Было время, когда тифлисские коммерсанты "давали прикурить" даже настоящим акулам мирового капитализма — братьям Рокфеллерам, Ротшильдам и Нобелям. Это в полной мере касается одного армянского купца и промышленника из Тифлиса. Звали его Александр Манташев.
Банкир Отто Яйдельс в начале XX века писал: "Мировой нефтяной рынок сегодня поделен между двумя крупнейшими финансовыми группами - это "American Standard Oil Co" - Рокфеллера и объединением Ротшильдов и Нобелей, контролирующим нефтяные месторождения в Баку. Эти две группы тесно связаны между собой. Но вот уже несколько лет их монополии угрожают пять врагов: истощение американских месторождений, конкуренция со стороны Александра Манташева в Баку, австрийские месторождения, румынские месторождения, зарубежные месторождения, особенно в голландских колониях, контролируемые компаниями "Samuel" и "Shell", также имеющие связи с британским капиталом".
История торгового дома "Ал. Манташев и Ко" началась с приобретения нескольких убыточных скважин в Баку. Нефть была еще совсем новой темой. Не все знали о феномене интерференции. Зато об этом наверняка догадывался советчик начинающего тифлисского нефтяника - ученый Дмитрий Менделеев. Александр Манташев рискнул и не прогадал. Вскоре нефть нашлась и на его некогда обедневшем участке. В 1904 году по добыче нефти "Ал. Манташев и Ко" уступала только лишь "Братьям Нобель" и "Каспийско-Черноморскому Обществу" - братьев Ротшильд. Затем по совету того же Дмитрия Менделеева он закупил в Англии два морских танкера. С их помощью нефть стала поставляться уже в Индию, Китай, Японию и в средиземноморские страны. В 1907 году Александр Манташев запускает первый в мире нефтепровод, общей протяженностью 835 километров. По нему нефть с нефтепромыслов в Баку поступает прямо в морской порт Батуми.
Так его акционерное общество стало крупнейшим промышленным объектом Российской империи. Капитал компании достиг 22 миллионов рублей. Астрономическая сумма по тем временам. В пересчете на современные деньги — это миллиарды долларов. Тифлисского предпринимателя стали гордо величать "нефтяным королем". На начало XX века его компания распоряжалась половиной запасов нефти всего Старого света и владела большинством скважин Каспия. Ведь, тогда еще ни ближневосточной, ни сибирской ни центральноазиатской нефти, даже в помине не было.
Есть интересный рассказ о первой встрече Манташева с Ротшильдом. Александр Манташев сидел в купе поезда, следующего из Вены в Париж. Там ему встретился молчаливый сосед, который нехотя поддерживал беседу. Молчун немного оживился, только когда речь зашла о каспийских нефтяных промыслах. При этом, он отметил, что единственный человек об успехах которого наслышан, это некто Манташев. Последнему уже ничего не оставалось, как представиться, на что незнакомец лишь улыбнулся. В Париже они расстались. Через пару дней курьер доставил ему приглашение на светский раут. Его устраивал барон Ротшильд. Тот самый молчун из венского экспресса.
Между тем, сам нефтяной магнат вел скромный образ жизни. По городу он больше передвигался пешком, или ездил на трамвае. Честное имя и уважение заменяло ему охрану и сопровождение. Собираясь на прогулку, он брал с собой горсть золотых пятирублевок. Проходя мимо реального училища, он всякий раз подходил к кому-то из бедно одетых учеников и заводил с ним разговор. В тот момент он незаметно для собеседника, щадя его самолюбие, подкидывал монеты ему в карман.
Рассказывали, что на одном из благотворительных вечеров в Тифлисе сын Александра Манташева пожертвовал более крупную сумму, чем он сам. Устроители вечера не преминули сказать ему об этом, на что он заявил: "Что же тут удивительного? Он сын миллионера, а мой отец был всего лишь скромным торговцем". Похожая история есть и про тифлисского цирюльника. Тот тоже как-то посетовал на то, что сын щедрее и получил ответ: "Так он сын Манташева, а я кто?".
