Не нужно было слушать консультанта и покупать все, что она нахваливала. Вместо платья на этом вечере прекрасно подошел бы один из моих летних костюмов, вместо туфель на головокружительно высоких каблуках – любимые лодочки.
Поездка к родителям сыграла со мной злую шутку. Не с таким настроением и не в таких нарядах являются на деловые ужины. Успокаивало лишь то, что никто больше не сможет упрекнуть меня за неподобающий высоким начальским требованиям внешний вид.
Оставалось как-то собраться, расправить плечи и подогнать внутреннее состояние под упаковку.
Я искренне верила, что последнее окажется адски сложной задачей – за несколько лет работы на Дамира я расслабилась и забыла, каково это – ощущать себя в центре внимания. Прежний босс предпочитал брать в ресторан своих дам. Совмещал приятное с полезным, пока я в офисе, как в Центре управления полетами, проверяла всю полученную им информацию.
С Дамиром было легко. Должность его помощницы словно доктор прописал. Но сегодня от меня ждали другого. Не опозорить, подсказывать, быть рядом.
Легко на словах, а в жизни...
Словно больной клаустрофобией на пороге тесной комнаты, я с минуту потопталась у дверей ресторана. Пожевала губы... А дальше произошло то, на что и не надеялась.
Старая закалка сделала свое дело. Я не хотела улыбаться, но уголки губ сами растянулись в стороны. Душа требовала скрутиться в позе эмбриона в каком-нибудь темном углу, но легкими уверенными шагами я поплыла по залу в сторону поджидавшего Абашева.
Привычная когда-то роль. «Главное – дышать!» – напомнила я себе.
* * *
О том, что никакие вопросы сегодня решаться не будут, можно было догадаться заранее. Подготовка к современным переговорам мало чем отличалась от ритуальных танцев древних охотников. Да, никто не прыгал в коротких юбках у костра и не демонстрировал друг другу ловкость. Но это был лишь фон.
Как и тогда перед охотой, одинаково важно было убедить соперника или партнёра в своей силе и возможностях. Для этого в ход шло все: красивые, обвешанные золотом и бриллиантами женщины, дорогие костюмы и аксессуары, разговоры о виллах, яхтах, акциях и коллекциях авто.
По мне, лучше бы они собирались в кружок посреди комнаты «WC» и линейкой померили бы свои достоинства. Расходов и суеты точно было бы меньше, а скорость переговоров, возможно, выросла бы в разы.
К сожалению, даже предложить такую идею было нельзя. Только подыгрывать в ритуальных плясках. Тянуть губы в улыбке. Стараясь не перепутать имена, сыпать комплиментами. И тихо, незаметно орошать комнатные цветы шампанским.
За цветы было обидно. За губы – тоже. С непривычки лицевые мышцы ныли и требовали прекратить насилие.
Как и шампанское, мужчины никаких тёплых эмоций не вызывали. Возможно, будь я в одном из своих обычных костюмов, внимание переносилось бы легче. Но бегать в номер переодеваться было чересчур даже для меня.
Приходилось держаться. Мужественно выслушивать комплименты и терпеть якобы случайные прикосновения к спине. Восхищаться и ахать сказочным рассказам о жизни. В редких случаях, когда мне позволяли открыть рот, хвалить «А-групп». И стараться не обращать внимания на отстраненную холодность собственного босса.
Как ни странно, именно это давалось труднее всего. Умом я понимала, что вместо меня рядом с ним должна была находиться другая. Что я всего лишь ходячий компьютер и он, наверное, до сих пор злится из-за опоздания своей дамы. Но все равно почему-то цепляло.
Сын будущего партнёра разливался соловьем, активно пытался споить меня шампанским, предлагал ночную экскурсию по Сочи. А я даже не слушала все эти оды.
«Марату очень повезло, что у него такая потрясающая помощница».
«Вы необычная. Я вас вначале не заметил. Сама скромность на фоне местного пестрого цветника. А сейчас отпускать от себя не хочу».
«Мы обязательно сработаемся. Обещаю регулярно похищать вас у начальства и увозить сюда, в Сочи, чтобы вы больше отдыхали и меньше работали».
