Британская политическая система проходит через сильнейшие изменения. Больше всего этот тезис подтверждают нынешние предпочтения населения, изменившие партийный ландшафт и давно сложившуюся систему.
Сложно поверить, что не так давно, на выборах в 2017 году, лейбористы и консерваторы на двоих получили более 80% всех голосов. Сегодня эти некогда системообразующие партии в совокупности претендуют лишь на 35-40%.
Причин такого падения немало. Но прежде всего они кроются в том, что в каждом политическом поле появились реальные альтернативы.
На правом фланге сегодня хозяйничает Найджел Фарадж и его Партия реформ. С левым флангом всё сложнее: слишком много сил претендуют на похожий электорат. И тем не менее экс-лидер лейбористов Джереми Корбин решился на создание новой партии.
В разных странах существует феномен социалистов, которые продолжаются бороться «за всё хорошее», вокруг них и формируется ядро сторонников. В США это Берни Сандерс, во Франции — Жан Люк Меланшон, а в Великобритании — Корбин.
Он всю жизнь состоял в лейбористском движении и при этом всегда относился к левой партийной фракции. Левые прошли через непростые времена премьерства Тони Блэра, когда их выкинули на самые дальние парламентские задворки. Золотое для них время наступило в 2015 г., когда после внутренних праймериз Корбин стал лидером лейбористов.
Но счастье продлилось недолго. Против него с самого начала работал аппарат партии, который воспринял старого левака как главную угрозу. Многие опасались, что партию ждут громадные чистки, но в итоге фракция умеренных Корбина переиграла. Ветеран британской политики после провальных выборов 2019 года ушел со своего поста.
Дальше для него начались новые непростые годы: нынешний премьер Кир Стармер изгнал его из партии. Более того, на выборах в 2024 г. лейбористы выдвигали другого кандидата в его родном лондонском округе.
Однако рейтинг Корбина там гораздо выше, чем в целом по стране: политику удалось победить, и в обновленном парламенте он начал формировать союз, который во многом и привел к созданию новой партии.
Речь идет о независимых мусульманских кандидатах, одержавших победы в округах, которые десятилетиями контролировались лейбористами. Они объединились и создали депутатскую группу независимых депутатов с вполне предсказуемыми требованиями.
Новые лица британской политики выступили в поддержку Палестины, а также против любых сокращений «социальных» статей бюджета. Позже в эту партию перешла Зара Султана, которая избиралась от лейбористов и давно конфликтовала с руководством партии. Если продолжать сравнения, можно найти ее сходство с заокеанской Александрией Окасио-Кортес.
Наконец, в июле было официально объявлено о создании партии. На новостную рассылку нового проекта за две недели подписались более полумиллиона человек.
Партия ориентируется прежде всего на левую молодежь, которая выступает резко против нынешней политики лейбористов.
Слишком многие думают, что Стармер — это клон Блэра, но без харизмы. К тому же многие левые недовольны попытками премьера и его команды откусить часть электората у Партии реформ и ужесточить миграционное законодательство. Не стоит сбрасывать со счетов и мусульманскую улицу — этот дисциплинированный электорат раньше традиционно голосовал за лейбористов, но теперь готов примкнуть к новой силе.
Согласно последним опросам, партия Корбина вполне может претендовать на 10–15% голосов избирателей. И поможет ей в этом традиционная электоральная система Великобритании. Партия сделает акцент на электорате, который сосредоточен в университетских городах, а также городах, где проживает большое количество этнических меньшинств.
Однако новой политической силе предстоит решить немалое количество проблем. Прежде всего — вопросы конкуренции с «зелеными», которые также пытаются поджимать лейбористов с левого фланга. Вполне возможно, образуется вынужденный тактический союз двух партий.
Внутри такой пестрой коалиции возникают и противоречия: мусульманский электорат и прогрессивная британская молодежь слишком сильно расходятся в отношении к социальным вопросам. В этой связи большой интерес представляет содержание их будущей программы по теме, например, абортов, школьного образования и похожим.
Кому в этой истории точно не позавидуешь, так это Киру Стармеру. Стоит ему попытаться перехватить повестку Партии реформ, как тут же начнет просаживаться левый фланг. И наоборот.
Более того, появление левой партии заставляет премьера идти на меры, которые были невозможны еще несколько месяцев назад. В их числе можно выделить обещание признать Палестину в качестве независимого государства до конца августа. И то ли еще будет! Теперь главное задача Стармера — сохранить хоть какой-то электорат к большим местным выборам, которые пройдут в следующем году.