ПЕТРОВСК. ПРЕДАНИЯ О МЕСТЕ ДЕЙСТВИЯ "РЕВИЗОРА"
В июне-месяце у петровской общественности снова обострился давний интерес к вопросу создания, пожалуй, самого популярного произведения отечественной литературы 19-го века - комедии Н.В. Гоголя "Ревизор".
На официальной странице главы Петровского района Максима Андреевича Калядина была опубликована запись, в которой говорилось, что при проведении работ по благоустройству на месте утраченного дореволюционного здания обнажился вход в подвал - "Засыпанный подвал бывших номеров Соршера. Это гостиница с трактиром 19-го века. По преданию, именно здесь останавливался знаменитый Хлестаков из комедии Н.В.Гоголя «Ревизор».
Жители в комментариях очень живо отозвалась на это событие, большинство решило, что именно это (с чего бы вдруг?) сразу подтверждает версию о том, что действие комедии "Ревизор" было в Петровске. На радостях фразу «по преданию» многие проигнорировали. К тому же, с давних пор литературное произведение Гоголя, можно сказать, почти что вписали в официальную историю города.
После подобного информационного повода я стал работать над материалом об утраченном ансамбле каменных домов, которые фасадом выходили на улицу Московскую - о тех домах, которые в Петровске по общегородской легенде принято было называть "Номера Соршер" или "Шоршевы номера". Как всегда, углубляясь в детали 3D-моделирования я не успел сделать это во время и публикация откладывалась...
Но на днях в Петровске случился новый, ещё более яркий информационный повод - наш город с литературоведческой экспедицией посетили специалисты из ИНИОН РАН (Институт научной информации по общественным наукам Российской академии наук).
Сообщается, что изучив местные предания и музейные архивы специалисты пришли к выводу, что прототипом городничего из "Ревизора" мог быть Фёдор Андреевич Керн. Первый городничий Петровска который долго занимал эту должность.
В связи с этими событями сейчас я вынужден публиковать наработку на тему «Номеров Соршер» в состоянии "как есть", без отполированных шероховатостей.
Хочу сразу рассказать о своём отношении к "Ревизору" и к желаемому многими союзу Петровска и Гоголевской комедии:
(+) Произведение очень известное, сатирическое, легкое на восприятие;
(+) Оно прекрасно подходит для театральных постановок, что дает простор для творчества литераторам и театралам;
(+) Петровск действительно может привлечь туристов за счет размышлений о том, что здесь могли происходить описываемые события столь известного художественного (!) произведения;
(-) Огромная популярность и известность "Ревизора" может затмить собой истинную историю Петровска (что вызывает у меня огромное опасение), начинается столкновение истории и литературы, когда литературное произведение излишне сильно натягивают на фундамент истории города
Петровска;
(-) меня всегда очень удивляет искреннее желание и большой порыв наших горожан стать тем самым уездным городом из "Ревизора" (где обстановка находится не в самом лучшем состоянии, местная власть и приближенные к ней берут взятки, растрачивают бюджет, имитируют деятельность).
РЕАЛЬНЫЕ СОБЫТИЯ В НОМЕРАХ «СОРШЕР»
Но какие же события действительно могли быть в этих "Номерах"?
Да и где, собственно, были сами номера и всё остальное?
Изучение истории Петровска это уравнение с большим количеством неизвестных. Поэтому, на данный момент нам известна лишь небольшая часть информации. Давайте с ней ознакомимся.
В "Номерах Соршер" в конце 19-го и начале 20-го века часто останавливалась пензенская дворянка, помещица, Наталья Александровна Иванова (девичья фамилия Королькова, а по первому мужу - Панчулидзева). Это становится известно из её дневников, которые сохранились в семье её потомка, Алексея Михайловича Олферьева. Часть записей из дневников публиковалась в различных изданиях.
Наталье Александровне от её первой свекрови по наследству досталось имение в Круглом (сегодня село Круглое Малосердобинского района Пензенской области). В 1905 году, когда по стране бушевала Первая русская революция, крайне неспокойно было и в Саратовской губернии и имение Н.А. Ивановой в Круглом пострадало в результате крестьянских восстаний. Круглое относилось к Камышинской волости Петровского уезда, поэтому Наталья Александровна приезжала из Пензы в уездный город Петровск для получения компенсации за пострадавшее землевладение от специально учрежденной для этой цели Временной комиссии. В Петровске помещица останавливалась у своей давней знакомой, Раисы Моисеевны Соршер.