Запас комплиментов и предложений разной степени скромности, казалось, не закончится никогда. С безмолвного, безучастного одобрения Марата он два часа истязал мои уши.
А я как дура больше всего хотела сбежать с этого праздника жизни. Обняв свой живот, устроиться в тёплой ванне и ни о ком не думать.
Наверное, неправильно. Когда ещё кто-то так настойчиво станет искать моего внимания? «Всегда будешь одна!» – как уколы иголкой, вспоминались слова мамы. Но перебороть себя было сложнее. Марат по-прежнему меня игнорировал. Уголки губ больше не тянулись в стороны. А ванна в номере так и манила.
К сожалению, исполнить мечту удалось уже почти ночью.
Попрощавшись с последними из гостей, я сбежала на летнюю террасу, выпила стакан горячего молока, к которому за много лет привыкла дома. И уже свободная от работы, в гордом одиночестве направилась в свой номер.
Как и надеялась, никто не окликнул, не пожелал «спокойной ночи». Официальная часть охоты закончилась.
Лишь возле одного из люксов я услышала голос своего недавнего собеседника. Нет, он больше не сыпал комплиментами и не чесал языком. Судя по ритмичному стуку и громким женским стонам, теперь у него нашлась другая компания. Более сговорчивая, менее зажатая. Но мне не было до этого никакого дела.
* * *
Продолжая проклинать свои каблуки, я убралась подальше от ресторана и люксов. Будто открылось второе дыхание, молнией пронеслась мимо президентского номера. Чувствуя, как внутри разжимается тугая пружина, спустилась на лифте в холл.
Оставалось лишь пройтись по залитой светом дорожке к своему корпусу и окончательно расслабиться.
Все болезненные пятьдесят восемь шагов я только об этом и думала. Оказавшись в очередном лифте, представляла, как скину адовы туфли и устрою себе пенную ванну. Мой собственный рай был близок. Но, войдя в номер, чуть не заплакала от отчаяния.
Абашев все же не зря предлагал изменить бронирование. Наверное, каким-то доступным только монстрам чутьем он знал, как «весело» будет здесь жить. Но я поняла это лишь сейчас.
Картина «Стройка в три смены» впечатляла своим размахом.
Яркий свет от прожекторов освещал не хуже солнца в Питере.
Редкие, но очень звонкие крики добавляли эффект «рыночной площади».
Шум техники, который днем я не услышала, в ночной тишине звучал пугающе громко.
Вместо заслуженного отдыха после тяжелого дня Всевышний послал мне такую же ужасную ночь. Расслабляться в ванне расхотелось сразу. Боль от туфель забылась. Ругая себя за дурацкий приступ обиды днем, я набрала номер администратора и стала молиться о том, чтобы удалось найти другой номер.
Идея была глупой изначально. В сезон, да еще ночью такое чудо смогли бы совершить лишь для гостя президентского люкса. Для Марата они расшиблись бы в лепешку, а для меня...
– Нам очень жаль. Свободных номеров нет. Возможно, если кто-то завтра выселится досрочно, во второй половине дня удастся что-то найти. Но мы не можем вам обещать, – слова администратора подтвердили мои догадки.
– А что вообще вы можете предложить?
Это был даже не вопрос, а жест отчаяния. Хотя бы ради малыша нужно было поспать, восстановить силы, но сон как рукой сняло. Я смотрела на ярко освещенную стройку и уже заранее знала, что без повязки или чего-то подобного не усну, не говоря уже о шуме.
– В вашем распоряжении наша круглосуточная курьерская служба, бар на первом этаже, тренажерный зал и аквазона с бассейном и джакузи.
Девушка выдала информацию словно автомат. Владельцы отеля могли гордиться персоналом. Вышколены работники были не хуже английских дворецких. Жаль только, помочь не могли ничем.
– Бассейн, говорите...
Я без особой радости посмотрела на свой чемодан. Собираясь в дорогу, я бросила в него купальник. Не представляю, о чем думала. Развлекаться в командировках пока не приходилось. Времени не хватало даже на покупку сувениров. Но, похоже, в этот раз ничего кроме развлечений мне не оставалось.– Ладно, пусть будет бассейн. Возможно, после него удастся уснуть под этот грохот и на свету, – завершила свою фразу и пошла собирать все, что может пригодиться.
