Подруга устроила меня по блату на работу, а потом принялась откровенно эксплуатировать

Я сидела в кафе, нервно теребя край салфетки, когда увидела её — Лену, мою школьную подругу. Мы не виделись года три, с тех пор как я окончила университет.

После первых же минут разговора я не выдержала и вывалила на неё всё: пять месяцев безуспешных поисков работы, отказы за отказами, последние деньги на счету, которые таяли с пугающей скоростью.

Лена оживилась:

— Ты серьёзно? У нас как раз ищут специалиста твоего профиля!

Моё сердце забилось чаще — наконец-то шанс! На следующий день я уже стояла у дверей солидного офиса, дрожа от волнения.

Первые недели казались сказкой. Современный офис, приятные коллеги, интересные задачи. Лена, теперь моя начальница, держалась со мной ровно — не выделяла, но и не придиралась. Я с облегчением вздохнула: блатное устройство не вызвало проблем в коллективе.

Как же я ошибалась.

Первым тревожным звоночком стало сообщение в полночь: «Кать, посмотри отчёт, там кое-что нужно исправить». Я тогда ещё посмеялась — ну подумаешь, друг просит. Но вскоре это стало нормой. «Ты же не откажешь старой подруге?», «Я знаю, ты справишься лучше других» — эти фразы звучали всё чаще. И чаще всего такие просьбы поступали после 10 часов вечера, когда все нормальные люди готовятся ко сну.

Сейчас, спустя полгода, я сижу в офисе одна. На часах — 21:37. Передо мной — третий проект за неделю, тогда как коллеги ведут по одному. Моя зарплата ничем не отличается от их, но зато они все уходят домой ровно в 18 часов, когда я остаюсь куковать на работе.

Я не видела родителей два месяца, лучшая подруга перестала звонить, а в единственный выходной я просто валяюсь в кровати, пытаясь восстановить силы. О личной жизни говорить вообще не хочется, потому что ее у меня нет!

Самое страшное — я не знаю, как это остановить. Все советы про установление границ рассчитаны на безликого начальника, а не на человека, с которым ты когда-то делилась первыми поцелуями и списывала контрольные. Как сказать «нет» подруге, которая знает тебя с 7 лет? Как объяснить, что её «Кать, ну ты же понимаешь...» звучит как приговор моей личной жизни?

Вчера я случайно увидела переписку коллег — оказывается, они между собой называют меня дочерью полка. И это больно. Больно осознавать, что мои старания воспринимают как должное, что мой энтузиазм использовали, а дружба оказалась лишь удобным инструментом манипуляции.

Сейчас я пишу заявление об уходе. Без новой работы, без плана — просто потому, что иначе я потеряю себя окончательно. Может быть, когда-нибудь Лена поймёт, что дружба — это не про «ты же сделаешь для меня», а про «я понимаю твои границы». Но сейчас мне нужно выбирать себя.