Переходим к дневникам Натальи Александровны Ивановой, которые опубликованы в издании «Пензенский край в мемуарах, художественной литературе и исследованиях. Антология, книга 4» 2015 г.
***
29 июня 1906 года.
Утром приехала в Петровск. Послала телеграмму мужу, он именинник. Остановилась в номерах старой приятельницы Соршер и пошла к обедне. Служба была архиерейская — служил викарный архиерей из Вольска Палладий, народу было много. День праздничный, дел делать нельзя, поэтому сижу и беседую с Раисой Моисеевной и её другом нотариусом Феофаровым. Он оказывается очень «красный» человек, заступается за Думу, бранит Столыпина хулиганом и желает даром всю землю мужикам от помещиков отобрать. Сцепилась с ним из-за этого и, объявивши ему, что сама принадлежу к Черной сотне, я ушла к себе и стала пить чай.
Вообще, я, приехавши в Петровск, опять окунулась в прошлую жизнь, когда жили мы в Круглом и приходилось бывать часто здесь по делам. Много, много здесь моих сил было положено и часто в этих номерах не спалось мне от дел по ночам. И вот, стоило хлопотать и мучиться для того, чтобы все спалили, да еще и землю отбирать хотят! Грустно, как подумаешь, что 30 лет жизни и труда пошли насмарку.
***
Примечания: 1) Феофаров - Владимир Алексеевич, нотариус г. Петровска; 2) "Красный" - человек социалистических взглядов, противник действующей на тот момент власти; 3) "Черная сотня" - противоположная сторона, полностью лояльная самодержавию и монархии.
Далее из записей в дневниках можно узнать о пожарах, которыми во время революции 1905 года были объяты близлежащие имения помещиков недалеко от Петровска.
***
2 июля 1906 года
Когда Кожина рассказывала мне о том, как они бывши у Кропотовых в гостях узнали, что горит Кожинка, и как она и дочь, уезжая от Кропотовых прямо в Петровск, боялись глядеть в сторону своего имения и ехали как помешанные, мне было страшно тяжело слушать. Она говорит, что это было 28–29 числа в ночь, и подъезжая к Петровску, мы ужаснулись, увидя в стороне Даниловки, целое море огня — это горели заводы Лейхтенбергского, усадьба Усовых, наше Круглое и Камышенка князя Гагарина. Она говорит, что картина была ужасная — море огня по горизонту.
...
Кожина говорит, что ни за что не будет жить в деревне и строиться, а купит в Петровске дом и будет жить в городе.
***
Примечание: 1) Кожина - жена Михаила Яковлевича Кожина, помещика села Кожинка, это коллежский асессор, земский начальник 3-го участка Петровского уезда Саратовской губернии; 2) Кропотовы, Усовы, Лейхтенбергский, Гагарин - также помещики с владениями в Петровском уезде.
Автор дневников, ожидая правильного решения вопроса Временной комиссии по возмещению убытков, продолжает проживать в "Номерах Соршер" и общаться с местной интеллигенцией и другими помещиками (многие также останавливаются в номерах у Р.М. Соршер). Из-за того, что её вопрос пока что не удаётся решить, на какой-то момент под действием эмоций она даже задумывается сменить свои взгляды. Также мы узнаем, какое событие могло произойти у входа в "Номера Соршер" (сейчас рядом с этим местом установлена площадка для контейнеров ТБО) - помещики начинают громко разговор на политические темы и судьбы России, который привлекает внимание многолюдной Базарной площади.
***
5 июля 1906 года
Вечером с нами гулял Феофаров, и я ему все говорила о своем деле — мы с ним относительно петровских деятелей начинаем сливаться душой, и я, кажется, готова перейти из черносотенцев в революционный лагерь."
26 июля 1906 года
Сегодня утром стали приезжать землевладельцы для выборов гласных. В гостинице стоял шум. Но, ожидаемый мною Васильчиков не приехал, опять даром проехалась в Петровск.
...
