Часть 4:
Подземные ручьи и тень Цикады.
Тишина пентхауса, после спасения Лики была громче любого крика. Страх девушки еще висел в воздухе, смешиваясь с холодной яростью Павла. Система перешла черту. Теперь это была война не на жизнь, а на смерть, и враг был вездесущ, как воздух, которым он дышал – отравленный, кстати, выхлопами мегаполиса. Павел ощущал эту горечь каждой клеткой.
Шаг первый:
Безопасность.
Лику и его верного помощника, бывшего спецназовца по прозвищу "Боцман" (он действительно служил на флоте), Павел вывез в место, известное только ему. Старая заброшенная метеостанция в горах, куда десятилетия назад его, юного геолога, занесла экспедиция. Там, среди скал и древних кедров, Мать чувствовалась сильнее, а волны городского шума и слежки затухали. Павел подключил спутниковый интернет через цепочку анонимных ретрансляторов, оплаченных криптовалютой из кошельков, созданных еще в эпоху его финансовой беспечности. "Боцман" установил датчики движения и "тихие" сигнализации на подступах. Лика, бледная, но собранная, разбирала привезенные с собой цифровые архивы – копии всего, что могло скомпрометировать Систему.
Шаг второй:
Союзники в Тени.
Павел вспомнил слова Матери: "Ищи ручьи под камнем".
Он начал искать тех, кого Система придавила, но не раздавила. Не открытых активистов – они были на виду и под прицелом. А тех, кто действовал в тени, чья ненависть к машине подавления была холодной и расчетливой.
"Цикада". Через зашифрованные форумы бывших IT-специалистов, пострадавших от рейдерских захватов их стартапов "нужными людьми", Павел вышел на легендарного хакера. Его ник – "Цикада". Говорили, он годами сливал в сеть компромат на коррумпированных чиновников и олигархов, но его так и не поймали. Контакт был установлен через цепочку мертвых дропов и одноразовых номеров. Первое сообщение Павла было лаконичным: "Знаю боль Камня. Ищу того, кто слышит шелест под землей. Предлагаю не слив, а оружие. Ответ пришел через сутки: координаты виртуальной "комнаты" в даркнете. "Цикада" оказался не юным бунтарем, а усталым мужчиной за сорок с голосом, полным горечи и незатухающей злобы. Его семья погибла из-за аварии на химическом заводе, виновные откупились. Он согласился помочь. Не за деньги Павла, а за доступ к его знанию. Павел указывал точки – корпорации, чиновников, схемы отмыва, – где боль Матери была особенно острой, где гноились самые опасные "раны". "Цикада" находил цифровые следы, финансовые нити, спрятанные офшоры, личные тайны. Информация стекалась на защищенные серверы "Каменного Роста".
"Старый Лис". Это был неожиданный ход. Павел через подставное лицо и цепочку доверенных посредников вышел на отставного генерала ФСО, человека с безупречной репутацией, но… разоренного судебными исками после того, как он попытался противостоять "крышеванию" экологически опасного проекта своим же начальством. "Лиса" вышвырнули на пенсию, обвинив в "неадекватности", и отобрали львиную долю имущества через подконтрольные суды. Павел приехал к нему лично, на дачу в глухой деревне. Не стал играть в дипломатию. Положил перед генералом толстую папку. "Здесь доказательства того, как Система сожрала вас. И здесь – имена тех, кто это сделал. Я могу дать вам ресурсы, каналы. Помочь восстановить честь. А вы поможете мне понять, как эта машина действительно работает изнутри. Как дышит. Где ее слабые места, которые не видны со стороны". Глаза "Лиса", потухшие и подозрительные, загорелись холодным огнем мести и… интереса. Он кивнул. Так Павел получил доступ к пониманию логики силовых структур, их внутренних конфликтов и негласных правил игры.
