«Белый дом» Владимирской области, похоже, не просчитал последствия поспешной ликвидации двухуровневой системы организации местного самоуправления. Эксперты прогнозируют серьезное ослабление партийного представительства на местах из — за резкого сокращения поселений, которые были ключевыми площадками, в первую очередь, для системной оппозиции.
Как известно, безоговорочными сторонниками одноуровневой системы МСУ выступили первые лица области: глава регионального правительства и спикер Законодательного Собрания Ольга Хохлова, по совместительству являющиеся лидерами местного отделения правящей партии «Единая Россия» (см. публикацию «Насколько велик запас прочности у губернатора Александра Авдеева?» на сайте «Томикс» от 8 августа текущего года).
Александр Авдеев. Фото: @avdeev_o_vazhnom
Речь, напомню, идет об очередном переделе власти, а если точнее об укреплении ее регионального уровня. Особенно в тех субъектах, где достаточно низкий уровень жизни и сохраняются предпосылки роста протестных настроений.
Там, где власть опасается честной политической конкуренции на выборах и обеспокоена влиянием независимого общественного мнения, губернаторы начинают жестко применять инструменты административного ресурса. И во многом противоречивая муниципальная реформа предоставила им такой шанс, когда контроль над всей региональной властью можно сохранить только на основе тотального единоначалия и исключить любые возможности протестного голосования.
Причем, «белый дом» в качестве ключевого аргумента своей позиции выдвигает тезис о существенной экономии бюджетных средств, но, при этом, не приводит никаких конкретных экономических расчетов.
Однако насколько этот довод убедительный и почему многие субъекты РФ не торопятся с поддержкой муниципальной реформы, если, как уверяет Александр Авдеев, она сулит регионам одни выгоды?
Обратимся к фактам, 18 субъектов РФ не планируют переходить на новую модель МСУ. И в их числе — Саратовская область, интересы которой в Госдуме представляет спикер парламента Вячеслав Володин, а Свердловскую – глава комитета по госстроительству Павел Крашенинников, который внес законопроект об МСУ, в исходной версии предполагавший обязательный переход на одноуровневую модель.
Павел Крашенинников внес законопроект об МСУ. Фото: автор Александр Корольков. Источник РГ
Из 20 регионов, полностью перешедших на одноуровневую модель, только два наших географических соседа — Московская и Нижегородская области. В числе 26 территорий, которые собираются полностью поддержать реформу, кампанию Владимирской области составили соседи из Рязани и Ярославля.
А вот Ивановская и Родина Александра Авдеева Калужская области вошли в группу 25 регионов, которые планируют лишь частично перейти на одноуровневую модель, а частично оставить двухуровневую. Так там, что власти, выходит, не заинтересованы в экономии бюджета?
Не все так просто, как пытается преподнести наш «белый дом». Просто одни главы регионов преследуют свои политические интересы и бегут впереди паровоза, а другие взвешивают последствия от стратегического выбора. А пока, по данным «Ведомостей», с января 2022 г. общее количество муниципальных образований сократилось на 17,1% – с 20 846 до 17 275, муниципальных районов – на 16,4% с 1531 до 1280, городских поселений – на 16,7% с 1298 до 1084, сельских поселений – на 13% с 15 549 до 13 524, говорится в статистике, предоставленной профильным комитетом Госдумы. Количество же муниципальных округов за это время выросло в три раза – со 193 до 536.
Между тем, реформа МСУ несет в себе и еще одну большую неожиданность. Об этом, по сообщению «Ведомостей» от 11 августа текущего года, говорится в аналитическом докладе политолога Александра Кынева «Департизация на паузе (но не везде), самих партий все меньше».
Новая реформа МСУ, по мнению авторитетного эксперта, резко сокращая число выборов в стране, бьет по основе деятельности партий на местном уровне. Партии просто утрачивают площадки, на которых по логике они и должны вести свою деятельность, уверен он.
РИА Новости. Фото: автор Михаил Воскресенский
По мнению Кынева, более активное применение мажоритарной системы на выборах при сохранении нынешнего законодательства приведет к дальнейшему сокращению числа партий, получающих на региональных выборах льготы за счет участия в местных выборах. В результате не имеющие льгот партии оказываются в ситуации замкнутого круга: чтобы участвовать в выборах, нужно иметь льготы при регистрации, но, чтобы иметь льготы, нужно успешно участвовать в выборах, говорится в докладе. Оппозиция, таким образом, рассеивается, власть надеется получить вместо даже крайне слабых партий набор персоналий, находящихся друг с другом нередко в сложных отношениях, отмечает эксперт.
Партийное представительство на муниципальном уровне изначально было очень слабым, особенно в сельских районах и на уровне поселений, сказал в беседе с «Ведомостями» политолог Ростислав Туровский.
«Ликвидация поселенческого уровня местного самоуправления резко сократит карьерные возможности для местных партийных активистов, что снизит их мотивацию и может привести к оттоку кадров. На самом деле это коснется всех партий, включая «Единую Россию», – отмечает он. При этом у «Единой России» нехватка заинтересованного партийного актива может быть компенсирована, а у остальных партий проблема с карьерными лифтами станет еще более острой, считает Туровский.
Фото: автор Алексей Мальгавко. РИА Новости
Политолог Алексей Макаркин полагает, что муниципальная реформа в контексте уменьшения числа кампаний сильнее всего бьет по КПРФ, фракция которой в Госдуме голосовала против принятия соответствующего закона.
Секретарь ЦК КПРФ по выборам Сергей Обухов сказал «Ведомостям», что ликвидация поселенческого уровня – это угроза не столько компартии, сколько 4 млн россиян, живущих в малых городах.
«Жуткое разгосударствление. Департизация только один из элементов. Проблема еще страшнее. Свято место пусто не бывает: уйдет государство, уйдет местная власть – и [местные] проблемы будет разруливать криминалитет и различные клики», – полагает Обухов.
Процесс департизации, начатый во второй половине 2010-х гг. (на выборах в Госдуму 2016 г. правом участвовать в выборах обладали 75 политических сил, сейчас – 23), приостановился в 2024 г., – констатирует Кынев.