Важное предупреждение Западу по линии МИД. Замминистра иностранных дел РФ Сергей Рябков в интервью Ольге Скабеевой заявил, что у России есть и другое новейшее вооружение, помимо «Орешника». Он не уточнил, что это за оружие, но удивительным образом это заявление совпало с предупреждением Российской Федерации (о чём пишут европейские издания), что якобы Россия готовится испытать межконтинентальную крылатую ракету «Буревестник» с ядерной энергетической установкой. Испытание запланировано с 7 по 12 августа и военные временно закрыли воздушное пространство в радиусе 500 км вдоль западного побережья архипелага Новая Земля. Рябков еще сказал, что решение России снять мораторий на развертывание ракет средней и меньшей дальности наземного базирования оказало отрезвляющий эффект на Запад. При этом Россия продолжала заниматься разработкой таких ракет даже во время действия моратория на их развертывание. Интервью телеканалу «Россия» вышло за несколько дней до предполагаемого саммита.
Сергей Михеев: Во-первых, думаю, что это правильно. Во-вторых, всё, что сказал Сергей Рябков, очень точно описывает ситуацию и дает «сигналы» (как любят говорить западники) в адрес Запада, чтобы они понимали, какова на самом деле ситуация. Несомненно, наше решение по «Орешнику» и ДРСМД стимулировало в том числе контакты с американской стороной, и я считаю, что она должна воспринять их адекватно. Но и договоренность о встрече косвенно об этом свидетельствует.
Что касается того, что у нас есть еще в запасе, то полагаю, что есть много разработок. Даже «Орешник» - это развитие ракеты «Рубеж», которую в свое время довели до ума, но не стали ставить в серию в контексте разных разговоров с американцами, ДРСМД и т.д. Её доработали и испытали на заводе «Южмаш» в Днепропетровске, а теперь её поставили в серию и на боевое дежурство в том числе. Я к тому, что разработок у нас достаточно, и вопрос в том, чтобы их испытывать, ставить в серийное производство и на вооружение.
Американцы только сейчас объявили о том, что они испытали свою гиперзвуковую ракету, при этом 5-6 махов, а наш гиперзвук – это 8-9 махов и больше. Задел у нас существует, и спасибо нашим отцам и дедам.
С другой стороны, почему именно заместителю министра иностранных дел поручили такую деликатную миссию – озвучить важное предупреждение для наших коллег, в том числе американских? О том, почему Россия решила прекратить соблюдение моратория по установке ракет средней и меньшей дальности (ДРСМД), Рябков сказал, что «американские системы стали всё чаще появляться в регионах, где это имеет непосредственную проекцию на нашу безопасность». То есть сигнал не только коллективному Западу, но и Вашингтону, именно со стороны МИД: это не президент и не военные.
Сергей Михеев: Есть люди, которые знают всё, но это не ко мне! Первое: любые переговоры (тем более контекст договоренностей, таких как ДРСМД) – это прерогатива МИД. Второе: планируется встреча президентов, и МИД к этой встрече имеет прямое отношение. И важно, чтобы эти сигналы периодически доходили с разных сторон. Что касается военных, то они делают свое дело, поэтому развернутое интервью и объяснение на эту тему, конечно, заместителю министра иностранных дел дать правильнее и эффективнее, чем если бы об этом сказал кто-нибудь из генералов.