Найти в Дзене
Популярненько

В Москве я был в коконе. Сбежавший Артур Смольянинов внезапно прозрел и затосковал по России: почему его откровениям уже никто не верит?

Устали от звезд, которые сначала громко хлопают дверью, а потом, поджав хвост, скребутся в нее обратно? Вам кажется, что справедливость где-то затерялась, а вчерашние кумиры ведут себя, мягко говоря, непоследовательно? Держитесь крепче. Похоже, на нашем звездном небосклоне намечается очередной "камбэк" с привкусом горького разочарования. Главный герой драмы – Артур Смольянинов, еще недавно делавший громкие заявления из-за рубежа. Теперь он, видите ли, затосковал по московским сервисам и комфорту. Давайте без лишних сантиментов разберемся, что это – запоздалое прозрение, холодный расчет или просто банальная тоска по утраченным гонорарам? Помните, с какой помпой все эти "таланты" покидали нас? Казалось, они едут в некий волшебный мир, где их ждут распростертые объятия, мировое признание и молочные реки с кисельными берегами. Артур Смольянинов, осевший в Латвии, похоже, первым добрался до конца этой сказки и обнаружил, что за последней страницей – суровая проза жизни. "Наверное, сам
Оглавление

Устали от звезд, которые сначала громко хлопают дверью, а потом, поджав хвост, скребутся в нее обратно? Вам кажется, что справедливость где-то затерялась, а вчерашние кумиры ведут себя, мягко говоря, непоследовательно? Держитесь крепче. Похоже, на нашем звездном небосклоне намечается очередной "камбэк" с привкусом горького разочарования.

Главный герой драмы – Артур Смольянинов, еще недавно делавший громкие заявления из-за рубежа. Теперь он, видите ли, затосковал по московским сервисам и комфорту. Давайте без лишних сантиментов разберемся, что это – запоздалое прозрение, холодный расчет или просто банальная тоска по утраченным гонорарам?

"Самое сложное в Латвии – это бюрократия": Внезапное открытие актера

Помните, с какой помпой все эти "таланты" покидали нас? Казалось, они едут в некий волшебный мир, где их ждут распростертые объятия, мировое признание и молочные реки с кисельными берегами. Артур Смольянинов, осевший в Латвии, похоже, первым добрался до конца этой сказки и обнаружил, что за последней страницей – суровая проза жизни.

"Наверное, самое сложное в Латвии, довольно серьёзная бюрократия. Записаться к врачу - проблема, записаться в барбершоп - проблема."

Честно говоря, когда я читаю такое, у меня в голове возникает картинка из старого анекдота. Представляете, человек, который в Москве был звездой первой величины, вдруг сталкивается с реальностью обычного человека. Оказывается, в "свободном мире" нужно стоять в очередях, самостоятельно звонить в регистратуру и, о ужас, ждать записи на стрижку!

А ведь он сам признается, что его природа "другая". Какая же, интересно? Та, что привыкла к ассистентам, решающим бытовые мелочи по щелчку пальцев? Похоже, что латвийский быт стал для актера настоящим холодным душем, смывшим остатки иллюзий о прекрасном далёко. И ведь никто не предупредил, что Европа – это не филиал Рублевки.

Рижские будни оказались не такими радужными, как представлялось из московской квартиры.
Рижские будни оказались не такими радужными, как представлялось из московской квартиры.

Из кокона – в реальный мир: Тоска по московскому комфорту

И вот тут начинается самое интересное. Ругая латвийскую нерасторопность, Смольянинов вдруг начинает с ностальгией вспоминать Москву. Ту самую, из которой он так спешил уехать. Он говорит, что в России мог позволить себе "существовать в консервации и изоляции".

Перевожу с актерского на человеческий: "у меня была хорошая машина, статус, деньги и возможность ни о чем не париться". Доставки работали как часы, такси приезжало за три минуты, а полки магазинов ломились от продуктов. Он жил в уютном коконе, сплетенном из славы и гонораров, и просто не замечал, как устроен мир за окном его дорогого автомобиля.

