Нет сущности противоречивее на свете, чем человек, хотя не он один так неоднозначен.
Я – часть той силы,
что вечно хочет
зла и вечно совершает благо.
Гете
К сожалению, как бы ни хотелось всё свести к однозначным решениям и ответам, на фоне стремления к упрощению (особенно в «духе времени», вечного — на самом деле), это редко когда осуществимо. Мир, да и человек не похожи на грамматику с её категоричностью, где чётко различаются рода, времена, одушевлённость и неодушевлённость, страдательный и активный залог. Но людей этот факт не останавливал в их попытках свести всё к одной черте, ватерлинии.
И провести границы
Меж нас я не могу.
Б. Пастернак
Несмотря на то что стремление положительно или отрицательно решить любой вопрос понятно, тест на оптимизм/пессимизм путём определения, полон ли стакан или пуст, кажется провальным. Во-первых, что за жидкость в стакане. Во-вторых, из какого материала сделан стакан. В-третьих, из какой точки на стакан падает свет. Ряд вопросов может продолжаться до тех пор, пока это занятие не наскучит и не опротивеет. Но эти вопросы правомерны, как и ответ, который бы не попал в предложенные два варианта ответа. Жизнь это не решение тестов, где возможны только А или Б, как бы нам этого ни хотелось. Жизнь того же человека, выражаясь языком теории вероятности, величина случайная, то есть нет никаких гарантий, сколько проживет отдельный Homo sapiens - 1 день или 100 лет.
Безусловно, есть в этом мире абсолюты, практически не встречающиеся в чистом виде: добро и зло, корысть и альтруизм. В реальности есть сопротивление жидкости, воздуха, поэтому школьные формулы по физике неприменимы для серьёзных жизненных (даже жизненно важных) расчётов. Так же с добром и злом: нельзя просто исключить одно, чтобы получить другое в чистом виде. Мир стал “гибридным”, и с лёгкостью (бездоказательно и непрофессионально, без достаточных компетенций) говорить, где начинается один элемент сплава, а где заканчивается другой, не представляется возможным. Так в Инь и Ян в белом есть чёрное, а в чёрном - белое.
Бешеный ритм жизни, выбирать который необязательно, подталкивает к таким попыткам. Однако невозможно запустить адронный коллайдер, если он не собран, не просчитаны все риски, не нанят персонал. Анализ сталкивается с синтезом, и беспечный исследователь пропускает меры предосторожности, запуская необратимый процесс. К «холодному» синтезу есть вопросы у научного сообщества, но если развить метафору, то именно такой вид созидания и возможен. Эволюция не спешит, галактика не спешит, а население голубого шара хочет спешить и в этой суматохе пытается создать что-то упорядоченное. «Горячему» синтезу нет места, когда речь заходит о точности и расчётливости. Скрупулёзность и глубинные знания, пусть и медленно (неспешно), но меняют мир. У больших свершений большой размах и по-во времени.
Возвращаясь к неопределённости, можно вспомнить два ярких примера: кот Шрёдингера и принцип неопределённости Гейзенберга. Первый мысленный эксперимент не нуждается в комментариях, но второй принцип достаточно интересный: если мы хотим знать импульс частицы и пытаемся его измерить, то её координата будет от нас ускользать. И наоборот. Как это применимо к добру и злу? Если известно: то, что происходит, добро, то неизвестно, где же зло. Проблема заключается в том, что в райском саду есть змей; где одно, там и другое, и второй компонент, сложно просчитать, если вообще обнаружить. К счастью, это проблемы квантового мира, но, к сожалению, и человеческого тоже. Стоит отметить, что с более полными данными, запасами вычислительной мощности и времени, решение задачи добра и зла в реальных условиях с учётом всех переменных всё же возможно.
Возникает закономерный и вечный вопрос: «А судьи кто?». Предлагается вероятный ответ: профессионалы и эксперты, которые сохраняют трезвость суждений, не горячатся и не спешат. Наука опирается на существующие наработки и методологию. Статьи не могут быть написаны без указания источников литературы и иллюстративного материала (примеров, данных, цитат).
Компетентные в своих вопросах люди могли бы давать ответы на интересующие вопросы, но от них простых «А» или «Б» — не может быть . Задавая вопросы, необходимо помнить, что ответ на них может не уложиться в искусственно ограниченный выбор из бинарных оппозиций, и неправильно обижаться на то, предложено «В» или «А+Б», или «А-Б» или «А*Б» и так далее, а не более простые ответы, которые можно найти в научно-популярной литературе, где автор свободен от строгого научного аппарата и не стесняется быть удобным для читателя.
Плохим жестом было бы давать какие-либо рецепты, поэтому в завершение, обратимся с вопросом к вечности. Есть ли что-то в нашей жизни стабильное и неизменное? Единственное, что, казалось бы, можно установить достоверно и однозначно, это наличие пульса, однако стоит отдать должное Бродскому, который в самой сильной части «Натюрморта» (заключительной) показывает, как и Иисус уходит от прямого ответа, тем самым указывая на свой собственный путь:
… — Мертвый или живой,
разницы, жено, нет.
Сын или Бог, я твой.
Однако попробуем внести немного ясности. К сожалению, придётся прибегнуть к упрощению и сказать, что зло во имя зла - есть форма абсолютного зла. Аналогично формулируется принцип для абсолютного добра. Остальное сложно назвать “чистыми” (беспримесными) формами. На примере цитаты из Гёте можно показать, что добро, совершаемое из злых намерений, не может быть названо абсолютным добром.