В прошлый раз мы остановились на том, что, как писал краевед Дмитрий Малинин, популярность Загородного сада заметно снизилась среди горожан. А сегодняшний рассказ начнём с воспоминаний конца XIX века.
Почтенная публика
Например, вот повествование сына калужского архитектора Петра Гусева о Загородном саде его детства: «По каждой стороне стояло несколько городовых, чтобы никто не пролезал через загородку в сад, но некоторых детей они пропускали, соглашаясь на просьбы нянек, чтобы только не шалили. В таких случаях я был одним из счастливых.
По воскресным дням в сад из центра города катили на своих рысаках купеческие семьи: Грибановы, Рыжечкины, Калуновы, Черновы и т.п. А по тротуарам шла большая масса обывателей среднего достатка. На правой стороне круга (сейчас там могила К.Э. Циолковского. – Авт.) располагался оркестр военной музыки. Невдалеке был «вокзал», где танцевали.
Публика пускалась в сад за плату до 25 человек. Часть людей располагалась по скамейкам на кругу и на широкой аллее, а часть ходила взад и вперёд от губернаторского дома до противоположного конца сада. В праздники сад был роскошно иллюминирован фонариками с плошками по аллеям крест-накрест от круга. В южной части сада пускались фейерверки».
А это воспоминания князя Евгения Трубецкого из его книги 1921 года, юношество которого прошло в Калуге. Он описывал сад с 1877 года так: «В общем же от калужской окружающей жизни у меня осталось впечатление не живого действия, а какого-то сна, частью приятного и благодушного, но подчас томительно скучного. Скукой были пропитаны насквозь в особенности места общественных увеселений – городской бульвар и Загородный сад. Сами по себе оба эти места были прелестны – как бульвар с террасой и очаровательным видом на Оку, так и Загородный сад с его вековыми елями, расположенный на высоких холмах, откуда открывался вид ещё более широкий, с рекой Яченкой и дивным сосновым бором…
Увеселительные фейерверки
…Скуку наводила гуляющая публика, являвшаяся в нарядах «на музыку» и чинно маршировавшая под звуки бесконечно надоевшего марша: за десять лет моего пребывания в Калуге никогда не меняли этот марш, исполнявшийся жиденьким струнным оркестром.
Почти не менялись и номера «блестящего фейерверка», который сжигался в конце. Иногда летел нагретый спиртом аэростат со слоном. Дама притворно-наивно спрашивала у устроителя, настоящий ли будет слон, и получала ответ: «Нет-с, но очень похож-с».
И лица, посещавшие эти гулянья, были всегда одни и те же: одна и та же влюблённая парочка, одна и та же гимназистка, которая, проходя мимо меня, бросала короткую фразу: «Парле, же ву зем», обиженный прежний антрепренёр гуляний, собирающий клику гимназистов, чтобы освистать нового антрепренёра, и наконец – офицер, целый вечер пьющий ягодные воды, ухаживая за продавщицей, всё это в конце концов настолько приедается от повторения из года в год, что перестаёт смешить и развлекать.
И, однако, когда устанешь от занятий, волей-неволей пойдёшь на бульвар или в сад – искать человеческого общества, и встречаешь там почти всех гимназических товарищей, которые появлялись там в хорошие весенние, летние и осенние дни».
В 1872–1874 гг. южную сторону сада «откусывают» постройки Загородносадских казарм. Площадь рядом постепенно превращается в небольшой военный городок. Сначала на городские средства (200 тыс. рублей) были выстроены восемь корпусов, чуть позже — ещё два, а севернее возведены склады.
Там, где были Загородносадские казармы, сейчас проходит улица Парижской Коммуны (бывшая улица Париж), и некоторые из корпусов ещё живы. Чуть выше, севернее к южному ограждению сегодняшнего парка Циолковского, были построены цейхгаузы (военные кладовые) местных полков, коих было четыре здания. Они дожили до 90-х прошлого века. Сейчас на этом месте — коттеджи и частные дома калужан по Парковому переулку.
Поэт и писатель
В 1899 году Россия праздновала столетие со дня рождения А.С. Пушкина. И снова обратимся к Дмитрию Малинину: «С 1899 года, когда в саду было устроено юбилейное шествие учащихся, Загородный сад по постановлению городской Думы называется Пушкинским, хотя в нём жил Н.В. Гоголь. И поныне (1912 год. – Авт.) стоит рядом с бывшей губернаторской дачей покосившийся небольшой флигель, в котором переживал муки творчества великий писатель, творивший здесь часть своих «Мёртвых душ».
Скорее всего, в тот же юбилейный, 1899 год был установлен бюст поэта. Но качественных фотографий этого памятника нет, и его месторасположение для многих – загадка. Лишь предположения, что бюст стоял недалеко от забора с вышеописанными военными кладовыми.
Так мы с вами вошли в историю Загородного сада (отныне буду обозначать его Пушкинским) XX века. В 1902 году в день 50-летия со дня кончины Н.В. Гоголя губернская газета писала: «Если бывшая губернаторская дача в Пушкинском саду выглядит ещё довольно бодро и весело, то Гоголевский домик предан совершенному забвению, забыт городским самоуправлением. В настоящее время в нём живёт приставленный к саду полицейский служитель, инвалид николаевских времён».
В том же году Одигитриевскую улицу (сейчас Академика Королёва) решили переименовать в Гоголевскую, но этого не случилось. Улица Гоголя, которая и сейчас присутствует недалеко от парка Циолковского, появляется в 20-х годах.
Находим рассказ о Пушкинском уже саде за 1904 год: «Сад всё менее посещается публикой, но в этом году ожил благодаря обществу попечения о народном образовании, которое сняло у города этот сад и устраивало в нём народные гулянья с музыкой, играми для детей за плату по пять копеек». Общество даже хотело соорудить в саду народный театр, но не случилось.
Из архива Сергея Сычёва, Из архива Сергея Сычёва