Внук Эзопа, вело-туристы едут за 50 км. Моно-туристы - за 120. Мото-туристы едут за 1500 и далее. При этом наслаждаются именно просторами, которые разворачиваются перед их взорами. Байдарочники сплавляются по течению сотни километров, наслаждаясь видами берегов, крепостей на холмах и деревушек. Все они редко двигаются уже однажды пройденными маршрутами. И, переночевав, отправляются дальше, презрев точку отдыха в качестве достаточного отрыва от реальности.
Но самые отбитые - экстремальные туристы, которые находят проводника, все вместе разрабатывают маршрут, и отлетают на другую сторону планеты, чтобы пройти, проехать, проплыть и пролететь две-три неведомые им до селе страны. Они трясутся в старых автобусах, противостоят местным, сбросившим перед автобусом обломки скалы, чтобы перекрыть дорогу. Кутят в горных посадах с хозяевами одну ночь и все еще пьяные от тростникового самогона грузятся утром в моторикши, чтобы добраться до прекрасных водопадов и потом переехать в следующий городишко. Летают на самолетах со справкой из посольства об украденных местными документах. Они стоят посередине залитого дождем бесконечного солончака, как перед вратами рая - под ногами небесная твердь в легких облачках, над головой бесконечное небо в облачках таких же. Это все наполняет их и не может наполнить. Потому, что этот инстинкт неотключаем. Он где-то все равно скребется на дне души. Я тоскую по тем картинам, что мы могли бы увидеть на других планетах.
Думаю, смутное желание сменить обрыдлую действительность - это скромный артефакт тяги к путешествиям, которая есть проявление инстинкта распространения и захвата новых территорий.