И вот тут, знаете, хочется задать простой вопрос: а он что, всерьез думал, что в Риге его ждет личный водитель и ассистент, который по щелчку пальцев найдет ему лучшего доктора? Это поразительная инфантильность для взрослого мужчины. Он сам признается, что у него и в Москве-то друзей особо не было.

Так на что он рассчитывал? Что вся Латвия бросится решать его бытовые проблемы, узнав в нем звезду российского кино? Ну, знаешь, как говорится, новая страна – новые правила. И одно из них: ты здесь больше не особенный.

В Москве Смольянинов был на пике славы и, кажется, не замечал тех бытовых мелочей, по которым теперь так скучает.
В Москве Смольянинов был на пике славы и, кажется, не замечал тех бытовых мелочей, по которым теперь так скучает.

Сестра по несчастью? Привет от Чулпан Хаматовой

И конечно, какой же разговор о "возвращенцах" без упоминания Чулпан Хаматовой? Смольянинов называет ее "сестрой", и это, честно говоря, многое объясняет. Они как два сообщающихся сосуда, только вот жидкость в них – смесь из творческих метаний и громких заявлений – переливается очень уж избирательно. Чулпан тоже, как мы помним, не в восторге от заграничной жизни. То язык ей учить сложно, то роли не те, то публика не так аплодирует.

Но вот что поразительно. Смольянинов, с его резкими высказываниями, числится в списках иноагентов и экстремистов. А Хаматова, которая тоже, мягко говоря, не молчала и позировала с флагами сопредельных государств, до сих пор обладает кристально чистым статусом. Почему так, а? Не пойму!

Это какой-то избирательный подход или у Чулпан просто покровители посерьезнее? Это, пожалуй, один из тех спорных тезисов, который заставляет задуматься: а так ли равны все "уехавшие" перед лицом закона и общественного мнения? Похоже, что даже в стане оппозиционеров есть свои "любимчики".

Чулпан Хаматова, коллега и "названная сестра" Смольянинова по убеждениям, тоже не раз намекала на трудности за границей.
Чулпан Хаматова, коллега и "названная сестра" Смольянинова по убеждениям, тоже не раз намекала на трудности за границей.

Прозрение или холодный расчет? Почему их никто не ждет

Так что же мы имеем в сухом остатке? Целую плеяду "талантов", которые с удивлением обнаружили, что за границей они никому особо не нужны. Их былая слава осталась в России, вместе с полными залами, высокими гонорарами и обожанием публики. Там, в новой реальности, они просто одни из многих. И, конечно, на этом фоне Москва начинает казаться им настоящим раем.

Я вот, например, когда-то тоже думала, что где-то там трава зеленее. Но потом поняла простую вещь: твой сад – там, где ты его сам вырастил и поливал годами. А пытаться пересадить взрослое, капризное дерево в чужую почву – гиблое дело. Оно либо не приживется, либо будет вечно чахнуть.

Их ностальгия – это не тоска по березкам. Это тоска по собственной значимости. Они променяли статус небожителей на незавидную роль обычных эмигрантов, которым нужно самим записываться к врачу. Ирония судьбы, не находите? Они думали, что бегут от "режима", а на самом деле убежали от самих себя – успешных, востребованных и обласканных.

И теперь, столкнувшись с реальностью, они хотят отыграть все назад. Но вот незадача: здесь их места уже заняты. А зритель, которого они когда-то оставили, научился жить без них. И, честно говоря, прекрасно себя чувствует.

Контраст миров: динамичная Москва против размеренной Европы. Для многих наших звезд этот выбор оказался очень показательным.
Контраст миров: динамичная Москва против размеренной Европы. Для многих наших звезд этот выбор оказался очень показательным.

Хлопните лайком, если тоже считаете, что за слова и поступки нужно отвечать! И жмите "подписаться", чтобы вместе с нами и дальше срывать маски с самых обсуждаемых персон шоу-бизнеса. У нас тут всегда горячо!

А как вы думаете, стоит ли давать второй шанс таким ‘возвращенцам’, или их поезд ушел окончательно и бесповоротно?