничего подобного не случится!
— Я не забуду того видео. Хочешь, скину тебе копию на память о "первом разе"?
Вера побледнела и больше ничего не сказала.
Встреча с Маргаритой
В пятницу Никита встретился в кафе "Шоколадница" с Маргаритой Волковой, однокурсницей по юридическому факультету МГУ. Они не виделись почти два года.
— Слышала про инцидент с Соколовым, — сказала она за капучино. — В нашем профессиональном сообществе уже все обсуждают.
— Какие слухи ходят?
— Говорят, что он в последнее время совсем потерял голову. Недавно развёлся с женой, крутил романы с несколькими сотрудницами. Твоя Вера была далеко не первой, но, видимо, особенной для него.
— Понятно.
— Что планируешь делать?
— Уже снял квартиру. Завтра подписываем соглашение о раздельном проживании.
— А любишь её ещё?
— Не знаю. Возможно. Но доверие восстановить будет очень сложно.
Переезд и нарушение соглашения
В субботу Никита переехал в съёмную квартиру. Целую неделю они с Верой не общались.
В следующий четверг он решил заехать домой за оставшимися вещами. Постучал в заднюю дверь — тишина. Воспользовался ключами.
— Мама! — донёсся голос из гостиной. — Кто-то пришёл!
К двери вышла Зинаида Петровна.
— Никитушка! Проходи, сынок.
— Где Вера?
— Она... она ушла с коллегой... — неловко сказала тёща.
В этот момент во двор заехала ярко-красная Kia Rio. За рулём сидел незнакомый молодой мужчина в дорогой куртке, рядом с ним — Вера, одетая явно не по-домашнему.
— Вера! — окликнул её Никита.
Она вышла из машины с виноватым лицом.
— Это Максим, мой новый коллега из отдела.
— Коллега? — Никита показал ей соглашение. — Ты нарушила пункт о запрете отношений с третьими лицами.
— Никита, я ничего с ним не делала! Я просто... я сейчас очень уязвима. Мне нужно чувствовать, что я ещё привлекательна для мужчин.
— Значит, завтра подаю на развод. Найми себе адвоката.
Разговор с тёщей
Через неделю Никита встретился с Зинаидой Петровной в том же кафе, где раньше беседовал с Маргаритой.
— Почему Вера так поступила со мной? — прямо спросил он. — Мы же были счастливы.
Тёща долго молчала, размешивая сахар в чае.
— В школе Верочка была... скажем так, серой мышкой. Неприметная, застенчивая, мальчики её не замечали. А в семнадцать лет она вдруг преобразилась — расцвела, похорошела. Стала популярной, у неё появились поклонники. То лето было очень бурным для неё.
— И что это значит?
— В университете она была уже опытнее многих своих ровесниц. Возможно, ранний брак с тобой... она испугалась потерять свою привлекательность, стать просто женой и потенциальной матерью. Ей было необходимо подтверждение того, что она всё ещё желанна.
Развод и его последствия
Бракоразводный процесс прошёл удивительно быстро и без скандалов. Вера переехала к подруге.
По какой-то странной традиции после суда они пошли пообедать в ресторан "Метрополь" — там же, где отмечали годовщину свадьбы два года назад.
— Психотерапевт сказала, что у меня страх обязательств, — рассказывала Вера за десертом. — И боязнь материнства. Владислав напомнил мне того парня с выпускного — уверенного в себе, опытного.
— А как он сейчас?
— Работает на полставки, ходит с тростью. Алла подала на развод и забрала детей к своим родителям.
— А ты как?
— Наслаждаюсь свободой. Новые знакомства, новые ощущения. — Она лукаво взглянула на него. — А знаешь, что меня сейчас больше всего возбуждает? Мысль о том, что могу быть с кем угодно.
Она начала тихо напевать песню группы "Мумий Тролль" — "Владивосток 2000", при этом не сводя глаз с Никиты.
Никита почувствовал знакомое волнение и проклял себя за это.
— Поехали ко мне, — предложила она.
Постразводная страсть
Выходные пролетели в постели у Веры.
