Свердловская область рискует остаться без водолазов — именно они занимаются, в том числе, поиском и поднятием на поверхность тел утонувших. В регионе осталось всего несколько специалистов, которые имеют такие допуски, пишет агентство ЕАН.
О том, что в Свердловской области теперь катастрофически не хватает водолазов, рассказал сотрудник одной из спасательных структур. По его словам, сейчас родственникам утопленников, чтобы тело достали из воды, в прямом смысле приходится ожидать своей очереди.
«Проблема глобальная. В области нет ни одной барокамеры, соответственно, любые официальные спуски запрещены. У нас в отряде 11 водолазов осталось, готовы и могут работать пять. Пытаемся выкручиваться разными способами. Приборный поиск, работа с помощью роботов и т. д. По факту водолазные спуски не производим. Я лично по своей инициативе под воду хожу только за утонувшими детьми», — рассказал собеседник ЕАН.
На условиях анонимности один из сотрудников МЧС рассказал, что из-за отсутствия барокамеры водолазам попросту на с чем нарабатывать спуски, чтобы получить квалификацию. В июле свердловске спасатели заключили договор с челябинской службой, чтобы использовать их барокамеру для тренировок.
Кроме того, специалистов не устраивает зарплата. Она колеблется между МРОТ (у начинающего спасателя) и 40-55 тысячами рублей. Молодые кадры не приходят, на спуски выезжают ветераны, которые делают это фактически на альтруизме «кто, если не мы».
Ряд действующих водолазов подрабатывают в других местах и физически не могут приехать в краткие сроки. Иногда утопленник всплывает сам, прежде чем за ним успевают спуститься водолазы. Так, в частности, произошло 22 июня с утонувшим на Шарташе на сапборде фитнес-тренером, сообщил ЕАН собеседник.
«Так как нас немного, мы физически не могли отработать быстро. Договоренность была, и мы должны были приехать в пятницу вечером, но он уже всплыл», — сказал источник агентства.