На крыльце аккуратно стояли чьи-то резиновые сапоги. Я сняла свои и поставила рядом.
Осторожно поднялась по ступенькам на мост.
Мостом здесь называют холодный коридор, соединяющий жилое отапливаемое помещение с крыльцом, нежилым помещением.
Там было темно.
Немного замешкавшись в темноте, Дима обнаружил ручку от двери, дёрнул, и мы, немного согнувшись, протиснулись в дом.
Тетушка, приехавшая с нами, сразу обратила мое внимание, как раньше делали двери: низкие, это, говорит, чтобы каждый входящий в дом кланялся!
Я так и не поняла, кому кланялся, тем более слышала другую версию о низких дверях в домах, банях, амбарах в северных регионах — для сохранения тепла зимой.
Спорить, естественно, не стала. 😀
Поздоровались с нынешним хозяином дома, им оказался двоюродный брат моего мужа.
Разместились на видавшем виды диване.
И воспоминания наших спутниц, приехавших повидать отчий дом, полились рекой.
Жили все в одной не очень большой комнате, посередине которой стояла огромная русская печь.
Отец их был мастеровой и много чего в доме делал сам.
А они с любовью вспоминали, как он сделал окна большие, как вешалку возле печи смастерил, чтобы детские вещи от наледи после зимних забав просушивать.
Да и много чего ещё.
Детей в семье было немало, поэтому случаев из жизни было много.
Я слушала, а у меня перед глазами то и дело мелькали картины с маленькими детьми, жившими когда-то здесь, активными и хранимыми Богом.
Они без устали лазали по деревьям, периодически падая оттуда, но это их не останавливало, ходили по перекладинам, как по канату, бились об ледяные горки, переедали рябины, купались в реке и не раз «умирали», но всегда возвращались.
Для них это были приятные воспоминания, для них это был родной, любимый дом, в который им из года в год хочется вернуться, возможно, так, окунаясь в своё детство, они что-то чувствовали приятное, понятное только им.
Но а я сидела, озираясь по сторонам, в совершенно незнакомом мне доме, очень старом, каком-то безжизненном и с очень тяжелым запахом.
Это всё как-то давило на меня, хотелось побыстрей сбежать от ощущения какой-то безнадежности.
Я шепнула мужу: «Пойдем погуляем».
Вышли. На улице была уже совсем другая картина.
Огромный чистый двор с гладко скошенной и убранной травой, новый деревянный забор, огромные раскидистые многовековые липы. Я таких лип в жизни не видела.
К одной из них была приставлена высоченная лестница, как будто в кроне скрывался маленький домик.
Вокруг простирался лес и слышался звук ручейка.
Смотря на все это, в душе поселилось смешанное щемящее чувство, от такого контраста — сказочной обстановки на улице и какой-то жуткой тоски внутри дома.
Немного отдышавшись или правильнее сказать, надышавшись свежего воздуха, мы спустились к ручью, из которого местные жители, а их, наверное, человек десять в летний период, воду набирают.
Дима даже умылся.
Потом решили спуститься к реке по склону, местами довольно-таки крутому.
Шли не спеша, с удовольствием рассматривая то, что вокруг.
Наконец-то-то увидели реку, точнее, то, что от неё осталось.
По осени будет более полная, а сейчас без дождей обмельчала, но это ее не портило.
Взору открылись большие камни, покрытые мхом, между ними просачивалась вода.
Берега были покрыты сплошным зеленым ковром из какого-то неизвестного мне растения с круглыми маленькими листиками.
Немного выше раскинулись огромные папоротники, что возникло ощущение не северного леса, а джунглей.
По рассказам, эта река раньше была метров 200 в ширину.
Подъем был труднее, чем спуск, с непродолжительными остановками, но успешно.
Наверху зашли ещё раз во двор и, сидя на крыльце, стали дожидать маму и тетю Димы, которые после посещения дома ещё и по родным окрестностям побежали.
Домой возвращались на закате.
А я ехала и думала, как же тяжко порой окунаться в чью-то память и чью-то историю.
Я вспоминаю, как в первый год я здесь в деревне дом себе купить хотела — не смогла. Я в них заходила, а там жизнь чья-то прошла, чья-то история, чья-то память, это все чувствовалось в обстановке, в присутствовавшем запахе. Это все было мне не близко. История этих домов не перекликалась с моей. Не мое. Не хотелось. Уходила из таких мест быстро и без желания вернуться.
Но знаю точно, что в жизни всегда есть где-то твоё. Даже через года, даже далеко и не всегда рядом, но оно есть, твоё, родное.
Которое почувствуешь сразу — мое.
Примешь с долгожданной радостью и никогда не покинешь.
Всем хорошего времени суток! 🤍