Все знают, что в 14 лет сложно найти друзей. Но никто не рассказывает, каково это — чувствовать себя инопланетянином среди вроде бы своих.
Ты сидишь в классе и смотришь на них: шумные группки, мемы, стычки за последний кусок пиццы. Они спорят о трендах, ржут над роликами, проносят по классу чьи-то секреты, будто ветром. Тебя будто не существует.
Иногда кажется: если закрыть глаза и очень долго молчать — тебя сотрут.
Но эта история — не про исчезновение. А про то, как иногда "чужой" выбирает остаться. Или даже стать своим.
Впрочем, это не начало. Настоящая сказка началась в день, когда у меня на лбу вырос ЛУННЫЙ СЛЕД…
***
Меня зовут Валя. Обычная фамилия, обычная школа в спальном районе. Только вот… у меня с самого детства была странная родинка на лбу: круглая, серебристая, будто крохотная луна.
Меня всегда называли по-разному:
— Валя-Луносвет,
— Картошка с веснушкой,
— Спутник.
Иногда — просто "Эй, ты". Я откликался на все, смеялся, чтобы не расплакаться, и делал вид, что не замечаю, когда кто-то шепчет в коридоре: "Странный какой-то. Всегда один."
Вечерами я рисовал. Заполнял альбомы лицами — своими и чужими, пытался нарисовать Луну, чтобы понять, почему она на мне.
Однажды в столовой ко мне подсел Мишка, классовый клоун:
— Что, Волшебник Лунного Заряда, передашь мне домашку по биологии через спутник?
— Ха-ха, очень смешно, — резонно ответил я.
Но вместо злости — улыбнулся: быть "лунником" нравилось больше, чем быть никем.
***
В тот понедельник все изменилось.
У нас в классе появилась новенькая. Мила, рыжая, дерзкая, в толстовке с огромным рисунком космической ракеты.
Когда учитель представил её, она обвела всех взглядом, бросила портфель на первую парту и спросила:
— А где тут можно сесть, чтобы сразу всё видеть, но никто тебя не замечал?
Класс хохотал. Мне стало жутко знакомо это ощущение. Под конец урока Мила прошла мимо меня, и взглянула пристально:
— У тебя шикарная луна.
— ...Что?
— Родинка твоя! Она будто светится. Это круто.
Я смутился.
— Да уж, круче некуда.
— А ты знал, что лунные следы — это отметки путешественников между мирами?
Я не знал. И почему-то поверил.
***
Мы стали бродить вместе в переменах. Мила собирала истории о "чужих": тех, кто пишет стихи в телефоне, кто смотрит в окно, а не на доску, кто боится заговорить.
— Видишь, Валь, тут половина класса — чужие, просто они хорошо маскируются.
— Думаешь?
— Знаю. Моя мама — иммигрантка, папа — полуазиат, я рыжая, носатая и художница. Моя лучшая защита — ирония.
Я впервые почувствовал, что лунная отметина — не клеймо, а билет в кое-что большее.
***
Наступила зима. Класс готовился к новогоднему квесту: роли уже разобрали, сценарий написан. Мне — как обычно — не дали слова.
— Опять статисты, — буркнул я.
Мила взорвалась:
— А если мы сделаем свою роль? Тайную, незаметную, но самую крутую!
Мы сели на лестнице у окна, где никто не мешал, и стали фантазировать. Мила предложила:
— Давай напишем для тебя роль Лунного Корабля — героя из другого мира, который спасает всех тихо, а потом исчезает.
— Но кто будет знать?
— Главное — мы будем знать.
Она посмотрела мне в глаза почти серьезно:
— Валь, быть своим — это когда никто не замечает, но ощущаешь связь. Как… как интернет. Беспроводной.
Я смутился и впервые подумал: может, и правда не так важно быть в центре?
***
День спектакля. Всё как обычно: зал, родители, учителя. Но…
В какой-то момент звук оборвался. В сценарии началась накладка, ведущий растерялся. Неловкая пауза.
Мила посмотрела на меня:
— Сейчас твой выход.
Я вышел на сцену, зал был в темноте. От страха колени дрожали так, будто я собираюсь прыгнуть в космос.
Достал из кармана маленький фонарик — тот самый, что подарила Мила. Направил на лоб. Свет разбился на десятки бликов, будто лунная дорожка.
— Иногда кажется, что ты чужой. Но, может быть, именно чужие спасают мир? Может, всё дело в том, чтобы не бояться светить, даже если вокруг темно?
В зале настала тишина. Потом кто-то хлопнул, потом ещё, и ещё. Все посмотрели на меня… как будто впервые заметили.
***
После концерта ко мне подошёл Кирилл из параллельного класса:
— Крутая идея с фонариком! Я вообще-то тоже “инопланетянин” — читаю мангу под партой.
Аня, тихая отличница, добавила:
— Я всегда хотела выступить, но боялась. А ты, Валь… это было прямо в точку!
Я вышел из школы — и впервые не чувствовал стыда за свой лунный след.
***
Потом мы с Милой часто смеялись:
— Смотри, наш клуб лунных отмеченных растёт!
Я больше не прятал родинку. Даже в ТГ-канале завёл рубрику “Письма чужих” — и туда мне начали писать люди, которые годами молчали.
Как-то мне пришло сообщение:
— “Спасибо, Валя. Ты сделал мою луну не такой одинокой.”