Конечно, миллионщик, как тогда модно было говорить, хорошо знал своих собственных чад. Когда после смерти вскрыли его завещание, то выяснилось, что все недвижимое имущество в Тифлисе, общая стоимость которого составляла три миллиона рублей золотом, он завещал сыновьям. Но, при одном условии — собственность переходила к ним без права на продажу и залог. Он отлично понимал, что они свободно могут все промотать, или просто проиграть в карты, или на скачках. Сам Александр Манташев тоже был не прочь поиграть в бридж, но никогда не играл на деньги, а еще любил лошадей и театр.
В 1912 году его сын — Левон Манташев закатил в Москве званый ужин на сто персон. Ресторатор Оливье лично выехал в Париж за устрицами, лангустами, спаржей, артишоками. Повар из Тифлиса привез карачайских барашков, грузинскую форель и пряности. Из Уральска доставили саженных осетров, а из Астрахани — мерную стерлядь. Трактир Тестова поставил расстегаи, а трактир Бубнова — суточные щи и гречневую кашу, для опохмеления на рассвете.
В меню были представлены три кухни — кавказская, французская и московская. Для гостей играли три оркестра. За окнами во дворе установили экран, с премьерами фильмов из Берлина и Парижа. Сам ужин был обставлен в древнеримской манере. Столы были установлены полукругом, с мягкими сиденьями, обитыми красным шелком, а с потолка свисали гирлянды роз. На столах установили выдолбленные глыбы льда со свежей икрой. На серебряных цоколях стояли осетры, а в хрустальных аквариумах плавала редкая японская рыба — закуска на похмелье. Столы были сервированы старым венецианским стеклом. Стояли вазы с южноамериканскими двойными апельсинами и с фруктами с Цейлона. Под салфетками каждого куверта лежали ценные подарки: дамам — броши с алмазами, а джентльменам — золотые портсигары. В числе горячей закуски была даже такая экстремальная экзотика, как жареные пиявки, напитанные гусиной кровью.
Понятно, что подобное мотовство, вкупе с игрой в карты и на скачках имеет обыкновение быстро превращать миллиардеров в миллионеры. Даже без войн, революций и потрясений. Сыновья одного из самых богатых людей империи закончили жизнь на чужбине, работая таксистами.
Манташев-старший скончался в 1911 году и был похоронен в фамильном склепе Ванкского собора Тифлиса. В 1938 году склеп, как и сам собор были снесены большевиками. От всего сооружения чудом сохранилась только одна колокольня XV века. Современникам Александр Манташев запомнился как щедрый меценат, который помогал талантливой молодежи, церкви и искусству. До сих пор коренные тбилисцы знают его имя.
Им о нем напоминает не только сохранившаяся надпись: "Манташевские ряды" - над входом в здание на ул. Ватные ряды №7. Он подарил городу "Питоевский театр", получивший затем имя "Артистического общества" на Головинском проспекте. Ныне это государственный академический театр имени Шота Руставели, на пр. Руставели №17.
Филантроп открыл и активно поддерживал "Манташевскую торговую школу" на Бебутовской улице. Впоследствии там поселилась школа №43, через которую прошли многие тбилисцы. В их числе поэт Булат Окуджава и композитор Микаэл Таривердиев. Сегодня эта школа все еще действует. Ее можно найти по адресу: ул. Асатиани №50.
В числе прочего о "нефтяном короле" напоминают и его доходные дома, сохранившие свою роскошь и великолепие вплоть до наших дней. Например, один из них, возведенный в стиле модерн украшает город на ул. Табидзе №3/5. Сейчас первые этажи "манташевского добра" занимают популярные рестораны и кафе. К примеру, объекты оперирующие под маркой "Bernard".
Сам Александр Манташев жил в доме поскромнее — на улице Паскевича. Ныне это здание на ул. Кикодзе №8. Небольшой двухэтажный особняк был построен в 1890-ые годы, когда купец еще не был так сказочно богат. На элементах декорации балкона можно разглядеть женский профиль. Согласно городской легенде под ним кроется изображение супруги владельца дома. Ее звали Флора. В советское время здание передали профсоюзу работников культуры и искусства. В 1982 году в нем проходил товарищеский суд над известным режиссером Сергеем Параджановым. Он чуть не загремел по обвинению в даче взятки за поступление племянника в театральный институт.
