За последние сто лет компания, уходящая корнями к Карлу Фаберже, поставщику императорского двора, сменила несколько владельцев, включая Unilever и Gemfields. Покупка ювелирного дома венчурным инвестором выглядит нетипичной, однако эксперты считают, что это соответствует общему тренду
Технологический предприниматель Сергей Мосунов приобрел бренд Fabergé за 50 млн долларов. Им более десяти лет владела британская группа Gemfields. Сделка должна закрыться в конце августа. Gemfields получит 45 млн долларов единовременно и дополнительные 5 млн в виде ежеквартальных роялти по ставке 8% от выручки Fabergé.
Когда-то Карл Фаберже, главный поставщик украшений для императорского двора, был владельцем огромной ювелирной империи с персоналом свыше 500 человек и филиалами даже в Лондоне. Планы спутала революция: в 1918 году большевики национализировали компанию, а сам Карл с одним саквояжем покинул Петроград.
Позднее создать ювелирный бизнес в Европе пытались его сыновья, пока не узнали, что в США некий Сэм Рабин еще в 1937 году основал свою компанию Fabergé Inc. В итоге из компании Рабина берет свои корни нынешний дом Фаберже. В 1989 году владельцем Fabergé стала глобальная корпорация Unilever, а в 2007-м бизнес перешел британской компании Gemfields, которая занимается добычей драгоценных камней и металлов в Африке.
О своей работе с домом Fabergé вспоминает ювелир, заслуженный деятель искусств России Андрей Ананов, который в 90-е уже выпускал медальоны в виде пасхального яйца с клеймом «Фаберже от Ананова». По его словам, около четырех лет назад Fabergé обращался к нему за услугами:
Андрей Ананов ювелир, заслуженный деятель искусств России
«Они ко мне обратились с предложением сделать для них некоторые пасхальные яйца. Я получил для образца прототип пасхального яйца — такого кулона для цепочки — и сделал точно такой же. После этого мы встретились в Париже с представителями торгового дома Fabergé. Я им показал и предложил найти, какое из них их, а какое мое. Они были совершенно одинаковые, и они были очень довольны. А кончилось это очень смешно. Я знал, кто делает им пасхальные яйца, — те, которые они мне показали. Это было сделано в Германии. Я знал цену, которую немцы им предлагали, и они ее оплачивали. Я предложил цену меньше, и все равно это было бы выгодно, но в итоге сделка не состоялась. Почему? Потому что директор, кажется, по импорту-экспорту, по торговле этой компании был совершенно категоричен, что с русскими дела иметь не будет. Даже хотя это выгодно, однако с русскими — ничего».
Теперь же Fabergé приобретает Сергей Мосунов. Новым собственником станет его американская компания SMG Capital, занимающаяся венчурными инвестициями в технологические стартапы. Согласно данным на LinkedIn, он учился в Стэнфордском университете и живет в Великобритании. При этом он не раз становился героем публикаций в родном Нижнем Новгороде, выступал как активный общественник, возглавлял движение «За чистый город!», в 2017 году был советником главы города, курируя международное сотрудничество в области инвестиций. Сейчас в пресс-релизе о покупке Fabergé приводятся его слова, что для него большая честь стать новым хранителем столь выдающегося бренда.
Желание венчурного инвестора приобрести не стартап, а ювелирный бренд с большой историей, может показаться нестандартным. Но партнера инвестиционного банка BSF Partners Анну Морозову это не удивляет:
Анна Морозова партнер инвестиционного банка BSF Partners
«Меня это не удивляет, потому что я вижу инвестиционный запрос от инвесторов, особенно от тех, у которых достаточно серьезный капитал, — скажем так, от 100 млн рублей и выше. Это запрос далеко не на венчурные инвестиции, на венчурную модель, когда вкладываются в идею, а запрос на стабильные какие-то инвестиции, которые уже доказали свою значимость, уже показали, что умеют зарабатывать деньги, у них уже какой-то сформированный пайплайн продаж, сформированное УТП. Понятно, дальше смотрят на экономику, на экономические показатели, и каждый инвестор выбирает для себя. Но вот этот переход из венчура в стабильность, из идеи в доказанную экономическую модель сейчас очень сильно чувствуется, и он прямо на слуху».
По данным Bloomberg, акции Gemfields в прошлом году упали в цене более чем вдвое из-за снижения продаж на рынке товаров класса «люкс», а также из-за волнений в Мозамбике, где находятся рубиновые рудники компании. Шон Гилбертсон, исполнительный директор Gemfields, назвал сделку «концом эпохи». Ювелиры обсуждают, изменится ли креативная составляющая Fabergé, и шутят о том, какой будет «смесь лондонского с нижегородским».
Хотите всегда быть в курсе? Подписывайтесь на Telegram-канал «Бизнес FM»