Вся Самара следит за судьбой семилетнего мальчика, который скрывался от собственных родителей в ветеринарной клинике. Ребенок прибегал туда несколько раз, чтобы переждать очередную бурю, разбушевавшуюся в его доме.
По одному внешнему виду было понятно, что он живет в тяжелых условиях, к нему плохо относятся. Мальчик рассказал – его регулярно бьют, не кормят, лишают даже воды. Не просто не любят. Ненавидят. И никто не приходит на помощь. О ситуации стало известно еще в июле. Но из семьи парнишку все еще не забрали.
Журналисты самарского подразделения KP.RU попытались разобраться в ситуации. Историю неожиданного «постояльца» ветеринарной клиники рассказала одна из сотрудниц Татьяна Давыдкина. В социальных сетях она опубликовала пост, в котором описала состояние ребенка и прикрепила его фотографию.
Впервые мальчик пришел туда 14 июля. Очень маленький, напуганный, в грязной и рваной одежде. А еще побитый – со свежими синяками и ссадинами на руках и ногах. Загнанный волчонок – так описала мальчишку женщина.
Загнанный зверек, сбежавший от своих мучителей
У работников ветклиники малыш попросил попить, сказал, его зовут Никитой, и признался, что прячется от родителей. Был, что ожидаемо, нервным, говорил плохо, невнятно. А потом в учреждении появился его отец.
Давыдкина не присутствовала при его первом появлении, у нее был выходной. О визите папаши ей рассказали коллеги. Мужчина был очевидно пьян, от него пахло соответствующе. Он нашел мальчика в его укрытии, покрыл матом, а потом выволок из клиники и увел.
Когда Никита пришел к ветеринарам в следующий раз, выглядел он и чувствовал себя еще хуже прежнего. Медики измерили ему давление и пульс и были в ужасе – 130/70, 150 ударов сердца в минуту. Для ребенка – неприемлемые показатели.
Растерянные взрослые вызвали полицию, больше не зная, как помочь ребенку. Вскоре приехала сотрудница подразделения по делам несовершеннолетних (ПДН), забрала мальчика и вернула родителям.
Убежище раскрыто, в ветклинике мальчик не появляется
Случай с работницей ПНД положил конец встречам с Никитой. Понятно, почему он больше не приходит. Зато заглядывает его отец. Снова ищет. Судя по всему, ребенок понял, что в клинике теперь небезопасно, возможно, нашел другое укрытие. А пьяный папаша рыскает по району и проверяет уже знакомые места.
Работники, приложившие все усилия, но, очевидно, не сумевшие спасти мальчика, не знают, как себя вести. Волчонка регулярно обнаруживают правоохранители и передают семье.
Татьяна Давыдкина, предавшая огласке ситуацию, уже не верит, что сотрудники органов опеки добьются изъятия малыша. Да и дети так устроены, что любят любых родителей, даже тех, кто их истязает. Несмотря на то, что суд не учитывает мнение ребенка в таком возрасте, при решении подобных вопросов он их без внимания не оставляет. А Никита, похоже, привык просто пережидать бурю, после которой надеется, что все как-нибудь наладится.
Татьяна призналась журналистам, что чувствует себя буквально единственной неравнодушной. Остальные как будто зажмурились – если проблемы не видеть, ее вроде бы и нет…
Что говорят представители органов опеки
После освещения истории Никиты в прессе и соцсетях представители департаментов опеки и попечительства выступили с заявлением. По их словам, семью в течение нескольких лет сопровождают представители Комплексного центра социального обслуживания населения Куйбышевского района Самары.
Крик о помощи Давыдкиной тоже не первый. На мать и отца мальчика жаловались соседи по общежитию. Но до сих пор никто не нашел веского повода для лишения их родительских прав.
В областном управлении МВД также прокомментировали ситуацию. Там отметили, что в отношении отца Никиты был составлен протокол за неисполнение родительских обязанностей по содержанию и воспитанию несовершеннолетнего. Местная прокуратура заявила о взятии дела на контроль, пообещала провести проверку, в ходе которой будут, в том числе, оценены действия должностных лиц органов профилактики.
