Найти в Дзене
Богиня Фигни

"Бесприданница" "Коляда-театра"

"Бесприданница" в"Коляда-театре" (режиссер - Николай Коляда).О том, что в мире капитала человек и вещь одинаково продаются и не так уж дорого стоят. Можно нахрапом купить и «Ласточку», и Ларису, и вон Робинзона. И всё со скидкой как б/у. И тебе ещё красным бантиком повяжут. Ну, или красным корсетом.
Хотя чего там: у них у всех, даже самых богатых, на запястье розовенькие секс-шоповские браслетики, так что все движущиеся лица кем-то проданы и кем-то куплены.
Вроде бы всё по тексту: маман Огудаловой надо повыгоднее сбыть ребёнка с рук. Кстати, на что она рассчитывала, воспитывая дочь в такой «зефирности» - уж не на будущий ли лотерейный билет в виде кого-то типа Кнурова? Лариса в исполнении Кристины Горбуновой - совершённо безвольный цветочек, в голове ничего, кроме любви.
Денег, я так понимаю, у семьи нет давно, так мамочка спустила бы немножко дочь с небес на землю. Может быть, той бы не казался таким презренным Карандышев – по крайней мере, в спектакле он показан вполне себе вменяемым

"Бесприданница" в"Коляда-театре" (режиссер - Николай Коляда).О том, что в мире капитала человек и вещь одинаково продаются и не так уж дорого стоят. Можно нахрапом купить и «Ласточку», и Ларису, и вон Робинзона. И всё со скидкой как б/у. И тебе ещё красным бантиком повяжут. Ну, или красным корсетом.
Хотя чего там: у них у всех, даже самых богатых, на запястье розовенькие секс-шоповские браслетики, так что все движущиеся лица кем-то проданы и кем-то куплены.
Вроде бы всё по тексту: маман Огудаловой надо повыгоднее сбыть ребёнка с рук. Кстати, на что она рассчитывала, воспитывая дочь в такой «зефирности» - уж не на будущий ли лотерейный билет в виде кого-то типа Кнурова? Лариса в исполнении Кристины Горбуновой - совершённо безвольный цветочек, в голове ничего, кроме любви.
Денег, я так понимаю, у семьи нет давно, так мамочка спустила бы немножко дочь с небес на землю. Может быть, той бы не казался таким презренным Карандышев – по крайней мере, в спектакле он показан вполне себе вменяемым. А по сравнению с Кнуровым (Валерий Зайцев) и Вожеватовым (Максим Тарасов) и тем более с совершенно расхристанным Паратовым так и вообще - человек (неожиданно и очень сильно понравилась работа Евгения Корнильева) . В постановке Ларису и убивает-то не он, а все эти красавчики. Это, кстати, и по самой пьесе понятно. Карандышев просто стреляет. Ставит точку.
Могла ли бы остаться жить Лариса? Вы представляете её при Кнурове цепной собачкой? О, вот уж кого совершенно не заботила бы её тонкая натура. Герой Кнурова очень мерзкий тем, что он постоянно играет роль доброго и порядочного человека, и это Валерий Зайцев отразил очень точно. Васеньке, прохвосту, на Ларисину судьбу пофиг, ну, так он об этом честно говорит. А Кнуров делает такое доброе и понимающее лицо, что аж на секунду начинаешь ему верить, а обманутым быть так неприятно!
Однажды в отзыве на спектакль москвичка
Марина Моисеева написала: наблюдая за артистами, ей пришла неожиданная мысль в голову - всё это подстроил и сотворил Вожеватов.
А я в свою очередь сделала вывод, что сюжет закручивает парочка чертей, Кнуров и Вожеватов. Начинается всё с них и ими же заканчивается. Знаете, как в дворовой песне: "Два ангела спорили, кто из них прав. Один сказа: в ад, другой сказал: в рай". Только эти два ангела совсем недобрые и оба не из рая. Никто из них ни Ларису, ни кого другого не любит, а просто развлекется и меряется с оппонентом силушкой. Вспомните, как они наблюдают сцену соблазнения Ларисы.
Олег Ягодин играет Паратова. Неожиданно. Сергей Сергеевич прямо очень резвый и тусовщик. Вот у него весь мозг в тусовки и оргии и ушел. Это просто тело без каких-либо намёков на душу. Он бычит на Карандышева, как школьный хулиган. Он безбожно путает имена окружающих, потому что глубоко к ним равнодушен. Бессмысленный чувак, живущий на одних инстинктах. Не от большого ума Лариса такого полюбила, но не убивать же её за это! Пожалуй, Паратов был бы такой же жертвой богатеньких, как Лариса, но для жертвенности в нём ничего нет, абсолютноя пустота - нечем поступаться, нечему болеть.
Очень показательна оргия (то есть вечеринка) у Карандышева. Кнуров и Вожеватов довольны. Но не совсем. Дело в том, что все эти тела, созданные ими, демонами низшего порядка - без души. Немножко весело, но в целом пресновато. Вот если бы затянуть живую душу - например, Ларису, в это варево тел, было бы гораздо забавнее.
Харита Игнатьевна (Ирина Плесняева) тоже давно и успешно продаётся. Она ведь абсолютно не шокирована ласковыми намеками Кнурова о будущем богатом покровителе, а начинает сразу торговаться. И только когда она отпускает дочь кутить с Паратовым, мы видим в её глазах огромную всепоглощающую материнскую боль: она гораздо лучше Ларисы понимает, чем всё это закончится, а справиться со своей торгашеской натурой не может. Даже ради одного это взгляда стоило пойти на "Бесприданницу".
Лариса здесь очень хрупкая и очень безвольная. А внутренней воле и неоткуда было взяться. Она просто её не видела ни у кого. Она понимает, что она сюда не вписывается, но что с этим делать - не знает.
Недостатка полуголых тел в спектакле нет. И они все ждут, что Лариса присоединится. А она бы и присоединилась, куда ей деваться? Проблема только в том, что делает это она не с такой лёгкостью и весельем, с каким другие, а словно на Голгофу всходит. Но сильных мира сего это раздражает, они предпочитают чувствовать себя благодетелями, и очень не любят быть себя виноватыми.
Поэтому и стреляют в Ларису из сложенных пистолетиком пальцев: сначала Кнуров, потом Вожеватов, а уж потом Карандышев.
Так что тут неожиданно Юлий Капитонович как герой баллады Уайльда:
Любимых убивают все,
Но не кричат о том.
Издевкой, лестью, злом, добром,
Бесстыдством и стыдом,
Трус - поцелуем похитрей,
Смельчак - простым ножом.
НоКарандышев всё равно недогерой. Ближе к финалу он так хищно раскидывает на Ларисой руки-крылья, будто не прочь, как стервятник, поживиться остатками от пиршества других хищников.
Так что нет Ларисе спасения.
Она умирает и лезет в чемодан из-под денег: большая пьеса разыграна, актриса больше не нужна.
По ней воет, как пёс, только Робинзон (очень сильная работа Евгения Чистякова). И от этого финальный аккорд пьесы получается очень жутким: горе одного проданного над другим, а больше буквально ни души вокруг нет.
Как пела Янка, "Продано! "