Когда нотариус произнес цифру наследства, Елизавета Ивановна едва не упала со стула - семь миллионов рублей и двухэтажный дом достались не ей, а невестке.
- Это невозможно! - выкрикнула свекровь, вскакивая с места. - Мой покойный муж никогда бы не оставил все этой... этой...
Она не смогла договорить, задыхаясь от возмущения. А Анна сидела бледная, не понимая, что происходит.
- Завещание составлено два года назад, - спокойно пояснил нотариус. - Василий Петрович Морозов оставляет все имущество невестке Анне Сергеевне Морозовой, как единственному человеку, который искренне о нем заботился.
- Но я же его жена! - кричала Елизавета Ивановна. - Тридцать лет замужем! А она... она всего три года как в семье!
Анна наконец обрела дар речи:
- Елизавета Ивановна, я ничего не знала про завещание. Честное слово! Может, здесь ошибка?
- Никакой ошибки нет, - твердо ответил нотариус. - Вот документ с подписью и печатями. Все оформлено по закону.
Свекровь резко развернулась к невестке:
- Ты! Ты все подстроила! Обвела вокруг пальца старика!
- Мама, прекратите! - вмешался Дмитрий, муж Анны. - Папа был в здравом уме, когда...
- Молчи! - оборвала его мать. - Ты ничего не понимаешь! Эта стерва три года ползала перед твоим отцом, заискивала! А я что, дура была не видеть?
Анна почувствовала, как внутри все сжалось. Такого поворота она не ожидала. Они пришли к нотариусу после похорон свекра, думая, что это простая формальность.
Выходя из нотариальной конторы, семья молчала. Елизавета Ивановна шла впереди, гордо подняв голову. Дима держал жену под руку, чувствуя ее дрожь.
Дома свекровь сразу же заперлась в своей комнате. А Анна села на кухне и заплакала.
- Анечка, не расстраивайся, - утешал муж. - Мама просто в шоке. Она привыкнет.
- Дима, но я правда ничего не знала! - всхлипывала Анна. - Твой папа никогда не говорил про завещание!
- Я тебе верю. Папа был справедливый человек. Значит, у него были причины.
Но вечером Елизавета Ивановна устроила настоящую сцену. Она ворвалась в их комнату без стука:
- Немедленно откажись от наследства! - требовала свекровь. - Ты не имеешь права на деньги моего мужа!
- Мама, успокойтесь, - попытался вмешаться Дмитрий.
- Не мама я тебе! - отрезала Елизавета Ивановна. - Пока эта змея живет в моем доме, у нас нет никаких отношений!
- Это уже не ваш дом, - тихо произнесла Анна. - По завещанию он мой.
Повисла гробовая тишина. Свекровь побледнела еще больше:
- Что ты сказала?
- Дом тоже переходит ко мне. Так написано в завещании.
Елизавета Ивановна схватилась за сердце и осела на кресло. Дмитрий бросился к матери:
- Мама, вам плохо?
- Меня... меня выгоняют из собственного дома! - простонала свекровь. - Тридцать лет я здесь прожила, а теперь какая-то выскочка...
- Никто вас не выгоняет! - возмутилась Анна. - Живите спокойно! Мне что, дом нужен?
- А зачем тогда приняла наследство? - злобно спросила Елизавета Ивановна.
Анна растерялась. Действительно, зачем? Ей эти деньги совсем не нужны были. У них с Димой все в порядке - он программист с хорошей зарплатой, она работает в банке. Живут скромно, но достойно.
А вот свекор последние годы был совсем один. Елизавета Ивановна все время проводила с подругами - в театры ходила, по санаториям ездила. Дома появлялась только переночевать.
И правда, именно Анна ухаживала за Василием Петровичем. Готовила ему, лекарства покупала, к врачам возила. Когда он заболел воспалением легких, она две недели не отходила от его постели.
- Он был мне как родной отец, - тихо сказала Анна. - Мои родители рано ушли из жизни. А Василий Петрович стал мне опорой.
- Не смей так его называть! - взвизгнула свекровь. - Ты ему никто! Чужой человек!
- Елизавета Ивановна, а где вы были, когда ему было плохо? - не выдержала Анна. - Когда он лежал с температурой, вы были в Сочи! Когда его к кардиологу возили - вы в театре с подругами сидели!
- Как ты смеешь! - вскочила свекровь. - Я тридцать лет была ему женой!
- А я три года была ему дочерью! - ответила Анна и вышла из комнаты.
За ней увязался Дмитрий:
- Аня, что ты делаешь? Зачем ссоришься с мамой?