Подходя к дому, на крыльце встретила Прибыткова навеселе и стала с ним говорить. Подошел Ермолаев Николай Сергеевич и вступил в разговор, а затем и в спор с Прибытковым. Говорили о народном образовании. Прибытков говорил, что мало школ для народа, а Ермолаев, возвысив голос, доказывал, что он раньше стоял за школы, а теперь издать надо закон о прекращении и закрытии всех школ, гимназий и реальных училищ — потому что в них не учатся, а чёрт знает что делают. Он говорил так громко и так горячился, что около нас стала собираться толпа — мне это показалось неловко. Что-то выходило похожее на митинг, тем более, что и Прибытков не стеснялся и тоже говорил в весьма либеральном тоне. Наша хозяйка еврейка Раиса совсем испугалась, засуетилась и стала тянуть меня за рукав, прося увести Ермолаева. Наконец мне удалось его утащить в дом — чуть не силой, взявши за руку, а то он все хотел говорить.
***
Примечание: 1) Вероятно, Прибытков Владимир Александрович, владевший имением в с. Лопатино Петровского уезда; 2) Ермолаев - один из братьев Ермолаевых, помещик с имением в селе Спасско-Александровке Петровского уезда, которое также пострадало в 1905 году.
Останавливался ли в номерах у Соршер литературный персонаж Хлестаков? Разыгрывали ли перед ним "концерт" Бобчинский и Добчинский вместе с городничим (давая взятки, кстати) в этом месте?
Не знаю, но вот обсуждение землевладельцами политической и социальной обстановки во время Первой русской революции здесь действительно имело место быть!
Кстати, автор дневников, Наталья Александровна Иванова, всё ещё приезжала в Петровск даже в 1917 году, уже после Февральской революции, но ещё до Октябрьской. Сначала остановилась в гостинице "Биржа" (интересно, где это было?) со скверными условиями, но позже перешла в давно знакомые ей "Номера Соршер".
***
2 мая 1917
Поезд сильно опаздывает, и мы на рассвете в три часа подъезжаем к Петровску. По обыкновению извозщиков на вокзале мало, беру вместе с каким-то евреем возницу и за два рубля доезжаем до гостиницы «Биржа». Дают номер, грязный, сырой, с сильным запахом гнили и сырости.
....
… пошла домой в номера «Соршер», куда вчера перешла, испугавшись грязи «Биржи».
***
АНСАМБЛЬ УТРАЧЕННЫХ КАМЕННЫХ ДОМОВ
А теперь от истории перейдем к архитектуре, к целому утраченному ансамблю каменных домов в самом центре города.
Думаю, как уже стало понятно, что владелицей "номеров" была Раиса Моисеевна Соршер, еврейка по национальности. В справочнике "Вся торгово-промышленная Россия" 1913 года в Петровске меблированные комнаты могли предоставить: Раиса Моисеевна Соршер, Вениамин Алексеевич Соршер (о нём пока что ничего неизвестно) и Нестеров Тимофей Михайлович.
Все знают, как только в Петровске у нас не произносят фамилию Соршер - Соршев, Шоршер, Шорох, Шорев. Очень часто звучит "Шоршевы номера". Как оказалось, что правильнее всего будет не "Номера Соршера" а "Номера Соршер", т.к. владелицей, по всей видимости, оказалась Раиса Моисеевна Соршер.
Также городские легенды записывали все каменные дома на нечётной стороне улицы Московской тоже к "Соршер", что неверно. По стилям их фасадов видно, что дома были разные, разных владельцев. Согласно плану города 1904 года земля здесь была поделена на четыре участка.
Первый и самый большой, должно быть, принадлежал семье Соршер. Здесь, изначально построенный дом в форме буквы "Г", большей частью выходящий на Московскую улицу, позже был расширен, после чего весь участок оказался застроен, за исключением небольшого двора-колодца.
Второй участок, возможно, принадлежал человеку с фамилией Абросимов. Это предположение я сделал исходя из того, что на дореволюционных фотографиях видно вход с надписью "АПТЕКА". Согласно "Справочнику абонентов телефонной сети Петровска" 1927 года советская аптека располагалась в бывшем доме Абросимова, где также квартировали канцелярия и дежурная комната Советской милиции. На земельном участке Абросимова были выстроены два каменных двухэтажных дома разной высоты, объединенные проездной аркой во двор.
Следующий, третий участок неизвестного нам владельца с двумя каменными двухэтажными домами одинаковой высоты, в одном из них была проездная арка на первом этаже.