— Знаешь, — говорила она в воскресенье вечером, лёжа у него на груди, — брак был ошибкой. Я не создана для верности одному мужчине. Но интимность с тобой всё равно остаётся лучшей в моей жизни.
— Значит, будем встречаться, пока кому-то из нас не надоест?
— Согласна.
Новые знакомства
Месяц спустя в дверь Веры постучала соседка — Лидия Иванова, женщина лет сорока.
— Извините, но у вас очень громко, — смущённо сказала она. — Дети не могут заснуть.
Вера рассмеялась:
— Познакомьтесь, это Никита, мой бывший муж.
Позже Никита начал встречаться с Лидией. Она была разведённой матерью двоих детей, работала главным бухгалтером в строительной компании. Отношения складывались приятно, но без особых эмоций.
Встреча с Ариной
В том же ресторане "Метрополь" Никиту узнала официантка — красивая молодая девушка по имени Арина.
— Вы тот мужчина, который недавно приходил с дамой после развода? — поинтересовалась она с улыбкой. — Простите, что подслушала ваш разговор тогда.
Они начали встречаться. Арине был двадцать один год, она училась на заочном отделении института культуры и подрабатывала официанткой. Недавно рассталась с молодым человеком, с которым встречалась два года.
На третьем свидании Никита пригласил её к себе и приготовил ужин — курицу в сливочном соусе с грибами.
Арина оказалась не только красивой, но и умной девушкой с прекрасным чувством юмора и тонким пониманием искусства.
— Иногда мне нравится, когда мужчина проявляет характер, — призналась она как-то ночью.
Через месяц Никита понял, что влюбился по-настоящему. Он прекратил встречи с Верой и Лидией.
— Я люблю тебя, — сказал он Арине. — Но мне потребуется время, чтобы снова научиться полностью доверять.
— Я буду ждать, — ответила она.
Новая семья
Предложение руки и сердца Никита сделал через три недели после признания в любви. Скромная свадьба состоялась спустя четыре месяца — только близкие родственники и друзья.
Медовый месяц провели в Крыму, в Ялте.
За три года у них родилось двое детей — Артём и Алиса. Семья переехала в просторную четырёхкомнатную квартиру в Одинцове. Никита стал партнёром в адвокатском бюро.
Пересечения судеб
Вера тем временем вышла замуж за Леонида Петрова, коллегу из другого отдела "АльфаГаранта". У них родились два сына — Лев и Роман.
По странному стечению обстоятельств, семьи поселились в соседних районах, дети ходили в один детский сад "Солнышко". Арина и Вера даже подружились, чему Леонид был явно не рад.
— Меня беспокоит ваша общая история, — признался он Никите на детском празднике в честь Дня защитника Отечества. — Между вами с Верой всё ещё чувствуется какая-то особая связь.
— Ничего не будет, — заверил Никита. — То всё в прошлом.
— Леонид, меня беспокоит не столько то, что может случиться, сколько то, о чём Вера думает во время близости со мной. Иногда у меня есть подозрения...
Никита был вынужден признать:
— Да, те несколько раз, когда мы встречались после развода... это были лучшие моменты в моей жизни. Иногда я вспоминаю об этом. Но это действительно в прошлом.
Неожиданная встреча
Прошло ещё два года. Никита шёл из спортивного магазина, где покупал коньки для Артёма, когда увидел знакомую фигуру у автобусной остановки. Владислав Соколов стоял, опираясь на трость, явно ожидая транспорт.
Никита подошёл к нему.
— Здравствуйте, Владислав Иванович.
Соколов поднял голову. Левая часть его лица была слегка парализована, речь стала замедленной.
— А... Никита... — медленно произнёс он. — Не ожидал встретить.
— Как дела? Как здоровье?
— Живу... — Соколов грустно улыбнулся. — Работаю консультантом в небольшой фирме. Три дня в неделю. Больше не могу.
— А семья?
— Алла подала на развод сразу после больницы. Забрала детей. Живу один. А знаешь... — он посмотрел на Никиту усталыми глазами, — я не жалею о том, что произошло.
— Как это понимать?
— Вера... она была особенной. Я впервые за много лет почувствовал себя живым рядом с ней. Да, всё закончилось плохо. Но те два месяца... они стоили того.