- А что я не так сказала? - развернулась жена. - Твоя мама думала только о себе! А твой папа умирал от одиночества!
- Не говори так про маму!
- Тогда не говори про папу! - Анна чувствовала, как закипает от несправедливости. - Я его любила! Настоящего! А не его деньги!
Дмитрий задумался. В глубине души он понимал - жена права. Мама действительно мало времени проводила с отцом. А Анна... Анна стала для папы светом в окошке.
Но признать это вслух он не мог. Мама все-таки мама.
Следующие дни в доме царила напряженная атмосфера. Елизавета Ивановна демонстративно не разговаривала с невесткой. Готовила только себе, телевизор смотрела на полную громкость, по телефону жаловалась подругам:
- Представляете, какая неблагодарность! Я ее как родную принимала, а она меня из дома выгоняет!
Анна терпела, но каждый день было все тяжелее. На работе коллеги поздравляли с наследством, а дома - сплошной негатив.
Дмитрий метался между женой и матерью, никого не мог поддержать открыто. Дома молчал, на работе срывался на подчиненных.
А потом случилось то, что переполнило чашу терпения Анны.
Она пришла с работы и обнаружила, что свекровь перевесила замки на комнате Василия Петровича - той самой, где хранились все его личные вещи.
- Что это значит? - спросила Анна.
- А то и значит! - ответила Елизавета Ивановна. - Его вещи - мои! Я жена, а не какая-то там невестка!
- Но в завещании сказано...
- В завещании сказано про дом и деньги! А личные вещи - это другое дело!
Анна почувствовала себя так, словно ее ударили. В той комнате остались фотографии, где она с Василием Петровичем. Его любимые книги, которые они вместе читали. Шахматы, в которые они играли по вечерам.
Это были не просто вещи. Это была память.
- Отдайте мне хотя бы фотографии, - попросила Анна.
- Ни одной! - отрезала свекровь. - Нечего чужому человеку семейные реликвии забирать!
Вечером Анна рассказала обо всем мужу. Дмитрий нахмурился:
- Мама, это неправильно. Папины вещи тоже входят в наследство.
- Не входят! - возразила Елизавета Ивановна. - Личные вещи супруга переходят к супруге! Это закон!
- Какой еще закон? - удивился Дмитрий.
- Я в интернете читала! - торжественно заявила свекровь.
Анна устало вздохнула. Понятно, что никакого такого закона нет. Но спорить уже не хотелось.
На следующий день она пошла к нотариусу.
- Скажите, пожалуйста, могу ли я отказаться от наследства в пользу свекрови? - спросила Анна.
Нотариус удивился:
- Можете, конечно. Но зачем? Это же серьезные деньги.
- Мне они не нужны. Я не могу больше жить в этой атмосфере.
- Подумайте еще. Отказ от наследства - необратимое действие.
Анна кивнула и ушла. Дома она объявила о своем решении.
Елизавета Ивановна просияла:
- Вот это правильно! Наконец-то ты поняла!
А Дмитрий растерялся:
- Аня, ты серьезно?
- Абсолютно. Завтра иду к нотариусу.
- Но папа хотел, чтобы это досталось тебе!
- А я хочу, чтобы в нашей семье был мир.
Елизавета Ивановна тут же побежала звонить подругам - делиться радостной новостью. А Анна и Дмитрий остались наедине.
- Спасибо, - тихо сказал муж. - Ты очень благородно поступаешь.
- Дима, а ты помнишь, что твой папа говорил в последний день?
Дмитрий задумался. Отец был уже очень слаб, но сознание не терял.
- Он сказал: "Береги Анечку. Она золотой человек. Таких мало".
- А еще что-то говорил?
- Да... - Дмитрий напрягся, вспоминая. - Он сказал: "Я все для нее сделал. Пусть живет спокойно. Пусть не мучается".
Анна кивнула:
- Вот видишь. Он хотел, чтобы я была спокойна. А какой тут покой с такими скандалами?
Утром Анна действительно пошла к нотариусу. Оформила отказ от наследства. Теперь все доставалось Елизавете Ивановне как единственной наследнице.
Свекровь ликовала. Сразу же сняла замки с комнаты мужа, начала планировать ремонт, думать, как потратить деньги.
А Анна наконец почувствовала облегчение. Закончились упреки, злобные взгляды, постоянное напряжение.
Но через неделю произошло кое-что еще.
Анна получила звонок от нотариуса:
- Анна Сергеевна, к нам обратилась Елизавета Ивановна. Она утверждает, что в завещании ошибка.
