С 3 августа в России действует новый закон, который разъясняет, что такое "клинические рекомендации", и определяет, как они должны применяться
В России вступил в силу закон, который вносит существенные коррективы в порядок применения клинических рекомендаций. Подписанный президентом Владимиром Путиным документ закрепляет за врачами право принимать решения, основанные на индивидуальных потребностях пациента, даже если это подразумевает отклонение от общепринятых протоколов.
Ключевое изменение заключается в том, что клинические рекомендации, разрабатываемые и утверждаемые Минздравом, больше не являются строго обязательными к исполнению. Это означает, что врач, столкнувшись с уникальной ситуацией, например, с индивидуальной непереносимостью лекарств или особенностями организма пациента, может выбрать альтернативный подход к лечению. При этом, отступление от рекомендаций не повлечет за собой юридической ответственности.
Однако, как и прежде, качество оказанной медицинской помощи будет оцениваться в рамках экспертизы.
В настоящее время в рубрикаторе Минздрава содержится почти 600 клинических рекомендаций, охватывающих широкий спектр заболеваний и состояний. Эти документы, разработанные профессиональными медицинскими сообществами, представляют собой подробные алгоритмы ведения пациентов.
Ранее Минздрав разработал порядок применения клинических рекомендаций, направленный на обеспечение единых подходов к оказанию медицинской помощи на всей территории страны. Предполагается, что каждый пациент, независимо от места проживания и выбора медучреждения, получит лечение, основанное на последних научных данных и проверенных методах. Новый закон, по сути, расширяет возможности врача в рамках этих единых подходов, позволяя адаптировать их к конкретной клинической ситуации.
Как к введению нового закона относятся алтайские эксперты?
Денис Фуголь, гастроэнтеролог, врач-педиатр, кандидат медицинских наук, доцент АГМУ:
"Существенных изменений в моей работе не произошло, поскольку отклонения от клинических рекомендаций, в частности назначение препаратов off-label (не по инструкции, но с доказанным эффектом), всегда были допустимы. Однако, мои пациенты, как правило, не требуют таких отступлений, так как для них существуют четкие протоколы лечения. Меня беспокоит перспектива того, что в будущем может наступить эпоха "мракобесия" в медицине, когда врачи начнут назначать лечение "как попало". Под "как попало" я подразумеваю использование препаратов с недоказанным действием или БАДов. С одной стороны, персонализированный подход и назначение препаратов с доказанным эффектом – это хорошо. Но с другой стороны, есть риск, что будут активно применяться БАДы и методы, не имеющие реального терапевтического действия".
Елена Хрусталева, заместитель председателя постоянного комитета Алтайского краевого Законодательного Собрания по здравоохранению, доктор медицинских наук, профессор, директор института клинической медицины АГМУ:
"Изначально с появлением клинических рекомендаций казалось, что все вопросы решены, ведь там подробно описаны все шаги лечения пациентов. Однако нас всегда учили подходить к лечению индивидуально, лечить не болезнь, а больного, учитывая не только основное заболевание, но и все сопутствующие проблемы пациента.Часто препараты, рекомендованные для одного недуга, могут быть противопоказаны для лечения других болезней, которые могут быть диагностированы у пациента. Поэтому принятие закона, дающего врачу большую свободу выбора метода лечения, является абсолютно правильным.Безусловно, клинические рекомендации остаются важным ориентиром, и в этом нет ничего предосудительного. Этот закон лишь отражает реальность: жесткое следование предписаниям по применению определенных препаратов без учета других факторов оказалось преждевременным. Поэтому было внесено небольшое уточнение.Новый закон не отменяет, а дополняет существующие рекомендации, и я не вижу в этом никаких рисков".