Из этого особняка в Сололаки в район Дидубе купец проложил первый в городе телефонный кабель. Тем самым, было положено начало телефонизации Тифлиса. Кабель соединил дом с его конным заводом и конюшнями, расположенными у тогдашнего тифлисского ипподрома. Это здание сохранилось. Оно находится на пр. Церетели №56 - рядом с Дидубийским пантеоном. Причем, оно больше походит на летний дворец, чем на какие-то конюшни.
Еще одним именем буржуазного Тифлиса прошлого века, сохранившимся в памяти горожан до сих пор стало имя друга героя нашего повествования — тифлисского промышленника Микаэла Арамянца. В этом заслуга его благотворительной деятельности. Он открыл больницу, названную в его честь. Больница Арамянца стала второй крупной больницей города после Михайловской. Она сохранилась и работает. Ныне это первая тбилисская клиническая больница. Хотя, тбилисцы по-старинке все еще величают ее "арамянцевской больницей".
В конце XIX-го - в начале XX-го века театры, больницы, школы и училища были не про бизнес. Это была чистая благотворительность. Раньше никому и в голову бы не пришло делать на этом деньги. Это в XXI-ом веке клиники, школы и институты стали частным предпринимательством. Причем, вполне доходным. Хотя, старое гимназическое образование сейчас легко заткнет за пояс познания многих профессоров порой даже самых престижных мировых университетов. Ведь тогда еще создавали человеческий капитал, а не клепали унифицированных потребителей, с поверхностными знаниями и зашоренным кругозором. Процесс деградации стартует в мире лишь в последней четверти XX-го века. В первой четверти XXI-го века, регресс дойдет уже до точки дегенерации.
Среди архитектурного наследия Микаэла Арамянца есть и отель "Hotel Majestic", возведенный им на Головинском проспекте. На момент своего открытия эта гостиница считалась лучшей в городе и на Кавказе. Она была удостоена гран-при и золотой медали на выставке в Париже, как лучшая европейская гостиница, построенная в 1915 году. Ныне это гостиница "Tbilisi Marriott Hotel", на пр. Руставели №13. В советское время там располагалась гостиница "Интурист Тбилиси". Здание сильно пострадало во время тбилисской воны 1991-1992-ых годов, а позднее было восстановлено.
Еще одним его вкладом в развитие города стало открытие кинотеатра "Apollo" на Михайловском проспекте. Он стал первым в Тифлисе и является одним из старейших в мире. Его здание было построено в 1909 году, а сам кинотеатр распахнул двери перед публикой в 1914 году. Здание находится на пр. Агмашенебели №135. Правда, сам кинотеатр уже давно не функционирует.
Бывший владелец лучшего отеля и первого кинотеатра Тифлиса провел последние дни жизни в подвале своего дома по адресу: ул. Мачабели №6. На дворе стоял 1922 год. К тому моменту все его имущество было уже национализировано. Зато провожали его в последний путь почти всем городом. Он был похоронен на армянском кладбище Ходживанк в Тифлисе. Его могила не сохранилась. Сейчас на месте кладбища стоит собор Святой Троицы.
Довольно видное архитектурное наследие оставил городу и промышленник Александр Мелик-Азарянц. Свое состояние он сколотил на медных рудниках и медеплавильном заводе, в Зангезурском уезде. В Тифлисе у него был медно-прокатный завод, который располагался на Елизаветинской улице №180. Сейчас это улица Цинамдзгвришвили.
В 1914 году он построил в Тифлисе самый масштабный на тот момент многоквартирный доходный дом. Его и сейчас тбилисцы называют не иначе, как "Домом Мелик-Азарянца". Расположен он на пр. Руставели №37. Закончил свои дни миллионер точно также, как и Микаэл Арамянц. Все его имущество было национализировано большевиками, а сам он умер в 1923 году в подвальном помещении своего доходного дома.