Опасные игры
Марат.
Я знал, что не святой. Никто из знакомых в здравом уме не смог бы сказать обо мне «рубаха-парень» или «свой в доску». Своим я был только для себя и брата. Но в последние дни мой и без того нелегкий характер стал все сильнее портиться.
За прошедший час он стал тяжёлым даже для меня. Кулаки чесались разбить чей-то фейс. И неважно было, что это не левый фейс, а холеная физиономия одного из моих немногочисленных друзей, к тому же сына будущего партнера.
Тормоза у Сашки не работали совсем. Ещё в ресторане я четко дал ему понять, чтобы отстал от моей помощницы. Не за курортным романом она сюда летела! Но этот идиот, этот юродивый со спермотоксикозом, похоже, хотел не разговоров, а знакомства с моим кулаком.
Вот прямо сейчас хотел особенно сильно! Не знаю, из какого картона делались стены в этом отеле, но даже в президентском люксе отлично было слышно, как в соседнем номере мой друг заставляет орать мою помощницу.
Тональность для Аглаи была неожиданной. С её вечным полушепотом я и не думал, что девчонка способна так кричать. Только других вариантов не было. Я собственными глазами видел, как они любезничали весь вечер. Чуть ли не тискались у всех на виду. Слышал предложение Сашки устроить даме приватную экскурсию. И ни одного «нет» или отрицательного кивка Аглаи не заметил.
Серая мышка мне досталась с браком. За фасадом офисной золушки не оказалось ничего особенного. Сегодня у нее даже взгляд был другой. Словно не в бумажках днями копается, а шляется по ресторанам, пьет вино и позволяет клеиться к себе всякому сброду.
Не этого я ожидал от нее. Та Аглая, которая как девчонка вспыхивала от каждого моего жеста, как дикая кошка, готова была драться за любого работника и свои бумажки, будто исчезла.
Вроде бы меня не должно было это волновать. От Калининой требовались лишь мозги и преданность компании, но от неприятного осадка отделаться было сложно. Уж точно не под её стоны, хриплый крик «еще» и стук кровати.
Под них ничего не получалось.
Полчаса провалялся в койке без сна, проклиная картонные стены. С трудом удержал себя от похода в гости к соседу. А потом вообще плюнул на сон и на сам номер.
Решив завалить утром Калинину работой так, чтобы глаза от монитора оторвать не могла, я достал из чемодана дежурные плавки, накинул на плечи халат и спустился вниз.
Халтурщикам-строителям не хватило ума установить в этом номере персональный бассейн. Но на персональный лифт деньги, к счастью, нашлись.
* * *
Спа, как и ожидалось, встретил меня тишиной. Никто среди ночи не насиловал беговые дорожки и не таскал железо. В сауне не горел даже свет. А в огромном стометровом бассейне был лишь один пловец. Вначале я и присматриваться не стал. С кем делить три дорожки, разницы не было. Но потом взгляд все же зацепился.
Плавные правильные гребки, как у профессионала. Никаких брызг и лишних звуков. Собранные в короткий хвост темные волосы и скучный черный купальник. Узкие плечи... Россыпь родинок на спине.
За прошедший вечер я, казалось, выучил каждую из них. Пять сверху, между лопатками, были похожи на созвездие Кассиопея. Едва заметные, аккуратные, разбросанные идеальной буквой «W».
Вдоль позвонков еще цепочка – с десяток маленьких, словно шоколадные крошки, пятен. Чтобы определить, на какое созвездие они больше похожи, моих познаний в астрономии уже не хватало. Запас сведений иссяк, но это не уменьшало желания вырвать с мясом руки, которые периодически прикасались к голой спине.
Сейчас все эти неизвестные созвездия плыли не в моем воображении, а в бассейне рядом. Такие же яркие и такие же недоступные. Мне бы успокоиться, глядя на них. С Сашкой, значит, сейчас кувыркалась другая. Но злость держала, будто клещами.
Ни на миг не сбавляя шага, я подошел к краю бассейна. Сбросил халат на ближайший шезлонг. И нырком без спецэффектов вошел в воду.
