.
.
.
У Серена Кьеркегора, особенно в таких его книгах, как Или -Или, или Отчаянье как Болезнь, есть одна интересная, глубокая, и наверное, самая сквозная мысль. Это мысль о различии меж позицией этика, и позицией человека, избравшего в качестве своей путеводительной нити эстетику. Главное различие по мысли датского философа состоит в том, что эстетика, как бы, бесконечна , в том смысле, в каком бесконечны те , или иные художественные маски, или образы, которые человек может примерять на себя всю жизнь, и эти образы и маски по своему глубоко проживать. Но поскольку, вся эта бесконечность сменяемых художественных масок или примеряемых образов, как воображаемых возможностей человека, действует лишь в конечном времени человека, (как и в конечности его жизни), как следствие, человек, рано или поздно приходит к отчаянью. Ибо отчаянье и есть трагическое несовпадение бесконечного и конечного, и примирить эти два измерения может лишь религиозная вера . Если же сравнить позицию человека избравшего эстетику, с позицией этика, позиция этика состоит в чем то обратном , ибо она состоит в принятии своей конечности , то есть, в принятии того, что я могу быть только таким -то и таким то, и действовать только так, особенно если я принимаю Бога. По своему, это очень глубокое, и наверное точное замечание Кьеркегора, хотя все таки по сути мысль его - чисто протестантская.
В конце концов не бывает бесконечной эстетики, любая эстетика держится на тех или иных предпочтениях, либо ведет к ним, если конечно эстетика не вырождается, а растет и развивается, и тем самым переходит и в этику. Как и у подлинного этика в его выборе, есть нечто, выходящее за границы его конечности, в противном случае, этика не была бы возможна, (как невозможна Этика и без фигуры Другого, и его образа, что скорее роднит этику и эстетику, чем их рознит ) . Может быть , разница меж православием и католичеством и состоит в том, что в православии , (где важнее всего образ, и святые иконы, нечто такое., что нельзя выразить, но можно лишь изобразить, или на него указать) эстетика становится этикой, а в католичестве, (чьи богослужения более красочны, и более напоминают представленья) , этика становится эстетикой, и в конце концов аскезой. Возможно, из этого различия вытекает и все дальнейшее различие меж европейской и русской культурой.
И только в протестантизме этика доминирует над эстетикой.