Ну, и наконец еще одним "именным домом" стал особняк "табачных королей" Бозарджянцев, на улице Гудовича. Тифлисцы прозвали его "домом мадам Бозарджянц". Именно под этим именем он известен всем старым тбилисцам. Его адрес: ул. Чонкадзе №12. В свое время дом получил в Тифлисе архитектурную премию за лучший фасад. Затем слава пришла к нему уже в советский период. Помните шпионский сериал про Штирлица? Так вот как раз там московские кинематографисты снимали швейцарский эпизод кинофильма "17 мгновений весны". Как раз туда и направлялся пастер Шлаг на переговоры. Следом за ними подтянулись и тбилисские кинематографисты. Они сняли в нем эпизод из кинофильма "Берега", с Датой Туташхиа.
Вообще весь Сололаки можно назвать олицетворением скромного обаяния тифлисской буржуазии. В этом районе толстосумы конца XIX - начала XX века соревновались друг с другом в возведении роскошных особняков. В архитектурном стиле превалировала эклектика. Здесь были понамешаны, как восточные, так и западные мотивы. Тут есть и готика, и мавританский стиль, и модерн, и элементы рококо вместе с барокко. В общем все - на любой вкус и цвет. Объединяет же их то, что даже доходные дома строились исключительно для себя, а не на продажу. Тогда еще коммерсанты не изобрели девелоперства.
По состоянию на 1913 год в городе насчитывалось 15 купцов первой и 69 купцов второй гильдии. В их числе были грузины, армяне, азербайджанцы, евреи, немцы и русские. Тифлисские купцы традиционно контролировали торговлю с Востоком. Они снабжали империю товарами из Персии и из других восточных стран. Еще одним традиционным видом заработка были доходные дома. Первые этажи шли под коммерческие объекты, а жилая часть сдавалась под квартиры чиновников и офицеров. В городе, являющимся столицей Кавказа их было много. Все они получали из казны квартирные деньги. Тем самым создавался платежеспособный спрос.
Впрочем, к началу XX-го века помимо старого купечества образуется новая буржуазия - банкиры и промышленники. Открываются акционерные общества, развиваются финансы и производство. Тифлисские предприниматели снабжают всю империю чаем, табаком и папиросами. Митрофан Лагидзе запускает производство лимонада, Давид Сараджишвили налаживает выпуск коньяка, а Илья Чавчавадзе развивает банковское дело. Приобретают известность воды Боржоми.
Мощный толчок к развитию дал нефтяной бум в Баку. С учетом интенсивности застройки города в 1900-1910 годы, если бы первая мировая война началась бы всего на десять лет позднее, то Тбилиси успел бы еще сильнее рвануть вперед. Одним из мега-проектов, которые подкосила война было создание нового жилого района - "Верхнего Тифлиса". Речь шла о застройке нынешнего парка Мтацминда. Само место было выбрано не случайно. Его выгодно отличает свежий, горный воздух и уникальный климат. Летом, когда в Тбилиси царит зной и жара - на Мтацминда прохладно, а зимой, когда в городе влажность и слякоть - на плато лежит сухой снег.
Предполагалось, что плато горы Мтацминда должно было стать новым респектабельным районом. Был разработан детальный план и даже подробная схема улиц. Главной проблемой оставались лишь транспортные коммуникации, связывающие верхнюю и нижнюю части города. В 1903 году городские власти подписали договор о строительстве фуникулера с бельгийской компанией, которой на тот момент уже принадлежала городская трамвайная сеть. После ввода в эксплуатацию фуникулера он передавался ей во владение на 45 лет, а впоследствии он должен был вернуться в собственность города.
Проект фуникулера разрабатывал бельгийский инженер Альфонс Роби. Над ним также работал французский инженер Блаш. Тифлисский фуникулер был открыт в 1905 году, став единственным сооружением в Российской империи, построенным по типу дороги на Везувий. Поначалу горожане боялись им пользоваться. Бельгийская компания даже платила тифлисцам за то, чтобы они рискнули прокатиться. Постепенно страхи поутихли, и фуникулер стал популярным видом транспорта. Начался процесс облагораживания и застройки плато. Он был прерван катаклизмами начала ХХ-го века. Первая мировая война и дальнейшие события перечеркнули идею постройки нового элитного квартала. Зато вместо него появился прекрасный парк, работающий до сих пор.
Вахтанг Мгеладзе