Занятая своей плавучей медитацией, Калинина даже не оглянулась. Будто не расслаблялась, а сдавала норматив, она доплыла до противоположного бортика, развернулась и на миг поплавком зависла в воде.
Этого мига мне как раз хватило. Догнать ее не составило труда, а припечатать собственным телом к кафельной стене было делом одной секунды.
– Тот, кто учил тебя плавать, идиот без фантазии, – произнес с прежней злостью прямо в раскрытый от удивления рот.
– Вы?
Аглая смахнула с лица капли и широко распахнутыми глазами уставилась на меня.
– Ждала кого-то другого?
Хрупкая фигурка передо мной напряглась. Крылья носа встрепенулись. А ниже... ниже я даже смотреть для собственной безопасности не стал. Вместо взгляда грудью почувствовал резкий вдох и скольжение мягких выпуклостей по коже. «Двойка». Идеальная. Как помнил.
– Нет, я никого не ждала. Если не заметили, я просто плаваю. Расслабляюсь.
Аглая вжалась спиной в стену, а руками ухватилась за бортик. Ничего общего с той дамочкой, которая в ресторане позволяла лапать себя всем подряд.
На словах дикая кошка, в действиях – снова мышка. Тронь – испугается и исчезнет.
– Это не плаванье, а мазохизм. Так можно за несколько кругов загрузить мышцы и не получить никакого удовольствия, – пришлось объяснить.
– А есть разница?
– Колоссальная. Как секс и бег по пересеченной местности.
Будто произнес что-то пошлое, недостойное ушей приличной дамы, Аглая наморщила свой веснушчатый носик и попыталась отодвинуться вбок, подальше от моего лица.
– Я не умела плавать до двадцати двух лет, а потом за месяц пришлось научиться. Как вышло, так и вышло, – сказала, словно выплюнула.
– За месяц? Ты собиралась принять участие в Олимпиаде?
Мой взгляд против воли спустился к ключицам и кромке закрытого, как броня, купальника.
– Нет, просто исправила один из своих недостатков.
Калинина сглотнула.
– Паршивая история. Получать кайф от воды ты так и не научилась.
Нужно было остановиться, но взгляд опустился еще ниже. Ничего интересного. Никаких разрезов, узоров или блестящих штуковин. Самый скучный купальник, какой только можно было придумать. Ни одна из моих бывших ни за что на свете не нацепила бы на себя такую тряпку. Даже ради того, чтобы тут же передо мной снять.
А эта... Жанна д'Арк в доспехах словно вызов бросала. Искушала своей натуральной грудью. Так и подначивала сжать узкую талию и на ощупь проверить, такие ли аппетитные у нее ягодицы, как кажутся сквозь толщу воды.
Маленькая стерва со взглядом испуганного котенка.
– От чего мне получать кайф, вас не касается! – Зеленые глаза полыхнули яростью.
– Какая зубастая мышка.
– Что?..
– Чтобы с Сашкой... С Игнатовым Александром Павловичем я тебя больше не видел!
Чужая злость передалась, словно вирус. Сразу вспомнилось, почему я сюда спустился и как зверел, наблюдая за ней весь вечер.
– Заведешь служебный роман, уволю! – произнес на ухо, чтобы точно расслышала.
– Вам свечку прямо сегодня заказать? Курьерская служба здесь работает круглосуточно. Я уточняла. Или завтра лично выбрать? – Голубая венка на виске пульсировала все быстрее, но девчонка и не думала сдаваться.
– Я тебя и без свечки уволю!
Держаться дольше было невозможно. Вся она была одной сплошной провокацией. От дурацкого купальника до острого язычка. По-хорошему, стоило бы отослать ее сейчас. Подальше, чтобы не бесила сильнее, чем уже успела. Но не соображалось рядом с Аглаей ни черта.
Злость и что-то еще, забытое, заглушили все умные мысли. Ладонь сама легла на затылок. Большой палец провел линию по шее. Плавно. Вдоль вены. И я заставил девчонку наклониться к себе ближе.
– Вначале придушу. А потом уволю. Поняла?
Мокрые длинные ресницы дрогнули.
Продолжение следует…
Контент взят из интернета
Автор книги Коваленко Мария Александровна