Никита в семье не единственный ребенок. У него есть братья и сестры. Все они по-прежнему проживают с мамой и папой в общежитии. В конце июля на место жительства детей в районе Волгарь выезжали представители органов опеки. Они обещали, что если обнаружат прямую угрозу жизни и здоровью несовершеннолетних, будут незамедлительно принимать решение об изъятии. Или возьмут семью на особый учет.
Дело Никиты – на особом контроле СК
Итак, трижды появившись на работе у Татьяны Давыдкиной, Никита перестал приходить. Как рассказывала женщина еще в первой своей публикации, в своем маргинальном доме он изгой. У мальчика нет доступа к воде и еде, его подкармливают соседи и их дети. То же делали и жители домов, находящихся неподалеку от ветклиники. В последний раз малыш прибежал в одних трусах и маечке.
Следователями было возбуждено уголовное дело по факту неисполнения родительских обязанностей – статья 156 Уголовного кодекса (УК) России. Уже никто не сомневается, что проблемы в семье мальчика – это система, а не разовый инцидент. Глава Следственного комитета (СК) РФ Александр Бастрыкин взял дело на свой контроль и потребовал тщательно разобраться с ситуацией.
Представители СК по Самарской области заявили, комментируя расследование, что родители Никиты о нем не заботятся. Более того, мальчика уже давно и регулярно избивают, унижают, причем занимается этим не только папаша, но еще и мачеха (а где же родная мать?) и брат.
В заявлении подчеркивалось, что ребенок много раз просил помощи у соседей по общежитию, и те не молчали, сообщали куда следует. Но ни одно обращение свидетелей о домашнем насилии не привело хоть к какому-то результату.
Татьяна Давыдкина рассказала об угрозах
Сотрудница ветклиники впервые всерьез испугалась, когда ее резонансный пост стал появляться в материалах СМИ. Уголовное дело еще не было возбуждено, но уже тогда Татьяна забеспокоилась о своей внезапной «славе».
Отец Никиты приходил к ней на работу, спрашивал о ней. Теперь женщине приходится постоянно оглядываться – не преследует ли ее жестокий человек, разгоряченный очередной бутылкой. Страшно поплатиться за свое неравнодушие и попытку спасти ребенка.
Расследование продолжается, к нему подключены работники нескольких служб – следователи, представители опеки, прокуратуры, органов профилактики и так далее. Но, по данным журналистов, Никита все еще живет на одной территории с тремя мучителями – отцом, братом и мачехой. Он в опасности, Татьяна Давыдкина подозревает, что она тоже в опасности.
Почему вопрос об изъятии ребенка из семьи все еще не решен? А может, мальчика никто и не терзает, и он просто пытается привлечь внимание? Есть и такое мнение. Но как же быть с фактами – синяками, ссадинами, жаждой и голодом, скачками давления и многочисленными жалобами соседей?
Почему родителей Никиты не наказали и не дистанцировали
Вопрос лишения родительских прав не так прост. Не у всех неблагополучных мам и пап забирают детей. И, как рассказал журналистам aif.ru юрист Алексей Леонов, проволочки, если речь не идет о вопиющих случаях и тяжких преступлениях, связаны с особенностями российского законодательства, норм и процедур, регулирующих права несовершеннолетних.
Разлучить ребенка с семьей – крайняя мера. Чтобы это свершилось, госслужащие должны предпринять все возможные способы защиты и потерпеть неудачу.
Закон говорит о необходимости сохранить семью и улучшить условия жизни детей. Кроме того, надо подкрепить доказательствами заявления о применении насилия, в том числе опросить, помимо ребенка, свидетелей, родителей, других родственников, проверить условия жизни. Всегда есть риск, что проблема преувеличена, и правдивость жалоб надо тоже доказать.
И только когда следователи и другие органы подтвердят реальную опасность (систематические избиения, жестокое обращение, сексуальное насилие, отсутствие питания, медицинской помощи, надлежащих условий проживания), тогда отправят пострадавшего к родным или в социальное учреждение и обратятся в суд.