Четвертый участок неизвестного владельца, самый большой. Сейчас здесь остался каменный дом, в нём находится ресторан "Северъ". Согласно планировке, этот земельный участок простирался до места, где сейчас организован проезд между гаражами за пятиэтажным домом на Некрасова. Здесь даже был небольшой сад!
В момент сноса домов в конце 20 - начале 21 века они имели следующую нумерацию:
Дом Соршер - Московская, 93;
Дома Абросимова (?) - Московская, 95 и 97;
Дома неизвестного владельца - Московская, 99;
Единственный сохранившийся из них дом - тот, где сегодня находится ресторан "Северъ" - Московская, 101.
Можем сравнить последнюю нумерацию с нумерацией советского периода, когда эти дома были на улице Карла Маркса - 127 (93), 129 и 131 (95 и 97), 133 (99), 135 (101).
Дома №99 были снесены самыми первыми. Точной датировки нет, но произошло это не позже 2004 года. Следующим оказался один из домов Абросимова (?), №95. Скорее всего, его снос произошел летом 2010 года. После пожара кровли в 2014 году осенью 2017-го разрушили Дом Соршер (№93). Последним оставался второй, малый дом Абросимова (?) №99, который снесли не так давно - в июле 2021 года. Можно вспомнить, что в нём до последнего момента располагался ювелирный магазин "Топаз". Ну а дом №101 сохранился до сих пор - это ресторан "Северъ".
Вернёмся к дому Соршер, на то место, где сейчас создается сквер, ближе к углу улиц Московской и Некрасова.
Старожилы хорошо помнят, что в середине 20 века на втором этаже дома были квартиры командного состава Штаба батальона аэродромного обслуживания авиационного полка, в деревянной пристройке к бывшему дому Соршер санитарная часть Штаба и её медицинский склад в подвале.
Многие отчетливо помнят парикмахерскую, вход в которую располагался в первой двери от угла улиц Московской и Некрасова. В 2000-е и до сноса здания здесь располагался магазин автозапчастей. До революции это был вход в контору того самого нотариуса с социалистическими взглядами - Феофарова Владимира Алексеевича . Над дверью здесь был красивый навес.
На этой же стороне выходящей на площадь, левее от этого входа было ещё две двери. Ближайшая дверь, вероятно, вход в одну из лавок (над дверью вывеска с циферблатами и буквы, похожие на М. Таро или М. Гаро). На фотографиях советского периода эта дверь заложена. Перед дверью также был спуск в подвал, который оказался запечатлен на старой фотографии. Именно этот подвал и был обнаружен несколько раз при сносе Дома Соршер (дерево, которое недавно срубили, послужило хорошим ориентиром для сопоставления). Ещё левее от вышеупомянутого входа в подвал был вход, вероятно, в сами "Номера "Соршер". Этот вход украшал такой же навес, как и вход в контору нотариуса Феофарова В.А.
Когда-то здесь заканчивался Дом Соршер (когда он имел форму буквы "Г"), и слева от входа в "Номера" был проезд внутрь двора под деревянной террасой, соединяющей две части отдельно стоящих домов на этом участке. Позже (в неизвестное нам время) дома будут объединены, образуется проездная арка во двор над которой заложат полноценный второй этаж. Сейчас на месте проездной арки площадка контейнеров для ТБО.
До второй половины 1970-х со стороны улицы Московской был вход в магазин "КНИГИ", который многие помнят как КОГИЗ - Книторговое объединение государственных издательств. Говорят, что до книжного здесь бы продуктовый магазин. После того, как книжный магазин съехал в новопостроенный дом на углу Московской (К. Маркса) и Энгельса, сюда въехал плодовощной магазин (название "КоопТорг"?). В 21 веке здесь был вход в магазин "Дизайн".
На дореволюционных снимках двери в этом месте нет, есть окно, а сверху вывеска с четырьмя строками, на которой можно различить только вторую - "Пива и мёда". Дверь же находилась правее, на советских фотографиях здесь как раз окно. Именно здесь была размещена мраморная табличка в начале 21-го века "Петровский гостинный двор. Номера Соршера. Конец XIX в."
Рядом, ближе к середине фасада, до революции был ещё один вход, над дверью которого была вывеска "Швейные машины компании Зингер".
Спасибо за внимание!
Надеюсь, что Вы прочли всю статью до конца.
Если Вам не безразлична история города Петровска, прошу поделиться этим материалом любым удобным способом.
С уважением, Бочкарев Александр, 10.08.2025.