Никита промолчал.
— Ты её простил? — спросил Соколов.
— Не знаю. Мы развелись. У меня теперь другая семья.
— А любишь её ещё?
Никита долго молчал.
— Наверное, да. По-своему.
Подошёл автобус. Соколов медленно поднялся по ступенькам, обернулся:
— Берегите то, что имеете. Страсть — штука опасная.
Семейная идиллия
Дома Никиту встретил обычный вечерний шум. Артём строил крепость из конструктора, Алиса рисовала принцесс цветными карандашами. Арина готовила ужин — запеченную семгу с овощами.
— Папа! — кинулись к нему дети.
— Как дела на работе? — спросила Арина, поцеловав его в щёку.
— Всё хорошо, — ответил он, но мысли были далеко.
За ужином они обсуждали планы на выходные — собирались поехать к родителям Арины в Сергиев Посад. Обычная семейная рутина, которая раньше радовала, а сейчас почему-то казалась пресной.
Вечером, когда дети уснули, а Арина смотрела сериал, Никита вышел на балкон покурить. Он бросил курить ещё до свадьбы, но сегодня купил пачку по дороге домой.
Из окна напротив доносилась музыка — кто-то слушал старые песни группы "Агата Кристи". "Опиум", кажется. Никита вспомнил, как они с Верой танцевали под эту песню на какой-то студенческой вечеринке двадцать лет назад.
Случайная встреча в супермаркете
На следующий день в супермаркете "Лента" Никита столкнулся с Верой у стеллажа с молочными продуктами. Она выглядела прекрасно — стройная, ухоженная, в элегантном платье. Рядом с ней крутился мальчик лет семи — её младший сын Роман.
— Никита! — удивилась она. — Какая встреча!
— Привет, Вера. — Он наклонился к мальчику. — А это, наверное, Рома?
— Дядя Никита — старый друг мамы, — представила Вера.
— Мама, а почему вы не виделись так долго? — спросил мальчик с детской непосредственностью.
— Мы... были очень заняты, — неловко ответила Вера.
— Как дела? Как Леонид? — поинтересовался Никита.
— Всё хорошо. Леня получил повышение, переведут в московский офис. Может, переедем поближе к центру.
— А старший сын?
— Лёва в этом году в школу пойдёт. Время летит незаметно.
Они молчали, не зная, о чём говорить дальше.
— Мама, можно я пойду посмотрю на рыбок? — спросил Рома, указывая на аквариумы в зоомагазине через проход.
— Иди, только далеко не уходи.
Когда мальчик отбежал, Вера посмотрела на Никиту серьёзно:
— Я часто думаю о том, что случилось. О нас.
— Не стоит.
— Стоит. Я натворила глупостей, но... ты был лучшим, что случалось со мной.
— Вера, у нас обоих теперь семьи.
— Знаю. Арина хорошая девушка. Она любит тебя.
— Откуда ты знаешь?
— Женщины чувствуют такие вещи. А ещё я вижу, как она на тебя смотрит на детских праздниках.
Рома вернулся с горящими глазами:
— Мама, там такие красивые рыбки! Можно купим аквариум?
— Поговорим дома с папой, — ответила Вера. — Пора идти.
— До свидания, — сказала она Никите.
— До свидания.
Он проводил их взглядом, затем достал телефон и написал SMS: "Встретил Веру в магазине. Странные чувства. Хочу тебя видеть". И отправил.
Через минуту пришёл ответ: "Никита, что с тобой? Я дома жду с ужином".
Он посмотрел на экран и понял, что отправил сообщение не той женщине. Быстро удалил его и написал Арине: "Задержусь на часок. Дела в офисе".
Внутренний конфликт
Никита сел в машину и поехал не домой, а к реке. Там был небольшой парк, где они с Верой часто гуляли в студенческие годы. Он припарковался и пошёл по знакомой аллее.
На старой скамейке у воды сидела пожилая женщина, кормившая уток. Никита сел рядом.
— Красиво тут, — сказал он.
— Да, — согласилась она. — Я сюда уже тридцать лет хожу. После смерти мужа особенно. Он здесь мне предложение делал когда-то.
