Двуликий Янус
Может показаться, что ничего губительного в лицемерии нет. Даже наоборот, оно созидательно. Однако такого рода притворство обнадёживает тех, против кого оно направлено. Так улыбка перестаёт означать радушие, слова — те смыслы, которые в них заложены. Лицемерие обесценивает то, что оно использует: вежливость, обещания, бескорыстие. Эти и другие явления становятся шкатулками с двойным дном, котами Шредингера: сказанное или сделанное может принять два состояния, но какое из них сейчас — неизвестно. К сожалению, люди преследуют свои мотивы, а средствами достижения своих целей совершенно не гнушаются. Лицемерие способно подорвать веру в других людей, в светлое и хорошее, тем самым озлобить и отдалить друг от друга людей, создать общество солидарных и разочаровавшихся.
Лицемерие заразительно. Человек, а точнее, мозг всегда чему-то учится, и один из механизмов обучения — практика через подражание. «Если ему можно, то почему мне нельзя?». И, пожалуй, это страшнее — общество лицемеров. В таком обществе во главу угла поставлена своего рода игра: условности, натянутость, конформизм. Притворство становится ценным навыком, и навсегда исчезает искренность и открытость. И тот, кто лучше всех притворяется, становится лидером, продвигается по социальной и карьерной лестницам. Человек не ценится по его заслугам и качествам, а ценится по навыку притворяться, играть по правилам.
Да, такой поворот событий возможен, но, надеюсь, уровень лицемерия (оно, безусловно, неискоренимо) останется в рамках допустимых значений, и оно не станет пропагандируемой нормой.
Сам же лицемер становится заложником своего положения. Наиболее удачной кажется аналогия с кругами Эйлера, которые пересекаются. На пересечении кругов — общая для всех часть — человек. Один из кругов — создаваемый образ, второй — подавляемая или скрываемая часть жизни. Лицемер попадает в ловушку, так как он не может полностью быть в искусственно создаваемом круге, так как неизменно есть то часть его жизни, которую он изменить не может и поэтому скрывает. Он также боится и/или не хочет быть самим собой, то есть выйти из области лицемерия, потому что такое положение (срединное) ему удобно и жить в нём он привык, да и есть риски лишится каких-то благ или положения. Это напоминает участь ястреба из стихотворения Бродского, который поднялся так высоко над землей, что уже не мог на неё вернутся, а лететь выше — близиться к смерти. Но в данном случае ястреб не может выжить, даже оставаясь там, где он оказался.
Такое существование в пограничных областях, вероятно, не способствует гармонизации личности, а наоборот, раскалывает её. Это интересно названо у Оруэлла в «1984» двоемыслием, что уже подразумевает диссонанс внутри человека. Приходится выбирать, что же надо говорить, чтобы не нарушить правил игры, не поскользнуться, однако, сам человек понимает, что положение дел может разительно отличаться от им же самим создаваемого образа. Чем чаще к такой практике прибегать, тем страшнее последствия. Человек утрачивает понимание того, что есть истина, что правдиво, и это влечёт за собой потерянность, сомнения в действительности. Заложник этой ситуации выпадает из реальности, так как не может провести границ между А и Б, не может выбрать между ними, когда этот выбор требуется сделать. Безусловно, это крайность или гипербола, пусть так и остаётся.
Более реалистично же лицемерие незнания или неосведомлённости, а именно, когда имеет место сокрытие фактов и манифестация невладения информацией. Например, кому-то стало известно о надвигающейся трагедии, и происходит диалог аналогичный следующему:
«Вам что-либо известно о надвигающейся трагедии?»
«Нет, ничего не известно».
Да и сам диалог необязателен — преднамеренное сокрытие информации наряду с действиями, уводящими интерес от этих данных. И это уже может быть губительно, потому что, если людей не предупредить о каких бы то ни было для них рисках (о которых уже известно), то они могут сильно пострадать по незнанию, так как этой важной информацией они не располагали. Вернёмся к примеру с цунами. О его масштабах и последствиях известно специалистам, они делятся этими сведениями с уполномоченными органами, а те, в свою очередь, делают заявление о незначительности цунами и организуют строительство замков из песка на пляжах города для защиты населения, чтобы опять же подчеркнуть характер природного катаклизма. И вот компания по строительству песчаных сооружений идёт полным ходом (а не эвакуация), приглашаются лучшие в своём деле строители песчаных замков, а знающих синоптиков никто не слушает — у них нет ресурсов, чтобы до всех достучаться и докричаться. В день Х, к всеобщему удивлению, цунами забирает жизни невинных людей, которым продавали идею «безобидного поднятия уровня воды». Допродавались. Аналогично можно вещать обо всём, скрывая истину и вредя людям, преследовать свои интересы и не рушить недавно создавшиеся или древние мифы, тем самым поддерживать в живых последние, а не население.
Следует напомнить очевидное: сказания и легенды не живут без носителей культуры, их породившей, — Homo sapiens.
https://t.me/sawthelight/40?single