- Какая ошибка?
- Она говорит, что муж никогда не составлял завещание. И требует провести экспертизу подписи.
Анна опешила. Значит, свекровь не успокоилась даже получив все наследство?
- И что вы ответили?
- Сказал, что экспертизу проводить будем. Но предупредил - если подпись окажется подлинной, она понесет все расходы.
Анна положила трубку и задумалась. Выходит, Елизавета Ивановна подозревала ее в подделке завещания? Даже после отказа от наследства?
Вечером она рассказала мужу о звонке нотариуса.
Дмитрий покраснел:
- Мама что, совсем рехнулась? Ты же отказалась от денег!
- Видимо, твоя мама думает, что я подделала завещание.
- Это уже слишком! - возмутился Дмитрий.
Он пошел к матери выяснять отношения. Разговор был бурным - даже через закрытую дверь слышались повышенные голоса.
Когда Дмитрий вернулся, он был мрачнее тучи:
- Мама сказала, что подозревала это с самого начала. По ее мнению, папа никогда не оставил бы деньги не ей.
- А она не подумала, почему?
- Я ей об этом сказал. Напомнил, как ты за папой ухаживала. Знаешь, что она ответила?
Анна молча ждала.
- Она сказала: "Значит, она специально старалась, чтобы завещание получить".
Анна почувствовала, как что-то внутри окончательно сломалось. Получается, в глазах свекрови ее забота о Василии Петровиче была корыстным расчетом?
- Дима, а ты как думаешь?
Дмитрий долго молчал. Потом тихо сказал:
- Я думаю, папа все сделал правильно. И завещание настоящее.
- Откуда ты знаешь?
- Потому что я был с ним, когда он его составлял.
Анна ахнула:
- Что?
- Два года назад папа попросил меня отвезти его к нотариусу. Сказал, что хочет завещание написать. Я думал, что на маму, конечно. А оказалось...
- И ты молчал все это время?
- Папа попросил никому не говорить. Сказал, что время придет - все узнают.
Анна села на диван, не веря услышанному:
- Значит, ты знал, что наследство достанется мне?
- Знал. И знал почему. Папа сказал: "Аня меня любит просто так. А мама любит только то, что я могу дать".
Слезы подступили к горлу. Значит, Василий Петрович действительно все понимал.
- Дима, а почему ты мне раньше не сказал?
- Боялся, что ты подумаешь, будто я согласен с папиным решением. А мне было сложно выбирать между мамой и тобой.
Анна поняла, как мучился муж все это время. Разрываться между двумя близкими людьми - тяжелая ноша.
- И что ты сейчас думаешь?
Дмитрий обнял жену:
- Я думаю, что ты поступила благородно, отказавшись от денег. Но мама поступает подло, обвиняя тебя в подделке.
- Что будем делать?
- Пусть проводят экспертизу. Пусть мама убедится, что завещание настоящее. А потом... потом я с ней серьезно поговорю.
Экспертиза заняла две недели. И, конечно же, подтвердила подлинность подписи Василия Петровича.
Когда Елизавета Ивановна получила результаты, она долго сидела молча. Потом подошла к Анне:
- Получается, завещание настоящее?
- Получается, да.
- А ты... ты действительно отказалась от семи миллионов?
- Действительно.
Свекровь задумалась. Потом неожиданно спросила:
- Зачем?
- Затем, чтобы в семье был мир. Мне деньги не нужны. А вам они важнее.
Елизавета Ивановна опустила глаза:
- Значит, Вася правильно тебя оценил.
Это прозвучало почти как извинение.
А еще через несколько дней свекровь неожиданно объявила:
- Я половину денег тебе переведу.
- Не нужно, - ответила Анна.
- Нужно! - твердо сказала Елизавета Ивановна. - Вася хотел, чтобы деньги достались тебе. Значит, так тому и быть.
- Но вы же сами...
- Я была дурой! - перебила свекровь. - Завидовала, что муж тебя больше любил. А теперь понимаю - он любил тебя за то, что ты его просто любила. Без расчета.
Анна растрогалась. Наконец-то Елизавета Ивановна поняла.
- Знаете что, - сказала Анна. - Давайте деньги потратим на что-то хорошее. Папа хотел внуков. Может, отложим на образование будущих детей?
Свекровь просияла:
- Это прекрасная идея! Вася был бы счастлив!
И в тот момент Анна поняла - настоящая семья у них только начинается. Потому что настоящая семья строится не на деньгах, а на понимании и прощении.
А самое главное - на любви, которая ничего не требует взамен.