Шаг третий: Контратака "Каменного Роста".Финансовое давление на фонд не ослабевало. Но Павел перестал играть по правилам Системы. Через "Цикаду" он получил доступ к компромату на ключевых фигурантов налоговых проверок и банкиров, блокирующих транзакции. Утечки были точечными, анонимными, но неопровержимыми – доказательства взяток, личные переписки, свидетельства внеслужебных "договоренностей". Давление внезапно ослабло. Проверки не отменили, но они стали формальностью. Деньги снова потекли, но теперь через более сложные, децентрализованные схемы, предложенные "Цикадой".
Инвестиции "Каменного Роста" стали еще тоньше и эффективнее. Павел не просто чувствовал, какая технология "запоет" – он теперь направлял ресурсы туда, где они создавали максимальные проблемы для врага. Он финансировал не просто очистку почвы в шахтерском городке, а разработку местными энтузиастами под его руководством дешевого мобильного сенсора для выявления подземных пожаров. Этот сенсор, размноженный на 3D-принтерах, начали использовать активисты по всей стране, выявляя десятки скрытых очагов – и ставя коррумпированные местные власти и владельцев шахт в неловкое положение перед федералами. Система сама создавала себе проблемы.
Тень над Горой. Однажды ночью, медитируя у подножия древнего кедра возле метеостанции, Павел ощутил не боль и не страх. Он почувствовал... пустоту. Мертвую, всепоглощающую зону. Как черную дыру в ткани ощущений Матери. Источник был далеко, за тысячи километров, на Крайнем Севере. Он увидел: гигантский карьер по добыче редкоземельных металлов, вырубленный в священной для местных народов горе. Но это был не просто карьер. Под ним, глубоко в вечной мерзлоте, бурили скважину. Не для добычи. Для... захоронения. Туда свозили что-то чудовищно токсичное, что даже Мать не могла переработать. Что-то, что гасило ее присутствие, создавало эту пустоту. И Павел почувствовал, как от этой пустоты тянется тонкая, ядовитая нить... прямо к одному из главных олигархов страны, "покровителю" Системы в ее высшем эшелоне. Человеку, чье имя редко звучало вслух, но чье влияние пронизывало все. Его называли "Паук".
Прозвище "Тень". Именно в этот момент, когда Павел пытался разглядеть суть "Паука" сквозь пустоту, он ощутил новый импульс. Не от Матери. От человека. Холодное, целенаправленное внимание. Как луч лазерного целеуказателя на затылке. Кто-то знал, что он здесь. Кто-то искал его не через слежку Системы, а... иным путем. Чувствовал его связь с Землей? Павел резко оборвал медитацию, сердце бешено колотилось. Он понял, что у Системы есть не только клыки и щупальца. У нее есть свои "Чувствующие". Тот, кто только что его "коснулся", был не похож на него. Его чувство было не болью и не любовью к Матери, а холодным инструментом поиска, контроля, подавления. Тень Паука.
Лика, изучавшая данные с серверов, подняла голову: "Павел? Что случилось? Ты белый как мел". Он подошел к окну, глядя в чернильную тьму гор. "Они нашли нас. Не полиция. Другое. Сильнее". Он повернулся к ней и "Боцману". "Готовьтесь к переезду. Сейчас. И... Лика, ищи все, что связано с проектом "Вечная Мерзлота" на Севере. Особенно захоронения. И с именем..." он запнулся, имя "Паук" могло быть ключом, активирующим слежку, "с одним очень влиятельным человеком. Его интересы везде, где есть яд и власть".
Ветер снова завыл, но теперь это был не рев, а предсмертный стон. Павел знал: он нащупал сердце Зверя – "Паука" и его проект в мерзлоте. Но Зверь тоже почуял его. И прислал свою Тень. Игра в прятки закончилась. Теперь начиналась охота. И Павлу нужно было не просто прятаться. Ему нужно было понять, как бить в самое сердце этой ядовитой пустоты, не дав Тени настигнуть его и тех, кто ему поверил. Его знание было оружием, но против Тени, чувствующей его, оно могло стать мишенью. Как сражаться с тем, кто видит тебя насквозь?
продолжение следует...