— А вы счастливы были в браке?
Женщина посмотрела на него внимательно.
— А вы зачем спрашиваете? Проблемы?
— Не знаю. Кажется, я запутался.
— В чём?
— Люблю жену, но не могу забыть другую.
— Ту, другую, тоже любите?
— Да. По-другому, но люблю.
Женщина улыбнулась:
— Знаете, сынок, мой муж тоже не мог забыть свою первую любовь. Всю жизнь. Но он выбрал меня, и мы прожили сорок лет вместе. Он был хорошим мужем и отцом. А та, первая... она осталась прекрасным воспоминанием.
— И вы не ревновали?
— Поначалу ревновала. А потом поняла — у каждого человека в сердце есть место для разных чувств. Главное, чтобы он приходил домой ко мне.
— А если он встретил её снова?
— Встречал. Несколько раз. Каждый раз возвращался ко мне и говорил: "Спасибо, что ты есть". Реальность всегда лучше воспоминаний, сынок. Или хуже — тут уж как повезёт.
Домашний уют
Дома Никиту встречала привычная картина семейного счастья. Арина читала Алисе сказку на ночь, Артём дочитывал энциклопедию о динозаврах.
— Папочка пришёл! — радостно закричала дочка и побежала к нему.
Арина поцеловала его и спросила:
— Ты какой-то странный. Что случилось на работе?
— Просто устал. Сложное дело.
За поздним ужином Арина рассказывала о своих планах — хотела записаться на курсы дизайна интерьеров, чтобы работать из дома.
— Ты же не против? — спросила она. — Хочу быть полезной, а не только домохозяйкой.
— Конечно, не против. Ты молодец.
Ночью, лежа рядом со спящей женой, Никита думал о словах старушки из парка. Арина дышала ровно, её рука лежала у него на груди. Она доверяла ему полностью, безоговорочно. А он...
Он осторожно вышел из кровати и пошёл в кабинет. Достал из сейфа старый планшет с той самой видеозаписью. За семь лет он так ни разу её и не посмотрел полностью.
Включил устройство, нашёл файл. На экране появилась спальня их старой квартиры, Вера в шёлковом халате...
Никита выключил планшет, не досмотрев. Удалил файл. Навсегда.
Эпилог
Прошло ещё пять лет. На выпускном вечере в школе, которую оканчивали их старшие дети, Никита и Вера случайно остались одни в коридоре, пока Арина и Леонид разговаривали с учителями.
— Артём хорошо поёт, — сказала Вера, кивая в сторону актового зала, откуда доносился голос его сына.
— А твой Лёва отлично играет на гитаре.
— Да, у него талант.
Они стояли у окна, из которого был виден школьный двор с детскими качелями.
— Никита, — тихо сказала Вера, — иногда я думаю, что если бы всё было по-другому...
— Не думай об этом.
— Но ведь думаешь же и ты?
Он посмотрел на неё. В её глазах была та же страсть, что и двадцать лет назад. И боль. И сожаление.
— Думаю, — признался он. — Но у нас хорошие семьи. Мы счастливы.
— А если бы нам снова было по двадцать? Если бы мы встретились сейчас, свободными?
— Тогда я бы не отпустил тебя, — ответил он честно.
— И я бы не ушла.
Из актового зала донеслись аплодисменты. Выступление закончилось.
— Но нам не двадцать, — сказал Никита. — И мы не свободны.
— Знаю, — грустно улыбнулась Вера. — Просто иногда хочется помечтать.
К ним подошли их супруги.
— О чём беседуете? — спросил Леонид с лёгкой настороженностью.
— О детях, — ответила Вера. — О том, как быстро они растут.
— Да, время летит незаметно, — согласилась Арина.
Все четверо пошли в зал забирать своих детей. Никита посмотрел на Арину — она держала его под руку, доверчиво прижимаясь к плечу. Потом взглянул на Веру — она шла рядом с Леонидом, но их взгляды встретились на секунду.
В этом взгляде было всё — любовь, которая не умерла, сожаление о потерянном, и понимание того, что некоторые мечты должны оставаться только мечтами.
Жизнь продолжалась. У каждого своя.